— Набирайте. Я оплачу.
— Спасибо.
— Пожалуйста. Но, если вы не возражаете, я все-таки хотел бы послушать, — добавил Пол, снимая трубку параллельного аппарата.
Он считал необходимым понаблюдать, как отреагирует брат Кэрол и их компаньон на известие о том, что она жива. Вдруг они не слишком обрадуются, вопреки уверенности Кэрол?
— Слушайте. Нам нечего скрывать, уверяю вас! — сказала Кэрол.
Если бы она не была так счастлива возможности позвонить домой, ее бы, наверное, возмутило требование Пола. Однако, если разрешение послушать разговор с Кеном — плата за пользование телефоном или цена доверия Пола, то она готова.
Кэрол набрала номер квартиры в Сан-Франциско. Там сейчас раннее утро; Кеннет, должно быть, еще спит. После нескольких гудков кто-то взял трубку. Слава Богу! Он дома! Кэрол едва справлялась с волнением, предвкушая его радость.
— Кен? — спросила она замирая.
— Кэрол? — Голос мрачный, как с похмелья. — Кэрол, это ты?!
— Да! Я на Хикари. Ты хорошо меня слышишь? Тебя я почти не слышу.
Раздался шорох, будто откинули одеяло, и стон — человек тряс головой, желая проснуться.
— Кэрол? О Боже…
Кэрол нахмурилась и нервно облизнула внезапно пересохшие губы.
— Что с тобой, Кен? Ты заболел?
— Ох… Нет. Нет. Я не болен. Боже… Я просто не ожидал… Господи, а который час?
Кэрол услышала звон разбитого стекла, будто упал стакан и разбился о плитки пола. Должно быть, он на балконе, решила она. Но, с другой стороны, одеяло на балконе? Нет, скорее это был бумажный шорох. Газета! Все встало на свои места: Кен уснул в патио [9] с выпивкой на столе и с газетой на груди… Кэрол повернулась к Полу спиной, не в силах выносить его откровенного взгляда. Кеннет спросил, который час, а ведь у него наверняка на руке часы!
— Кен, ты напился? — произнесла она упавшим голосом.
— Боже, Кэрол, ты звонишь черт знает откуда, чтобы снова пилить меня насчет выпивки?!
— Да нет, я звоню не за этим…
— Если тебе так важно знать, то да! Я выпил пару стаканов вчера вечером и уснул в патио. Так чего ты звонишь? Что-нибудь случилось? Я думал… Я думал, что ты уже, видимо, там. Когда это, черт побери, было? Вчера? Позавчера? Никогда не могу определить день…
— Это неважно, Кеннет. Ты слышал что-нибудь про авиакатастрофу?
Повисла жуткая тишина. Он не ответил сразу — неужели придумывает, как лучше солгать?! Сердце Кэрол застыло. О Боже, нет!.. Что творится? Во что Кеннет втянут?
— А… Да… Да, я слышал об этом. Но Патрик сказал, что все в порядке. И мы ждали твоего звонка. Гм… Ты действительно в порядке?
Кэрол опустила голову. Ей было нехорошо.
— Да, я в порядке, благодаря мистеру Дадзаю.
— Этому сукину сыну? Тебе повезло, что он не проткнул тебя одним из своих проклятых мечей! — раздраженно пробормотал Кеннет.
Кэрол повернулась к Полу и развела руками, пытаясь изобразить извинение. Но на Пола слова Кеннета, похоже, не произвели никакого впечатления; он даже, кажется, удивился ее попытке успокоить его. Отмахнувшись от ее извиняющегося жеста, Пол указал на телефон и одними губами произнес:
— Спросите вашего брата, когда он услышал о крушении самолета.
— Кеннет, а когда ты услышал, что самолет упал?
— Не знаю… Какая разница? А, примерно в то время, когда ты должна была долететь.
— Я пыталась позвонить тебе вчера, но не дозвонилась. — Кэрол попыталась улыбнуться. — Я боялась, что ты волнуешься, а ты вместо этого помчался на свидание? — шутливо спросила она, надеясь снять возникшее напряжение.
— Не твое дело! — со смехом сказал Кен, потом смех перешел в стон. — Черт, у меня такое похмелье! Мы с Патриком отмечали…
— Отмечали?!
Снова возникла пауза, достаточно долгая. Кеннет, судя по всему, обдумывал сказанное, соображал, что он сделал не так, и придумывал, как бы выкрутиться… Кэрол не раз наблюдала за ним в такие моменты, и ей не хотелось бы сейчас оказаться с ним в одной комнате. Она закрыла глаза, понимая, что происходит что-то ужасное, но не желая признаться в этом даже себе.
Кеннет, очевидно, сообразил, что молчание затянулось.
— А, ну, ты знаешь… отмечали, что ты долетела до Хикари и наконец вырвешь древний меч из рук умирающего старика.
— Кеннет! — потрясенно воскликнула Кэрол.
— Да не будь ты такой сентиментальной дурочкой, сестрица! — Голос Кеннета напрягся. — Каждый когда-то стареет. И важно быть уверенным, что у тебя хватит денег, когда наступят такие дни. Наше маленькое дельце — как раз шаг к этому. Ну, и что плохого в моих словах?
— Ладно, Кен. Я просто хотела дать тебе знать, что я в порядке. На случай, если ты слышал о катастрофе…
— Кэрол… — В голосе его послышались знакомые мальчишеские нотки, от которых всегда таяло ее сердце. — Я рад, что ты в порядке! Я правда рад.
Кэрол бросила на Пола торжествующий взгляд, в котором читалось: «Я же вам говорила!» Но он никак не отреагировал и на этот взгляд, только снова одними губами сказал:
— Спросите его, когда и где они получили письмо.
— О, кстати, Кен, не можешь ли ты мне точно сказать, когда и где Патрик получил письмо?
— А что? — В голосе опять послышалась напряженность.
— Ну, это не то чтобы очень важно… Но младшего Дадзая не слишком убедило письмо отца.
— Да? Ну что же, дай сукину сыну прочитать его. Там даже есть печать старого Дадзая! Куда уж убедительнее? Надеюсь, он не собирается заявить, что мы его подделали?!
Кеннет хрипло рассмеялся, потом Кэрол услышала звук, похожий на глотание. Он пьет! Должно быть, с братом действительно что-то случилось. В последние месяцы он пил меньше. И после окончания университета никогда не брал в рот до полудня…
— Кен, у тебя все в порядке?
— Все прекрасно, сестренка, все прекрасно!
— Ну что ж, может, ты позвонишь Патрику?
— Ага. И ты позвони. Патрик от твоего голоса шары выкатит! Гарантирую! — Кеннет захихикал.
— Побереги себя, Кен, — ласково сказала Кэрол. — Ради меня.
— Я всегда так и делаю, — устало усмехнулся он.
Положив трубку, Кэрол собрала все свое мужество, чтобы посмотреть в лицо Полу.
— Может, он и слабый человек, но это не совсем его вина! — воскликнула она, заранее защищаясь, хотя Пол еще не произнес ни слова. Он только не сводил с нее глаз, и Кэрол чувствовала, что ее щеки предательски покраснели. — Мой брат был совсем ребенком, когда мама покончила с собой. И ему было нелегко. Не знаю, зачем я пытаюсь все это вам объяснить, — пробормотала она, — это вас не касается.
Пол смотрел, как она вертит в руках телефонный провод и пытается справиться с чувством унижения.
— Ваш брат подвел вас, — заметил Пол. — Когда вы тонули, он развлекался. Но главное — он знал о катастрофе и даже не попытался позвонить. И он чертовски нервничал. Вы не могли не понять, что он лжет! Почему же вы пытаетесь защищать его?
— Потому что он мой брат и я люблю его! — крикнула Кэрол. — Неужели так трудно понять? Неужели вы никогда не любили человека… с недостатками?
— О да. — Пол горько улыбнулся. — Но я пережил это. Я научился освобождаться от старых ошибок и не повторять их.
Кэрол не могла понять, почему она так злится на него. Наверное, потому, что он стал свидетелем ее унижения… Ее раздражала неуязвимость и хладнокровие Пола.
— Вы имеете в виду вашу мать? — спросила Кэрол, желая побольнее уколоть его. Впрочем, она тут же пожалела об этом.
Пол сощурился.
— Откуда вы знаете?
— От Люси. Она немного рассказала. Днем, на прогулке…
Пол некоторое время молча расхаживал по комнате, потом выглянул в окно. В отдалении виднелись огни деревни.
Черт побери, что же все-таки случилось с Люси?
— Почему вы не идете спать? — резко спросил он и направился к. двери, взяв Кэрол за локоть. — Я покажу вам вашу комнату.
— Но я собиралась позвонить и Патрику…
— Это можно будет сделать и завтра. Вы уже не удивите его. Момент упущен.
9
Патио — открытый внутренний двор, окруженный галереями.