Даже после того, как золотистое облако накрыло весь отряд, валгатры не встали замертво, а лишь замедлили ход и через пару минут остановились, немного пошатались из стороны в сторону и завалились на бок. Итилгаил опустился к самой земле, выбросил якоря и стал открывать люк, но им никто не воспользовался. Кир спрыгнул на пожухшую траву первым и подошел к всаднику, скакавшему впереди. Это был здоровенный орк в новеньком доспехе, явно, сработанным отличным мастером. Его валгатр также был закован в сталь и Киру сразу бросилось в глаза, что его рога и длинные, острые бивни тоже были стальными. Сняв с головы всадника шлем, очень похожий на эльфийские шлемы, имевшие сходство с шлемами древних ахейцев, он нисколько не удивился тому, что волосы орка были коротко острижены. Видимо, он был жителем какого-то города и при этом никто из альтаров так и не заподозрил в нём чёрного мага, что в принципе было и не мудрено, так как доверчивые альтары практически никак не контролировали орков и они были предоставлены самим себе.
Кузьмич и Иоланта быстро сотворили из воды и дыма несколько десятков големов и они принялись за работу, начали извлекать всадников, придавленных валгатрами, снимать с них доспехи и раздевать догола. Одних только альтар им было приказано просто вынуть из футляров и положить на траве отдельно. Маг-воитель и его ученица то и дело подливали воды и поддували дыма, творя прочные магические узы для валгатров и их наездников, чтобы те придя в себя не начали безобразничать. Тетюр тем временем достал из своей магической книги низкую, широкую кушетку, расставил вокруг удобные кресла и даже сервировочные столики с напитками и закусками, как бы показывая этим, что процедура будет долгой. Через полчаса пленники очнулись и водный голем положил на стол первого пациента, эльфа, руки и ноги которого были прочно связаны полупрозрачными водными магическими путами. Эльф, очнувшись, обвёл всех недобрым взглядом, затем лицо его страдальчески сморщилось и он с трудом выговорил:
– Владыка Итилгаил, сделай одолжение, лиши меня жизни своей рукой. – После этого он зарычал хриплым голосом – Все вы падёте под мощью нашего оружия. Вам не спастись.
Козмо сидел как раз напротив головы эльфа. Не говоря ни слова он приложил к его макушке свою магическую хрустальную тюбетейку и через пару минут кивнул головой Тетюру и тот выпустил стаю своих магических кристаллов, которые немедленно засверкали так ярко, что затмили своим светом полуденное светило. Все маги к этому моменту уже достали из магических книг и привели в полную боевую готовность свои магические инструменты. Через несколько минут Тетюр нахмурился и сказал озабоченным голосом:
– Господа, перед нами наполовину перерождённый эльф. Скажем так, он представляет из себя воина-раба, полностью подвластного не Амалу, а тому чёрному магу, который сначала опоил его тем напитком, который получил название чёрного орочьего пива, после чего совсем недавно, не более полугода назад, ему дали испить дряни, которая изливается из того источника, что сотворил Амал. Ничего страшного я здесь не наблюдаю и смогу исцелить этого парня максимум за пять минут, да, он и сам имеет в себе силы бороться с магией Амала, хотя эта дрянь действует даже посильнее, чем тот амулет, который носил когда-то на своей шее Джонни. Поэтому, Кир, сражаться они будут просто отчаянно, что называется до последнего вздоха и ни один из них не пустится наутёк. При этом не забывай, что все рабы Амала очень сильны физически, сообразительны и обладают отличной выучкой, так что воевать с ними будет очень непростой задачей и наши потери при штурме будут нешуточными. Исцеление убитых и освобождение из-под власти Амала нам ничего хорошего, кроме лишних хлопот, не даст, так как на то, чтобы они смогли полностью прийти в себя, уйдёт месяца три. Поэтому нам придётся поломать голову над тем, где их всех содержать и как охранять. Вы всё зафиксировали своими магическими инструментами, господа маги? Прошу вас высказать своё мнение, чтобы Кир определился с дальнейшей тактикой.
Всем сразу же стало ясно, что кое-какие слова были сказаны Тетюром специально для чёрных магов. Первым высказался король Хальдур, сказав спокойным голосом:
– Сэр Кир, для меня это, можно сказать, будет пустяковая работа, две, три секунды, если, конечно, пациентов не будет больше трёх сотен. – Подыгрывая Тетюру, заговорившему о возможных потерях, он добавил сокрушенно разводя руками – Вот только я никак ума не приложу, где нам взять столько санитаров, чтобы выносить убитых и смертельно раненых рабов Амала с поля боя.
Анир сердито фыркнул:
– Хвастун. То же самое сделает любой маг жизни, а не один только ты со своим дубовым листком, но относительно санитаров я с тобой полностью согласен. Наши транспортные големы для этого не пригодятся, они слишком медлительны и неповоротливы, да, к тому же не отличаются особой прочностью. Так что нам нужно будет что-то для этого придумать. Крылатые корабли на ничем не помогут, особенно в гористой местности. Придётся выносить их на руках, чтобы чёрные маги их не возродили и снова не отправили в бой, ведь после этого они станут сражаться против нас с удвоенной силой.
– Мальчики, не нужно ссориться. – Одёрнула своего ученика Иоланта и строгим голосом сказала – Высшие силы именно для этого вам и даровали вам такое умение и всучили в руки корм для лошадей и банный веник. Вот вы и придумайте, как обеспечить эвакуацию убитых солдат врага с поля боя. Впрочем меня сейчас совсем не это волнует. Кузьмич, ты нам лучше скажи, как зовут этого парня, каким образом его споили эти уроды и, главное, когда.
– О, милая, это произошло очень давно, ещё до того дня, когда Анир притащил на Адамминен свою банду. Четыреста двадцать один год назад Ганелндил, молодой музыкант из Вилварина, города в Южном Иселинерине, отправился путешествовать по Эннонанду и в городе Лахоре, который находится в северо-западном Эннонанде, как-то раз зашел в таверну "Весёлая Мэгги", чтобы поужинать. Вот там-то ему и подали кубок красного эльфийского вина. В таверне было не очень светло и потому он не обратил внимания на цвет вина, но вкус его ему понравилось и с тех пор стал большим другом того орка, который содержал эту таверну, и осел в Лахоре на долгие годы. Ну, а четыре месяца назад Булра, так зовут этого чёрного мага, велел ему испить напиток преображения и поскольку все слуги Амала до безобразия хвастливы, очень подробно, в красках расписал Ганелндилу, что произойдёт с ним в скором времени. Участь ему была уготована незавидная, надо сказать. Пока дети Амала будут подрастать в чреве его наложниц, Ганелндил вместе с ему подобными встанет живым щитом между армией эльфов и верными слугами Амала. Ему известно о том, что если он будет убит, то станет пищей для наместников Амала, тех юных ублюдков, на которых у тебя не подымается рука, Анир. Ну, а коли того потребуют обстоятельства, то его также могут пустить на корм деточкам Амала, которые родятся чуть ли не взрослыми воинами тьмы. Это произойдёт в том случае, если воин-раб будет плохо сражаться. Ну, а коли кому-то повезёт, то у него появится реальный шанс встать на тот путь, который обязательно приведёт его прямиком к Чёрному источнику, окунувшись в который он станет воином тьмы, великим и несокрушимым. Но только в том случае, если добровольно примет сторону Амала. Такие вот дела получаются, ребята. Это всё, если не рассказывать о том, что Ганелндил претерпел от множество унижений от своего друга Булры. Ну, а теперь, зелёные, ваша очередь показать, чего вы стоите, как маги.
Анир взмахнул своим клеверком, чем создал над всеми магический купол, надёжно защищающий от подслушивания и вежливо поклонился своему зелёному коллеге и сказал:
– Король Хальдур, ты зять владыки эльфов севера Дагорндила, тебе и возвращать Ганелндилу его душу, прошу. Чёрные маги ничего не смогут увидеть и услышать, как бы они не старались.
Мудрый маг-альтар, который значительно прибавил в росте, чтобы кипельно-белые доспехи первого размера стали ему по плечу, сделал рукой широкий жест, король Хальдур взмахнул дубовым листом из которого вырвалась осязаемо плотная зелёная, с золотыми искорками волна и эльф был не только мигом исцелён, но и был моментально подогнан под серебристо-белые доспехи, которые Кир молча положил рядом с ним. При этом с его рук и ног исчезли магические водные путы. Ганелндил тотчас сел на столе и прикрылся руками. Иоланта бросила ему пластиковый пакет с нижним бельём, эльфийскими лосинами и белой шелковой рубахой, после чего демонстративно отвернулась от него. Владыка Итилгаил сказал эльфу строгим тоном: