- Вот, к примеру. Ты живешь со своей девушкой уже долго. Ты ее в попу имел? - не унималась, подвыпившая женщина. Она по жизни, вообще, немногословна, насколько я ее знаю, но если открывает рот, то туши свет, бросай гранату — не иначе. - Ты ж молодой, весьма активный мужчина, верно? Наверняка, на разные шалости тянуло, ну там, для увеличения разнообразия в сексе.

- Оксанка! - только и смог выпалить разгоряченный Влад.

- Ну вот, расскажи, как оно, понравилось? - не унималась женщина.

- Ксюх, не надо. - Положил ей руку на плечо Женька.

- Надо, Женя, надо. Потому, что меня это бесит. Тот, кто не пробовал, не знает, и тупо боится призраков, порожденных заблуждениями, не должен так говорить о других.

Только сейчас до меня дошел истинный смысл слов. Ее не интересовала половая жизнь Влада, ее обидел вопрос, который он задал накануне. И еще. Я понял, что у меня есть единомышленник. Пусть вот такой, необычный, которого я, в большей степени сторонюсь, но она тоже обладала широтой взглядов, присущих мне и отсутствующих у остальных двоих, и не только у них, а у подавляющего большинства нашего окружения. Сейчас хотелось именно раскрыть, раздвинуть горизонты хотя бы для этих молодых людей, показать, как это все и просто, и хорошо, и доступно, если не сливаться с мнением серой массы, и не идти у нее на поводу.

Тем временем, Оксана сгребла в свои объятия не сопротивляющегося Женьку. Со стороны, это выглядело даже смешно. Крупная, сильная женщина, обнимала со спины худенького, изящного парня. В понимании социума, им бы поменяться местами, но стоит ли это делать? Стоит ли порицать Женьку в том, что он всегда искал себе сильных партнеров. Или Оксану, что она привлекала к себе слабых, ищущих защиты, людей? Зачем мы восхваляем недолговечные браки натуралов, в которых и чувств-то, в большинстве своем, нет? Зачем слушаем старших, насаждающих обязательные браки, когда ты не встретил еще того или ту самую, единственную? Зачем создаем все эти штампы, чтобы впоследствии, страдать из-за какой-то, гипотетической, ненормальности?

Погрузившись в свои размышления, я последовал примеру сидящих напротив, и притянул в свои объятия Владика. Так и сидели, потягивая из пластиковых стаканчиков вино и поглядывая на едва краснеющие угли в костре. Понимание того, что я обнимаю парня, который мне приглянулся уже давно, пришло не сразу.

Есть такие люди, у которых все происходит, как у удавов — медленно, спокойно, уверенно, а их нажиму и велению невозможно противостоять. У меня так получается редко, и то наверное, это всего лишь везение. У Оксаны, если она не выражается, как пьяный сапожник, и не делает резких, агрессивных движений, это получается с легкостью. Вот, как сейчас. Жека, хоть постоянно таскается с девчонками, сторонится их прикосновений. Это парадоксально, но факт. Конечно, немалую роль, играет его любимый типаж избранника — большие, харизматичные, властные, сильные. Обнимающая его женщина, если не учитывать принадлежность к противоположному полу, сочетала все вышеуказанные качества.

Впервые за этот вечер, а может и впервые в жизни, мне пришла в голову мысль:

- А интересно бы взглянуть на мир глазами другого человека. Вот, например, я не прочь увидеть мир глазами, того же монаха, у которого ни разу не было секса, или глазами гомофоба, или женоненавистника, или глазами женщины.

Каждый отреагировал по-своему, но только у Оксаны это вызвало приступ бурного веселья.

- Ты хочешь посмотреть на мир моими глазами?

- Нет, твоими не хочу. Уверен, что ты на мир смотришь явно не женскими глазами, - со смехом ответил я, понимая какую херню сморозил.

- А я бы, не прочь, посмотреть на жизнь глазами двужопого существа. Каково это знать, что можешь иметь на выбор две дырки и понимать, что ты всегда будешь пассивом, - как-то флегматично заявил Женя. - Или вот твоими, Саш, глазами. Интересно все же увидеть, каков мир для того, кто может вставить в любую щель и не мучиться — мужику всадил или бабе... еще и подставиться под хрен без угрызения совести.

Повисло гнетущее молчание. Хоть сказано все было спокойно, но то, какими словами это произнесено, выдавало отвращение, тщательно скрываемое Женькой. До этого я и не мог подумать: он завидует, что ли мне. Чему? Что я могу это, а он — нет? В чем зависть? В том, что он хотел быть женщиной, а не получилось. Нет, это исключено. Разве что, сложившейся человеческой морали: женщине свойственно определенное поведение, а ему — нет. Но мне? Разве, это сложно? Разве, так трудно быть, тем и другим? Раздвинуть границы своего понимания, желания, увлеченности, чтобы получить более богатый спектр ощущений, более красочные чувства? Зачем завидовать мне, если это так просто!

Просто для меня, но не для него.

- А я бы хотел увидеть мир глазами э... Женьки, - тихо прошептал Влад. Видимо, от самой мысли его бросило в жар, а потом в холод, так как он вздрогнул в моих объятиях.

- Не думаю, что это так сложно, - улыбнулась Оксана, окидывая нас взглядом, и помрачнела.

Не уверен, но кажется, ее горизонты еще больше. А может, нет? Может, она тоже...

- А ты бы, ты, какими хотела посмотреть глазами на мир?

- Никакими, - уверенно ответила она и, словно в подтверждение моей мысли, добавила. - Я смотрю на мир, может и не как двужопое существо, - при этом, со смехом и легкой издевкой в голосе, взъерошила волосы на голове Женьки, - но смотрю рационально. Да, вы видите мир в красках своего спектра, а я, скорее, в оттенках серого — невзирая на ваши цвета, вижу интенсивность, глубину, контраст.

- Это скучно, - заявил Влад, еще сильнее заворачиваясь в мои объятия.

Сказать, что от такого поведения парня я был в шоке, ничего не сказать. Обхаживал я его долго. Думал, что уже всё — финита-ля комедия. А тут, такой поворот. Да, и в открытую сознаться, что он хочет что-то изменить в своем мировоззрении — уже достижение. Ведь я помню, как на работе обсуждали какой-то фильм, с откровенными гей сценами, помню то отвращение, на симпатичном и оживленном лице. И тут... Я замер. Лишь тихонечко пододвинулся, вплотную к нему, боясь спугнуть и разрушить, ту, робкую надежду, которая у меня появилась.

- Как можно жить и видеть мир в сером цвете. Тебе что, похую все? Вообще, не понимаю такого отношения. Должно же быть что-то, раскрашивающее твою жизнь?! - на этот раз, голова Влада легла на мое плечо. - Сань, а ты, как считаешь? Это же скучно?