Это не было боем, это было избиением. Бойней и резней, которую все они давно заслужили. Дюжины полторы культистов полегло, пока батареи обоих излучателей иссякли. Я заменил их новыми.
Отражаясь от стен, крики умирающих и еще живых терзали мои барабанные перепонки, удушливый дым и вонь паленого мяса проникали под маску и мешали дышать. Культисты в ужасе метались по залу — в тщетных попытках спастись. Их «столп мироздания» рассыпался прахом, и прахом становились они.
Но не все умирали в панике. Я услышал предсмертный вопль за спиной. Обернувшись, я увидел вооруженного кинжалом Зодчего — он оседал вниз, с кривым мечом в спине. Де Круа бросил его через весь зал.
Я продолжил уничтожение. Каменный пол устилали мертвые тела — пронзенные насквозь, рассеченные лазерными лучами. Часть удирала к выходу. Скосив большую часть этой толпы, я замешкался, вставляя в излучатели последние батареи, — и трое сумели вырваться в коридор.
Перескочив через трупы, я кинулся за ними вдогонку. Двое сумели завернуть за поворот, но один не успел. Тучный Механик не мог бежать быстро, и луч настиг его, впившись в спину. Перепрыгнув через его тушу, я поспешил к повороту.
Оттуда донесся каменный грохот. Завернув за угол, я увидел, как стены приходят в движение, закрывая выход. Послышались короткие вопли и хруст. Те двое не успели выскочить, их расплющило у меня на глазах.
Развернувшись, я пошел обратно в зал. Оттуда донесся голос Магистра.
— Решил притвориться мертвым? — спрашивал он. — Бесполезно.
Я услышал звук удара и короткий предсмертный вопль. Де Круа добивал последних культистов. Когда я вошел, он уже вытирал меч, оглядывая побоище.
— А ты кто такой? — повернулся он ко мне, прищурив глаза.
— Гриш-Проныра, — ответил я, снимая шлем и отшвыривая его в сторону. — Сотник из стражи.
Увидев мое лицо, Магистр на секунду замер в удивлении, а потом расхохотался.
— Вот уж чего не ждал, так не ждал! Ангел Смерти, глазам своим не верю… — Он указал на пульт Иерофанта, который был в его руке. — Это я закрыл пирамиду, теперь Серым Гвардейцам до нас не добраться. И никто не взорвет наших товарищей.
Посмотрев на экран, я увидел, что дело на околоствольном дворе уже закончено. Паладины грузились в клеть.
— Теперь нам остается только их дожидаться, — усмехнулся Магистр.
— И еще — нужно убедиться в том, что Иерофант действительно мертв, — напомнил я. — Хорошо помню Вурдалака.
Мы отправились в тот угол зала, где валялись останки Иерофанта. Тот их обрубок, который включал в себя голову, изменился. Розовато-белая плоть наросла на опаленные края. Она дергалась и пульсировала. Вываленный язык, как мне показалось, тоже шевелился…
— Эта нечисть регенерирует, — проворчал де Круа. — Еще полчаса — и он будет жив-здоров…
— Ничего, — заверил я. — Мы не дадим ему эти полчаса.
Я поставил излучатели на широкий луч небольшой мощности и принялся палить. Плоть шипела и пузырилась — но все равно превращалась в пепел.
— Владыка! — закричали из пульта, когда я занимался этим делом. — Нечестивцы выходят в Привратный блок! Спаси нас! Только ты можешь закрыть Внутренние Врата!
— Произошла ошибка, — сказал Магистр в пульт. — Это — никакие не нечестивцы, это наши верные слуги с поверхности. Настал Час Грядущий. Сдавайтесь им в плен.
Последовала пауза.
— Ты не Владыка! — истерически завопили из пульта. — Я знаю голос Великого, ты не Владыка! Кто ты такой?!
— Магистр Ордена, Крестоносец, — посмеиваясь, признался де Круа. — Прикончили мы вашего Владыку. Черед за тобой.
Последовала новая пауза. И затем из динамика хлынул многоголосый протяжный вопль.
Щелкнув кнопкой, де Круа переключил экран на то место, откуда орали. Просторная подземная площадь была полна стражников и прочих вооруженных культистов. Огромная толпа пребывала в полном смятении. Давя друг друга и бросая оружие, они разбегались, как муравьи. Кровавые Латники буйствовали, укладывая палицами бегущих…
Я вернулся к работе, и вскоре она была окончена. От головы Иерофанта осталась только кучка пепла — черного и сухого. Я раздавил ее каблуком.
— Остальные куски лучше отправить туда, — Магистр указал на светящийся бассейн. — На всякий случай. Посмотри, что там…
Я подошел и заглянул.
До дна было метров десять. Стены покрывала странная тина — прозрачная и светящаяся… Но самое мерзкое находилось на дне. Там змеилось целое поле тонких щупальцев — они покрывали дно, будто ковер. Каждое кончалось пастью.
Де Круа подошел ко мне, держа ноги Иерофанта — обмотанные металлическими побрякушками, которые он насобирал с мертвых культистов.
Когда нога отправилась в бассейн, щупальца на дне немедленно отреагировали. Они сплетались между собой, извиваясь в предвкушении добычи. Едва плоть Иерофанта опустилась к ним — в нее впились десятки пастей. Сила челюстей была таковой, что они крошили даже кости…
— Время покормить Утробу, — сказал Магистр, отправляя следом за ногой остальные куски. — «Чудесному воскрешению» не бывать.
Проводив их взглядом в последний путь, я стянул с себя балахон, подошел к Тане и завернул ее тело, пристроив ее на ступенях Трона.
— Мне кажется, этот день не закончится, — сказал я, опускаясь рядом с ней. — Магистр, у вас случайно не найдется сигареты?
— Увы, — ответил он, приседая рядом со мной. — Сам хотел попросить… В Медицинском блоке мои карманы обчистили.
— Жаль, — вздохнул я. — И вовсе не потому, что не хватает такой мелочи, как сигареты. Умерли все, кто с нами был. Рональд, Курт, Фрэнсис, Командор…
— Почему это Командор умер? — удивился Магистр и усмехнулся. — Ах да, вы не знаете про наш резервный план… Я и сам про него забыл во всей этой кутерьме. Командор был ранен и не мог принять участие в бою со стражниками. Но он нашел в комнате управления интересную отраву — которая вводит в летаргический сон. Именно ею усыпили девушку. Когда я потерпел поражение — он перерезал кабели видеонаблюдения и усыпил себя.
— Зачем? — удивился я.
— Вообще-то, это единственное, что ему оставалось. Биться он не мог. А очнуться после этой отравы было можно, был шанс, что его сочтут мертвым, — и пробуждение произойдет само собой. Хотя, понятное дело, куда большей была вероятность просто умереть… Другого просто не оставалось — уповать на пробуждение «в тылу врага». Мы ведь и подумать не могли, что тут целый город…
Я рассмеялся.
— У меня есть противоядие, — потянувшись к карману, я достал оттуда шприц. — Хватит и на Командора, и на эту девушку.
— Кстати, а кто она такая?
— Моя знакомая, — ответил я. — Просто хорошая девушка. Пробуждать ее здесь не стоит — она не знает об Истинном Положении Дел и может сойти с ума. Я и сам не совсем уверен, что все это мне не снится. Не покидает такое ощущение… Предлагаю оживить Командора.
ЭПИЛОГ
Придя в сознание, Командор долго тряс головой и ошарашенно оглядывался по сторонам. Затем посыпались вопросы…
Пока Магистр и я рассказывали ему о том, что он «проспал», Паладины продвигались по подземному лабиринту. Пересвет и его люди зачистили Медицинский блок, а Эрик и «Сыны Одина» разгромили казармы Кровавых Латников. Пожалуй, только там Орден понес ощутимые потери — в остальном культисты не могли противопоставить лазерным лучам ничего, кроме холодного оружия. Местами они ожесточенно сопротивлялись — но это были попытки, обреченные на поражение.
Иерофант вооружал их только клинками и палицами — этого было достаточно для усмирения восстаний рабов. Другое, более серьезное оружие, теоретически могло быть использовано против него…
Тем не менее Бездна не была беззащитна. Беспроигрышными козырями против внешнего вторжения служила система стальных ворот и переборок — и главное, возможность взорвать любое из помещений. Но запирать врата и обрушивать своды мог только Иерофант. Завладев его пультом, мы лишили культистов этой возможности. Даже если бы Серые Гвардейцы и сумели пробить многометровую стену, заслонившую вход в пирамиду — мы успели бы уничтожить пульт.