— Не ложись… Иволга, не сдавайся, слышишь? Я тебе сейчас чаю принесу. Иволга, ты же очень сильная. Ты даже дэггером смогла управлять.

Страшно было видеть, как мучается Иволга - которую все привыкли считать просто железной, старый, опытный боец, прошедший неисчислимые расстояния и огня, и воды, и медных труб - что ей, казалось бы, какие-то мысли, всего лишь мысли и представления, чувства, которые сейчас внушает сагон?

Психотронное оружие, впрочем, тоже валит с ног самых сильных. Необратимо, поэтому оно и запрещено на Квирине.

Ильгет побежала за чаем, положила сахар, из НЗ, на Визаре сахАра не знали, но Иволге нужно сладкое. Вернулась к подруге. Иволга сидела и покачивалась из стороны в сторону, прижав ладони к вискам.

— Нет, - вдруг явственно сказала она, и еще раз, - нет.

— Миленькая, Иволга, ну что ты? Что с тобой? Вот, чаю попей…

Иволга резко протянула руку и ударила по кружке - вероятно, случайно. Половина чая расплескалась на пол. Ильгет села рядом, обняла Иволгу за плечи и поднесла кружку к ее губам.

— Иволга, ты слышишь меня? - она сделала несколько глотков. Значит, все не так безнадежно, - Иволга?

Никакого ответа.

— Не говори с ним, говори со мной, - Ильгет поставила кружку, - ну что с тобой? Маленькая, ты что? Ты же знаешь, что я люблю тебя. И дети твои. Иволга, ну вспомни детей! Они же тебя ждут. Ты должна вернуться, ты обещала!

Ильгет ощутила нарастающую головную боль. Ничего, это мелочи. Какая же это боль, пустяки. Только все плывет вокруг.

"Сагон, заткнись", - мысленно сказала Ильгет и снова начала молиться.

Вдруг тело Иволги как-то обмякло, она стала валиться на Ильгет. Глаза ее были закрыты, в лице ни кровинки. Заснула… Ничего, на лавку, накрыть стеганым теплым одеялом. Ильгет встала на колени рядом со спящей Иволгой. Какой она проснется? Господи, помоги! Что все это значит? Выдержала ли она атаку? Или умрет во сне? Или сагон продолжает разрушать ее мозг?

К утру Ильгет, пошатываясь и не замечая этого, вышла в кухню. Под утро она все же заснула прямо на полу, и проспала, наверное, часа два. По внутреннему ощущению. Нехорошо это. Надо было не переставать молиться. Ведь это единственное, чем еще можно помочь Иволге.

Какой она проснется?

Возможно, что уже - эммендаром.

Проклятие Дозорной Службы - все мы умеем слышать невидимый и неслышимый мир, и доносятся до нас, увы, отнюдь не ангельские голоса.

Рида уже хлопотала, затапливала печку, чтобы приготовить завтрак. Ильгет села у стола, подперев голову руками.

— Ильгет, - в последнее время Рида и Эннори стали называть "проницательных" просто по имени, - что с вами? Вы так плохо выглядите…

— Ничего, Рида. Ничего, - Ильгет поколебалась, - не удивляйся, если Иволга станет вести себя… странно. Я справлюсь с этим.

Может быть, уже выйти на связь? Сообщить Гэссу, Дэцину? По крайней мере, посоветоваться - что делать, если Иволга… Но что они могут посоветовать?

Я не смогу ее убить, подумала Ильгет. Тошнит при одной мысли об этом. Пусть она меня убивает. Правда, Рида и Эннори… Они уйдут. Не думаю, что сагон пошлет Иволгу их преследовать. Конечно, такой эммендар может причинить немало бед. Очень нехорошо будет оставлять ее в живых. Но я не смогу.

— Ильгет, - Рида подошла, коснулась ее плеча, - вы устали… я вижу. Вы не спали ночью?

— Да, но это ничего, - отозвалась Ильгет. Это ничего… по сравнению с тем, что возможно, еще предстоит.

— Там уже пришли люди… с Мапы. Вы сейчас примете или после завтрака?

— Давай, зови, - согласилась Ильгет.

Она приняла и отпустила больных. Эннори тем временем наколол дров. Они помолились и позавтракали - втроем. Иволга все спала. Пришли новые посетители, Ильгет приняла их. Начался обычный рабочий день.

Около полудня занавеска в соседнюю комнату откинулась. Ильгет замерла. Посетителей как раз не было - пауза, это очень хорошо.

Вдруг пронеслась стремительно мысль, что надо было все рассказать Риде с Эннори. Они не поймут, что случилось… Не поймут.

Иволга стояла на пороге, не то, что бледная, а просто зеленая. Зеленокожая, со странными светлыми глазами, ввалившимися, окруженными чернотой. Несколько секунд Ильгет напряженно смотрела на нее. Потом тонкие бледные губы Иволги расползлись в улыбке.

— Иль? Ты чего? - хрипло произнесла она, - уже меня хоронишь? А бластер где?

Ильгет ощутила огромное облегчение. Вздохнула тяжело и протяжно.

— Он тебя не взял…

— Руки у него коротки, - ответила Иволга, - еще не сотворен тот сагон, который со мной справится. Слушай, жрать хочу, вы, конечно, уже все съели?

— Так ведь уже полдень, - Ильгет вскочила, побежала к печке.

— Я серьезно тебя спрашиваю, Иль, где бластер? Ты сейчас должна была ждать меня с оружием, потому что я теоретически вполне могла… ну сама понимаешь.

Ильгет достала холодные лепешки, молоко, поставила перед Иволгой.

— Да не буду я тебя убивать… Не смогла бы.

— Боец, - хмыкнула Иволга, - с тобой, Иль, еще надо работать и работать, прежде чем тебя в боевую обстановку выпускать. Гуманизм, блин.

Она с жадностью набросилась на еду.

— Кстати, достань блинкер, ты проверку не собираешься делать?

Ильгет вытаращилась на подругу.

— Ты о чем? Ты что, сама не…

— Я все знаю, а вот ты… Ты что считаешь, эммендар должен выйти с выпученными белыми глазами и тут же начать всех убивать? Нельзя ориентироваться на поведение, сколько раз тебе говорили!

Вообще-то Иволга была права. По инструкции положено проверить. Ильгет полезла за блинкером, включила его, подошла к Иволге.

— Смотри мне в глаза.

Конечно, Иволга не была эммендаром. Отставив еду, она добросовестно, стараясь не моргать, хоть глаза слезились от яркого света блинкера, смотрела на Ильгет. Совершенно чистый взгляд. Это Ильгет могла бы и без проверки сказать, хоть и говорят - не ориентируйтесь на поведение, но ведь Иволгу-то она знает как облупленную. Наконец проверка была закончена. Иволга, вздохнув, снова взялась за лепешки.

— Спасибо, - бросила она негромко, - ты мне здорово помогла ночью.

— Да? - спросила Ильгет. У нее сложилось впечатление, что Иволга даже не заметила ее присутствия.

— Да. Поддержала. И еще ты отвлекала сагона хоть немного, он тебя не атаковал, правильно?

— Нет, по-настоящему нет. Головная боль и… я кое-что забыла.

— Но это тоже требует его сил, - заметила Иволга, - так что он не все направил на меня.

Она вдруг перестала есть, посидела немного, нахохлившись и сказала.

— Скорее бы воевать уже… сколько можно тут сидеть.

— Глава 7. Удар в спину.

Искэйро принес хорошие новости - в Дымном Святилище группа согласилась с предложенным планом.

Теперь он сидел рядом с Арнисом, по обыкновению, молча. Арнис уже и сам привык молчать почти всегда - с килийцами нельзя иначе. Говори только по делу. Иначе ты не мужчина. А так хочется иногда просто поболтать с кем-то…

Ничего. Успеется еще. Арнис тщательно обдумал фразу и произнес.

— Когда свет сомкнется (килийская идиома утра, совершенно бессмысленная здесь, в подземелье), один из воинов должен будет попасть в Дымное Святилище и ждать там начала. Кто сделает это, Искэйро?

— Аванг, - подумав, ответил килиец. Арнис кивнул. Поднялся, перешел на свое спальное место. Встал на колени - он уже давно перестал стесняться и скрывать что-либо - и начал молиться. Килиец молча смотрел на него, все так же сидя на корточках.

Помолившись, Арнис лег. Все остальные уже лежали, кое-где раздавался болезненный хрип, не все выдерживали жизнь в подземелье и сырость святилища - цеха по производству дэггеров. То есть, конечно, уйгаран, великих духов…

Так или иначе - все шло к завершению. По счету времени уже близилась вторая акция, ДС должна быть уже на Визаре. Очень, очень жаль гравистанцию связи, потерянную месяца два назад. Но Дэцин поймет, такая вероятность была предусмотрена. Теперь придется кому-то рисковать, чтобы передать сигнал к восстанию. У Арниса готово все.