Ненастная погода целый день удерживала корабль в бухте. Беглецы очень боялись быть обнаруженными.
Шторм не утихал, и Нельсон решил отчаливать. Позднее он вспоминал, что никогда не сталкивался с подобной стихией. Король и королева были в угнетенном состоянии, а их младший сын, шестилетний принц Альберт, умер от истощения во время плавания на руках Эммы Хэмилтон. Сэр Уильям сидел в каюте, держа заряженные пистолеты. Он объяснил жене, что не хотел бы захлебнуться соленой водой.
Несмотря на все несчастья, королевская семья была с восторгом встречена в Палермо. Король на некоторое время отошел от политики и занялся своим любимым делом — охотой. Этот человек любил хвастаться тем, что никогда не читал книг. Королева родила ему восемнадцать детей.
Между тем в Англии и Британском адмиралтействе все настойчивее задавали очевидный вопрос: что делает прославленный Нельсон в Неаполе? Разве он не должен продолжать преследовать французов? Почему он занят делами прогнившей, коррумпированной монархии?
Французы вошли в Неаполь, Нельсон при этом отступил. Могла ли Франция считать это реваншем за Абукир?
Бонапарт узнал о захвате французами Неаполя, находясь под стенами Сен-Жан-д'Акра. Он сразу понял, что «этот поход в Нижнюю Италию будет иметь гибельные последствия, и что 30 или 40 тысяч французов, находящихся у Везувия, будет недоставать на Адидже».
После бегства неаполитанского двора в городе вспыхнул бунт. Его участники освобождали узников тюрем, врывались в замки и убивали тех, кого считали врагами.
Французы, которыми командовал генерал Жан-Этъенн Шампионне, решили взять ситуацию под контроль и учредить республику. Она должна была опираться на средние классы общества.
Столкновение войск с восставшими привело к многочисленным жертвам: были убиты около тысячи французов и четыре тысячи бунтовщиков. Итальянцы сражались за каждый дом, взяли штурмом и разрушили королевский дворец. Когда они наконец сдались, один французский офицер заметил, что если бы здесь был Бонапарт, то он камня на камне не оставил бы от города. И местным жителям очень повезло, что генерал Шампионне такой умеренный и гуманный человек.
23 января 1799 года оккупанты официально провозгласили Партенопейскую[8] республику, которую Нельсон окрестил «Везувианской республикой». Он направил Троубриджа для блокады города и захвата трех близлежащих островов.
Выполняя приказы Нельсона, Томас Троубридж проявил свою обычную силу и жестокость. Он высмеял мягкость судьи к своим жертвам:
«Он говорит, что нужен епископ, чтобы лишить священников сана перед тем, как их казнить. Я сказал ему, что вначале их нужно повесить, и если он думает, что повешения недостаточно для лишения сана, то я бы помочился на их чертовы якобинские шкуры. Я рекомендовал ему казнить главных предателей, и после вынесения приговора никакой мессы, никакой исповеди — немедленная смерть, ад был бы правильным местом для них».
Троубридж извинился перед Нельсоном за то, что не смог послать ему голову лидера республиканского мятежа, поскольку погода была слишком жаркой. Нельсон был доволен принятыми мерами. Он написал одному из капитанов:
«Новости о повешении тринадцати якобинцев (на острове Ирочида) доставили нам великое удовольствие; а три священника (посланных в Палермо), я думаю, лучше вернуть в Аврору, чтобы повесить на дереве...»
Между тем король и королева очень страдали на Сицилии. В доме, который считался их дворцом, не было ни каминов, ни ковров. Зима выдалась очень холодной, выпал снег — очень редкое явление в Палермо. Мария-Каролина говорила, что такая жизнь «хуже, чем смерть».
Король и королева испытали большие душевные муки, когда узнали об участи своего дворца в Неаполе. Монарх обвинял супругу в том, что она втянула его в военную авантюру и надоумила связаться с бездарным генералом Маком. Мария-Каролина сохраняла полное самообладание и убеждала мужа в том, что грядет возмездие.
И тогда король Фердинанд поддержал усилия кардинала Фабрицио Руффо. 54-летний кардинал раньше служил казначеем римского папы Пия VI. Он предложил понтифику провести реформы, которые были отвергнуты как излишне радикальные. Руффо оставил свой пост и отправился в Неаполь, а затем и в Палермо вместе с королевской четой. Он предложил высадку в своей родной Калабрии, чтобы защитить се от французов и итальянских республиканцев, а затем освободить Неаполь и восстановить короля на его престоле.
Высадившись на полуострове 7 февраля вместе с восемью товарищами, Руффо к концу месяца привлек под свои знамена 17 000 человек. Это импровизированное войско, названное Христианской армией Святой Веры, двинулось на Неаполь.
Кардинал был истинным вождем и быстро завоевывал любовь и доверие людей. В 1799 году, как писал его секретарь-биограф Сачинелли, «не было ни одного бедного крестьянина во всей Калабрии, который не держал бы по одну сторону кровати распятия, а по другую — ружья». Его «крестоносцы» творили бесчинства и разграбили город Котроне. Кардинал не остановил своих «воинов».
Наступление кардинала вызвало движение но всей Южной Италии. Добившись успехов в Калабрии и Апулии, он подошел к воротам Неаполя. Его армия соединилась с русским десантом — моряками адмирала Ушакова. Томас Троубридж блокировал порт, и жители города были на грани голода. Узнав о приближении армии кардинала Руффо, они 11 июня подняли восстание.
Французы оставили в городе лить 500 солдат в форте Святого Эльмо, а профранцузские республиканцы занимали замки Нуово и Уово, что позволяло контролировать порт.
Нельсон решил, что настало время для контрудара, и взял курс на Неаполь вместе с посольской четой. Прибыв в порт, он узнал, что Руффо согласился на перемирие с французами и их союзниками. Нельсон расценил этот шаг как равносильный капитуляции и вызвал кардинала на борт своего флагманского корабля. Его эскадра теперь состояла из девяти боевых судов, производивших устрашающее впечатление на противников.
Протестант Нельсон не доверял католическому кардиналу. Он предложил Руффо разорвать соглашение, но кардинал отказался это сделать. Другой союзник Великобритании в Неаполе, Ахмет, который действовал от имени Турции и России, поддержал позицию Руффо. Он призвал Нельсона уважать подписанный договор, поскольку он «полезный, необходимый и честный... ввиду того, что смертоубийственная гражданская и национальная война была окончена вместе с этим договором без дальнейшего кровопролития, и он способствовал вытеснению вражеской армии из королевства». Договор формально введен в действие, и «честь общества будет ужасным образом поругана, если он будет нарушен».
Только после этого адмирал уступил и нашел другой объект внимания: граф Караччиоло, переметнувшийся к французам и после поражения республиканцев скрывавшийся от роялистского террора. Его выдали и арестовали. Нельсон приказал отдать графа под суд, составленный из неаполитанских офицеров.
Суд, состоявшийся утром 30 июня, быстро приговорил Караччиоло к смертной казни через повешение большинством голосов. Нельсон немедленно привел приговор в исполнение. Он отверг все апелляции и просьбу графа заменить повешение расстрелом. Караччиоло не имел защитника во время суда, и к нему не приходил священник для последней исповеди.
Сэр Уильям Хэмилтон написал:
«Караччиоло и двенадцать наиболее мерзких бунтовщиков должны были в этот день предстать перед лордом Нельсоном... Что за зрелище мы увидели в это утро! Караччиоло, с длинной бородой, бледный, полумертвый и никогда не поднимающий глаз, был притащен на борт судна, где он теперь находился вместе... с другими подлыми предателями... Лорд Нельсон приказал казнить его в пять часов пополудни, повесив на фок-мачте... "Минервы" [неаполитанского фрегата]».
Тело повешенного Караччиоло было выброшено в море, и это шокировало многих жителей Неаполя. Караччиоло был другом и коллегой Нельсона. Он совершенно справедливо обвинял короля Фердинанда в позорном бегстве и ограблении Неаполя, а английского адмирала — в бессмысленном сожжении недостроенных неаполитанских судов, которые можно было взять на буксир.
8
Партенопея (Парфенопея) — древнегреческое название Неаполя.и