«Т. Семенову (то есть Сталину. — Б. С.). Изучая Берлинга, я пришел к выводу, что он армией командовать не может. Лучше было, если бы его назначили заместителем Роля-Жимерского (командующего вооруженными силами ПКНО. — Б. С.), а вместо Берлинга командармом назначить генерал-майора Перхоровича, который сейчас командует 3-м гв. ск. 28-й
Сталин, однако, предпочел не Франца Иосифовича Перхоровича, белоруса, с фамилией, которую при желании можно было счесть польской. 30 сентября по представлению Жукова и Рокоссовского Берлинг был заменен генерал-майором В. В. Корчицем, который считался гораздо более политически благонадежным. Зигмунт Берлинг все-таки был офицером в довоенной Польше и в просоветское Войско польское попал из катынского лагеря, поскольку был признан Берией «правильно политически мыслящим». А Владислав Викентьевич Корчиц был офицером царской армии, в 1919 году пошедший добровольцем на службу в РККА, в советско-польской войне воевавший на советской стороне, а перед Великой Отечественной войной командовавший 182-й стрелковой дивизией. После войны он был начальником Генерального штаба и первым заместителем министра национальной обороны Польши, то есть Рокоссовского. Корчиц, уроженец белорусского Слонима, был таким же «русским поляком», как и Рокоссовский, зато вполне благонадежным. Берлинга же подозревали в том, что он как минимум не будет разоружать отряды АК и арестовывать их командиров. Берлинг, как и некоторые другие члены ПКНО, хотел быть не советской марионеткой, а союзником, но Сталину нужны были в Польше именно марионетки.
Зигмунт Берлинг считал Рокоссовского одним из виновников его смещения с поста командующего 1-й польской армией. Ведь Константин Константинович подписал представление о его замене Корчицем. И Берлинг отомстит Рокоссовскому в середине 1950-х годов, о чем мы узнаем дальше.
Оправданием замены Берлинга служит и запись в журнале боевых действий 1-го Белорусского фронта за сентябрь о варшавском десанте 1-й польской армии:
«Действия частей 2-й и 3-й ПД 1-й ПА по захвату плацдармов на западном берегу р. Висла, начатые 16 сентября 1944 г., оказались неудачными. Переправившиеся подразделения в течение 6 суток вели тяжелые бои, отражая непрерывные контратаки противника, силы которого с каждым днем наращивались. В ходе боев противнику удалось расчленить переправившиеся подразделения и лишить их взаимной поддержки. В результате подразделения, форсировавшие р. Висла, 22 сентября 1944 г. были эвакуированы на восточный берег р. Висла в район Прага.
Основными причинами неудачи действий 2-й и 3-й ПД по форсированию р. Висла и захвату плацдармов в г. Варшава являются:
— Изолированность очагов восстания внутри города, отсутствие между ними координации действий и полная их пассивность, что позволило противнику свободно маневрировать и полностью использовать свои силы для действий против подразделений и частей 3-й ПД. Сразу же после форсирования р. Висла передовыми отрядами 3-й ПД противник снял большую часть своих сил, действовавших против других групп повстанцев, и перебросил их в район действий восточной группы — с целью локализовать успех передовых отрядов 3-й ПД и не допустить их соединения с повстанцами и продвижения в центр города в направлении Мокотув.
— Очень медленный темп и слабая организация форсирования. Успех, достигнутый передовым отрядом на 16 сентября 1944 г., не был развит главными силами 3-й ПД и переправа их через р. Висла затянулась на 2–3-е суток. Медленная переправа небольших по численности подразделений на различных участках привела к отсутствию взаимной поддержки переправившихся групп. Слабые передовые отряды, почти не имевшие с собой артиллерии, не могли самостоятельно удержать захваченные кварталы и, тем более, успешно бороться с контрнаступающим противником, который, значительно быстрее увеличивая свои силы, перебрасывал их с других участков города, где действия повстанцев были в это время пассивны.
— Части и подразделения 3-й ПД не имели достаточной подготовки к ведению уличных боев в условиях крупного города. В первый же день после форсирования мелкие группы пехоты стали укрываться в подвалах и вести оборонительный бой. Огневая поддержка таких групп с восточного берега р. Висла была крайне затруднена.
Кроме того, на ходе боев сказалась слабая организация управления переправившимися подразделениями со стороны штаба 3-й ПД, командиров полков и батальонов».
В том же журнале указывалось, что войска фронта за сентябрь уничтожили 7119 солдат и офицеров противника, 276 танков и самоходных орудий, 883 орудия и миномета, 2248 пулеметов, 596 автомашин и тракторов и захватили в плен 1689 солдат и офицеров противника. Потери 1-го Белорусского фронта за сентябрь 1944 года составили 57 408, в том числе 8774 убитыми и 30 807 ранеными. По сравнению с августом уровень потерь 1-го Белорусского фронта уменьшился примерно вдвое, и примерно в такой же пропорции уменьшилась активность его армий. При этом, что любопытно, безвозвратные потери фронта почти не уменьшились. В августе они составляли 26 458 человек, а в сентябре 19 601. При этом количество раненых уменьшилось в сентябре в 2,5 раза. Это может указывать на гораздо больший недоучет безвозвратных потерь 1-го Белорусского фронта в августе по сравнению с сентябрем.
Немецкие безвозвратные потери командованием 1-го Белорусского фронта в сентябре, скорее всего, как и в августе, были преувеличены, но не так существенно. По сравнению с августом в сентябре они стали меньше аж в 13,5 раза. Возможно, в Генштабе и Ставке указали на абсолютную нереальность августовских цифр немецких потерь, и на этот раз в штабе Рокоссовского дали цифру, более близкую к реальным потерям вермахта. Не исключено также, что на этот раз из Москвы поступила установка показать, что враг еще силен и поэтому в данный момент взять Варшаву нет возможности. А, может быть, сам Рокоссовский, показав более или менее близкие к действительности потери своих и неприятельских войск, пытался убедить Генштаб, что продолжать наступление на Варшаву сейчас не имеет смысла.
2 октября, в день капитуляции повстанцев в Варшаве, военный совет 1-го Белорусского фронта отчитался перед Ставкой о помощи восстанию: «В целях оказания помощи повстанцам Варшавы в период с 13.09 по 1.10.44 авиация фронта произвела 4821 самолето-вылет, в том числе: на сбрасывание грузов — 2435, на подавление средств ПВО противника в городе Варшава в районе сбрасывания грузов — 100, на бомбардировку и штурмовку войск противника в городе Варшава по заявкам повстанцев — 1361, на прикрытие районов, занимаемых повстанцами, и на разведку противника в интересах повстанцев — 925.
За этот же период повстанцам в городе Варшава авиацией фронта сброшено: орудий 45-мм — 1, автоматов — 1478, минометов 50-мм — 156, противотанковых ружей — 505, винтовок русских — 170, винтовок немецких — 350, карабинов — 669, снарядов 45-мм — 300, мин 50-мм — 37 216, патронов винтовочных — 1 312 600, патронов ТТ — 1 360 984, патронов ПТР — 57 640, патронов 7,7-мм — 75 000, патронов маузер — 260 600, патронов парабеллум — 312 760, ручных гранат — 18 428, ручных гранат немецких — 18 270, медикаментов — 515 кг, телефонных аппаратов — 10, коммутаторов телефонных — 1, элементов телефонных — 10, батарей „Бас-80“ — 22, телефонного кабеля — 9600 м, продовольствия разного — 131 221 килограмм.
Помимо этого артиллерия 1-й польской армии вела огонь на подавление огневых средств и живой силы противника в интересах повстанцев, а зенитная артиллерия 1-й ПА и 24-й зенитной артиллерийской дивизии РГК своим огнем прикрывала повстанческие районы от налетов вражеской авиации.
Для оказания помощи повстанцам Жолибожского района в их эвакуации на восточный берег р. Висла 1.10.44 к западному берегу р. Висла было подано до 100 лодок и подготовлено соответствующее огневое обеспечение эвакуации. Ввиду того, что в назначенный район прибыло небольшое количество повстанцев, на восточный берег перевезено всего 27 человек».