Через вексельные кредиты прошло более 40 триллионов рублей. Банк «Менатеп» был первым среди коммерческих банков по объему вексельного кредитования.
Каждый в России экономит на налогах. Но олигарх обирает бюджет дважды — и на доходах, и на расходах. Проблема в том, что если вы не кормите корову и доите ее, то корова обязательно сдохнет. Корова, именуемая «бюджет Российской Федерации», сдохла 17 августа прошлого года. Мы осмеливаемся утверждать, что российские олигархи были бы идиотами, если бы не знали об этом биологическом факте. На идиотов они не похожи.
ВНК И ЗАПАДНЫЕ КРЕДИТЫ
В 1997 году Ходорковский окончательно определяется — он хочет быть хозяином нефтяной, точнее, нефтехимической империи. Все прочее — титан, медь, лес — должно быть обращено в деньги. «Роспром» продает «Уралэлектромедь» и «Ависму», избавляется от кучи ненужных заводов. Деньги идут на покупку Восточной нефтяной компании, но денег не хватает. ЮКОС занимает на Западе — под залог собственной нефти.
Вороватый менеджмент ВНК ничего не мог даже близко противопоставить такому напору. У ВНК даже не было единого руководства: наряду с ее гендиректором Леонидом Филимоновым (ныне — зампред ЮКОСа) крупнейшую роль в компании играли его замы Виктор Калюжный (ныне министр топлива и энергетики) и Гурам Авалишвили (ныне зам губернатора Томской области).
Позорная для России эпоха залоговых аукционов кончилась. Правительство требует от олигархов реальных денег. За ЮКОС, который добывает 34 миллиона тонн нефти, Ходорковский выложил аж 170 миллионов долларов. За ВНК с ее 11 миллионами тонн добычи — около 1 миллиарда долларов. Правда, правительство прозрело необыкновенно кстати — в тот самый момент, когда олигархи уже могут занять деньги на Западе, а вот «красные директора», подлежащие продаже, по-прежнему занимаются мелким воровством и ничего не могут противопоставить напору Москвы.
Так или иначе желание ЮКОСа заплатить в бюджет огромные деньги можно было бы только приветствовать, если бы не одно «но». Миллиард долларов — это деньги не ЮКОСа, а западных кредиторов. Ходорковский заложил ЮКОС, чтобы купить ВНК.
А вот собирался ли он отдавать долг?
В 1997–1998 годах олигархи жили тем, что брали валютные кредиты на Западе под низкий процент и вкладывали их в рублевые ГКО под высокий. По мере того как на разницу они приобретали предприятия-экспортеры, становилось яснее основное противоречие российского олигархического капитализма. В то время как банк-олигарх был заинтересован в поддержании низкого курса рубля, позволявшего брать дешевые синдицированные кредиты на Западе, ФПГ-олигарх была заинтересована в девальвации рубля, позволявшей утроить доходы от экспорта.
После паники на азиатских рынках в ноябре 1997 года стало очевидно, что падение рубля — лишь вопрос времени. Понимают ли это западные банки? Нет — иначе они не кредитовали бы олигархов. Понимают ли это олигархи? Да. И вот доказательства.
В 1997 году Михаил Ходорковский оставляет пост в «Менатепе» и становится главой холдинга «Роспром». Это можно было бы трактовать как давнишнее желание химика Ходорковского заняться излюбленным делом — промышленностью. Однако желание сменить имидж проявили почти все олигархи. Владимир Гусинский оставил «Мост-банк» и встал во главе холдинга «Медиа-мост». Владимир Потанин создал «Интеррос».
Из гусеницы вылупилась бабочка. Олигархи отделили банковские пассивы (то есть деньги вкладчиков и бюджета) от промышленных активов (на эти деньги купленных). Банк оказался в одном месте, его покупки — в другом. Теперь смерть банка не могла повредить промышленным холдингам.
За шесть месяцев 1998 года Центробанк тратит на поддержку рубля 8 миллиардов долларов. Практически эти деньги отобраны у российских предприятий и отданы «системообразующим банкам». В июле 1998 года западные банкиры наконец отказываются пролонгировать ранее выданные кредиты и требуют их возврата. Чтобы расплатиться, российские банки (прежде всего — «СБС-Агро») продают по дешевке российские бумаги. Цена бумаг падает, доходность ГКО растет.
![Михаил Ходорковский: химия и жизнь _030109160925b.jpg](https://litlife.club/books/182175/read/images/_030109160925b.jpg)
Олигархи в панике бегают по коридорам Белого дома: «Сделайте что-нибудь, чтобы мы могли не платить». Говорят, голос Ходорковского в этом хоре был весьма заметен: 17 августа с «Менатепа» причиталось 80 миллионов по синдицированному кредиту. В конце концов, как рассказывают очевидцы, олигархи прибежали к Кириенко. «Мы у тебя НОРСИ отберем, в землю зароем, если ты как-нибудь не выручишь нас. Разреши не платить Западу». «Хорошо, — говорит Кириенко, — я объявлю мораторий по выплате долгов на Запад, но за это я перестану платить по ГКО».
«Государство всех кинуло», — горько жалуются олигархи в обширных интервью «Коммерсанту». Конечно, кинуло. Обещало дать содрать с себя четыре шкуры, а подохло, когда сдирали третью.
СТРАНА ЗАХОДЯЩЕГО ОЛИГАРХА
Весной один мой знакомый, у которого в «Менатепе» пропало эдак с десяток миллионов долларов, пошел в банк за объяснениями. Знакомый — не сопляк, деньги тоже не сопливые, принимал его не кассир, а партнер. «Понимаешь, — доверительно объяснили моему приятелю, — деньги, конечно, есть. Но ведь их уже давно слили в оффшор и поделили между своими. Я, конечно, могу их вернуть тебе, но ведь я, получается, пойду против коллектива. Это непорядочно. Нечестно».
Действительно, в том, что касается банков, проблем у олигархов не возникло. Пока длился мораторий на выплату долгов Западу, хорошие активы были отделены от плохих долгов. Перспективных клиентов «Менатеп» перевел в «Росбанк», принадлежащий ему совместно с «Мост-банком» и «ОНЭКСИМом», а плохие долги остались на «Менатепе».
Другое дело — ЮКОС. Нефтяные скважины в оффшор не сольешь.
После 17 августа на ЮКОС находится целая куча охотников. Во-первых, это западные банки, которые давали ЮКОСу кредиты. Во-вторых, губернаторы и старые директора, которые, приняв эпидемию преднамеренных банкротств за закат олигархической системы, бросились на «Роспром» в надежде оттяпать кусок от заболевшего льва. В-третьих, на ЮКОС набрасывается зверь безусловно редкий и для российской экологической ниши вряд ли подходящий — американский эксцентричный миллиардер Кеннет Дарт, специализирующийся на том, что в Америке называется greenmail, или «зеленый шантаж». Гринмейл — это когда инвестор покупает небольшой пакет акций компании и противится любым планам менеджмента, до тех пор пока менеджмент не выкупит у него пакет за сумму втрое большую.
Господин Дарт для России птица изысканная, как попугай какаду. Это российский олигарх, родившийся не в том времени и не в том месте. Вы представьте, бедняга Дарт, дабы не платить налоги, купил себе целый океанский корабль, на котором и плавал 180 дней в году вне территориальных вод США! Наши решают этот вопрос проще…
Надобно отметить, что все три категории наглецов, примерявшихся к юганской и томской нефти, были ЮКОСом решительно поставлены на место. Но не скопом, а сообразно степени приличия каждого.
Респектабельные западные банки — Daiwa, Westdeutschelandesbank и Standard Bank of London, ссудившие ЮКОСу 236 миллионов долларов, честно получили 30 процентов акций НК «ЮКОС». Правда, в это же время нефтедобывающие подразделения компании — «Самаранефтегаз», «Юганскнефтегаз» и «Томскнефть» — увеличили свой уставный капитал втрое. В результате чего доля ЮКОСа в этих компаниях упала до 17 процентов. То есть «Дайва» получила шкурку от банана. А сам банан оказался в оффшорах. Кстати, чтобы не гонять деньги туда-обратно, оффшорки заплатили за акции… векселями самих «дочек».
Операция эта — прекрасное противоядие против «Дайвы» — не могла, однако, помочь против Кеннета Дарта, владеющего 10–12 процентами акций именно самих «дочек». Поэтому имущество нефтедобывающих «дочек», в свою очередь, передается на баланс новоорганизованным ЗАО. Поэтому мы, собственно, и сказали, что Дарт полез не в свою экологическую нишу. Западные стервятники перед российскими орлами — все равно что кукурузник перед СУ-37…