Решив продолжить путь, Филипп не сразу осмелился войти в лесную чащу. Покидать освещенную солнцем поляну было жутковато. Но затем он припомнил, как в последний момент прочитал заклинание «Меня победить нельзя» и вслух твердо произнес:
— Надо идти.
Обойдя по кругу всю опушку, Филипп нашел в кустах едва заметную тропку и отправился дальше. Непроходимые заросли кустарника вскоре сменились обыкновенным смешанным лесом. Идти стало намного легче, но Филипп не торопился. Он внимательно всматривался в лесную чащу и все время ожидал, что на тропинке появится кто-нибудь из его вчерашних преследователей.
Высоко над землей кроны деревьев переплетались между собой и образовывали естественный зеленый свод, сквозь который едва-едва тонкими лучиками пробивалось солнце. Изредка путь ему преграждали поваленные стволы деревьев, и Филиппу приходилось перелезать через них. Он делал это крайне осторожно, особенно после того, как на одном из стволов заметил небольшое, но очень неприятное существо. У него были кожистые крылья, черная обезьянья мордочка и алчный пронзительный взгляд.
По дороге Филипп снова отыскал себе увесистую палку. Но на этот раз больше для защиты от нечисти. Он обломал её под свой рост и попробовал в деле. Филипп изо всей силы треснул посохом по дереву и остался доволен палка выдержала испытание.
Много раз Филиппу казалось, что за ним кто-то идет. Иногда он замечал, как по траве пробегала волна, словно дорогу ему перебегал кто-то невидимый. Один раз в кустах Филиппу померещился крошечный старикашка с зеленой бородой, но тот сразу растворился в воздухе, и Филипп решил, что это ему просто почудилось.
От прежней беспечности Филиппа не осталось и следа. Он больше не воевал с крапивой и лопухами, зорко смотрел по сторонам и размышлял о предательстве Кинтохо. «А я его ещё спас, — возмущенно думал Филипп. Встретить бы его и дать по физиономии. А ещё человек называется. Правильно говорил папа: если человеку сто раз сказать, что он свинья, на сто первый он хрюкнет. Вот так и с Кинтохо. Ему все время внушали, что он нечисть, он и стал ею» В каждом трухлявом пеньке Филипп видел лешего, в каждой изогнутой коряге — кикимору. Он старательно обходил стороной темные, густые ельники и шарахался от непроходимых зарослей бузины. Резкие крики ворон напоминали ему о ночном кошмаре, и каждый раз от страха сердце у Филиппа падало куда-то вниз. Поэтому он торопился, чтобы до темноты уйти подальше.
Филипп помнил, что его выручило заклинание. А со слов Кинтохо выходило, что магическая защита действовала всего одни сутки. Это означало, что следующую ночь ему придется защищаться самому. Поэтому Филипп боялся даже думать о ночлеге и все надеялся, что лес вот-вот расступится, и он выйдет хоть к какому-нибудь жилью или, на худой конец, в поле. Но лес не заканчивался, а тропинка не становилась ни уже, ни шире.
Когда день перевалил за середину, и солнце начало клониться к западу, Филипп остановился передохнуть на берегу лесного озерка. Вокруг заросшего камышом водоема оказалось много земляники, и Филипп принялся её собирать. Хорошенько подкрепившись, он расположился у самой воды на чистом теплом песке. Филипп начал уже засыпать, когда почувствовал, как кто-то легонько коснулся его руки. Вскрикнув, он отдернул руку и вскочил на ноги, но успел заметить только большой рыбий хвост, который мгновенно исчез в воде.
«Русалка», — сразу догадался Филипп. Он не знал, стоит ли ему бояться этих полуженщин-полурыб и на всякий случай отошел от берега.
Через несколько секунд из воды показалась голова очень красивой юной девушки. Она с любопытством разглядывала гостя из другого мира и медленно подплывала к берегу. У русалки были ярко-зеленые волосы, которые дивным шлейфом тянулись за ней по поверхности воды, такие же зеленые глаза и абсолютно белая кожа.
![В поисках волшебного камня (Черный камень) i_007.jpg](https://litlife.club/books/179886/read/images/i_007.jpg)
— Добрый день, — не зная, как себя вести, поздоровался Филипп.
— Что ты здесь делаешь? — чистым, звенящим голосом спросила русалка. Она подплыла к кромке песка, и Филипп увидел её длинный чешуйчатый хвост.
Говорить правду после того, что с ним произошло ночью, Филиппу не хотелось, и он ответил:
— Гуляю, ягоды собираю.
— Не ври, — сказала русалка. — В этом лесу люди из вашего мира не гуляют. Ты идешь к Черному Камню.
— Ну и иду, — ответил Филипп. — Что в этом плохого?
— Ничего, — пожала узкими плечиками озерная красавица. — Просто ты не дойдешь до него.
— Почему? — забеспокоился Филипп. Он уже представил, что у него за спиной стоит какое-нибудь сказочное чудовище с разинутой пастью и вот-вот его проглотит. Филипп быстро обернулся, но там никого не оказалось.
— Потому что не умеешь врать, — рассмеялась русалка. — А здесь без этого никак нельзя. Садись ко мне поближе, я научу тебя морочить головы. Это целая наука.
— Нет, спасибо, — ответил Филипп и отступил от воды ещё на два шага.
Сегодня ночью кикимора с лешим уже дали мне урок. Еле живым остался.
— Эти дураки ничему хорошему научить не могут, — сказала русалка и сладким голосом добавила: — А искупаться хочешь? Водичка такая мягкая, теплая. — Она тряхнула зелеными волосами, ударила хвостом по воде и обдала Филиппа брызгами. — Пойдем, поплаваем. Я научу тебя нырять за беззубками[БЕЗЗУБКА — пресноводный моллюск. ] и дразнить раков.
— Спасибо, не хочу, — упрямо ответил Филипп. — Утонуть я всегда успею.
— Какой ты несговорчивый, — разочарованно проговорила русалка и принялась расчесывать свои зеленые волосы.
— Я вчера был сговорчивым, — сказал Филипп. — А сегодня что-то не хочется.
— А в вашем мире реки и озера есть? — неожиданно переменила тему русалка.
— Очень много, — ответил Филипп. — Моря есть, океаны, водопады и ручьи. Воды у нас хоть отбавляй.
— А русалки в них живут?
— Нет, — покачал головой Филипп. — Там водятся только рыбы и разные животные.
— Рыбы глупые, с ними не интересно, — фыркнула озерная красавица. Наверное люди переловили всех русалок?
— Нет, русалки у нас водятся только в сказках, — ответил Филипп.
— Ничего ты не понимаешь, — наставительно сказала русалка. — Они не водятся только в сказках, а остались только в сказках.
— Не знаю, — пожал плечами Филипп. — Наверное, они сами вымерли, как динозавры. Это такие огромные животные, похожие на драконов.
— Так у вас и драконов не осталось? — изумилась русалка. — Как же вы так живете? Одни люди да рыбы. Тоска смертная.
Филипп взглянул на солнце, увидел, что оно уже собирается завалиться за лес, и заторопился.
— Я пойду. Мне надо ещё найти место для ночевки. А то у вас здесь столько всяких живоглотов! Того и гляди в котел попадешь.
— Хочешь, я спрячу тебя на ночь в озере? — предложила русалка.
— Нет-нет, — испуганно отказался Филипп. — На дно озера я всегда успею.
— Какой ты скучный, — вздохнула русалка и разочарованно добавила: — Я поплыла. С тобой только время терять. — Она оттолкнулась руками от берега, ударила хвостом по воде и быстро скрылась из виду.
— Время! — спохватился Филипп. — Я потерял столько времени. — Он выбрался на тропинку и поспешил дальше. «Скучный! — быстро удаляясь от озера, с обидой вспомнил Филипп. — Будешь здесь скучным, если каждый норовит тебя или съесть, или утопить. Эх, Петьки нет, — снова пожалел он. И Сашки Боброва. Он все-таки занимается самбо. Втроем мы бы дали им. А если у каждого было бы по сабле… или по настоящему мечу. А ещё лучше по пистолету… и по автомату. Вот здорово, мы бы приехали сюда на танке. Можно даже на трех танках. А наверху пулеметы и… и…» — Филипп задумался, какое ещё оружие можно разместить на танковой броне, но не успел. Впереди, слева от тропинки послышался слабый крик, и Филипп остановился как вкопанный.
— Опять кто-то кричит, — тихо проговорил он. — Вот взяли привычку тонуть по вечерам. Сейчас спасешь какого-нибудь ненормального, а он из тебя потом сварит суп с грибами.