Около четырех часов мы выехали по железной дороге в Суракарту или Соло, куда приехали в шесть часов вечера и остановились в первой за все время нашего путешествия по Яве вполне цивилизованной гостинице «Фон Эке»; остальные же до сих пор отличались неудобством, плохой пищей и первобытностью меблировки.
Перед обедом у нас был с визитом очень умный и весьма любезный резидент Соло г-н Бурнаби Лаутиер, голландец, женатый на француженке. Он сообщил нам много интересного о здешней стране и в особенности о местных изделиях — крисах, саронгах, ваянгах и др. По его словам, хорошие саронги, хотя они и из дешевого материала, но ценятся очень высоко; требуемые от них качества суть: тонкость полотна, правильность, отчетливость и умелый подбор рисунка. В прежние времена последние были некрасивы, слишком мелкие и темных, преимущественно желтых и оранжевых цветов; теперь стали вводиться светлые узоры, причем главная инициатива в этом деле принадлежит вдове одного французского офицера, изготовлявшей рисунки для продажи. Относительно ваянгов он говорил, что они тиснятся из толстой буйволовой кожи большею частью китайцами и тоже продаются довольно дорого.
Резидент, письменно отказавший С. в позволении осмотреть кратон, теперь предложил его показать нам в понедельник утром. Император суракартский, или сусухунан, в сущности только таков по имени и настоящей власти он почти не имеет, так как в его владениях голландцы более, чем где-либо, следят за всеми действиями местного управления. Зато нравственное и религиозное влияние и значение его громадные для всех жителей острова. В глазах яванцев престиж его титула остался неприкосновенным, и для них сусухунан продолжает быть и главой их религии, и преемником тех властителей, которым они привыкли столько веков подчиняться. Малейшие его желания и изречения принимаются беспрекословно и считаются священными, как высшими, так и низшими классами туземного населения. Понимая всю важность этой нравственной силы императора, голландцы окружают его почетом и поддерживают внешний вид царственного двора, пользуясь при этом его личностью, чтобы управлять и действовать на народ.
De facto же сусухунан лишь строго оберегаемый пленник нидерландского правительства, не имеющий даже возможности выехать из своего кратона без позволения резидента, которыми тем не менее оказываются ему все наружные знаки почтения, подобающие его высокому положению. Состояние его состоит из обширных имений и из 45 тысяч рублей, выплачиваемых ему ежемесячно правительством.
Глава X
Воскресенье 21 февраля, Соло. — Встав в пять часов, мы уже в седьмом часу отправились по железной дороге в Прамбанан; погода была весьма приятная, хотя термометр показывал уже 20° R. в тени. На всех станциях множество туземцев выходило и входило в поезд, по-видимому, они не менее индусов в Индии ценят удобство рельсового пути. Сегодняшние толпы не объясняются воскресным днем, так как туземцы на Яве не только не соблюдают христианских праздников, но и не имеют вовсе дня в неделе, соответствующего нашему воскресенью или магометанской пятнице. Этот странный для мусульманской страны факт происходит оттого, что в сущности религия их является смешением мусульманства с брахманизмом и, как последствие того, — полный индифферентизм.
В Прамбанане нас ожидал с экипажем регента вчерашний наш знакомый — джокьякартский комендант, взявшийся служить нам проводником при осмотре развалин единственных остатков когда-то знаменитого города и древней индусской столицы острова.
Самый древний храм, прозванный Лоро Джонграм[216], принадлежит, по мнению археологов, времени Девы Кусумы или началу IX столетия[217]; весьма возможно, что до его сооружения были воздвигнуты другие здания, но до дальнейших исследований невозможно говорить о них уверенно. Правительство ежегодно производит раскопки, которые, вероятно, в близком будущем прольют больше света на эти интересные памятники древней цивилизации. Лоро Джонграм состоял прежде из ограды с шестью большими храмами, окруженными четырнадцатью меньшими; теперь сохранились только первые и то в таком разрушенном виде, что трудно даже себе представить первоначальное их очертание.
Главный интерес Прамбанана сосредоточивается в так называемом чанди Шива или Тысяче храмов[218]. В действительности в состав его входят не тысяча, но не менее значительное число — 288 малых кумирен, расположенных в несколько рядов вокруг центрального большого капища. Последний, крестообразной формы, имеет девяносто футов длины в каждую сторону и стоит на богато украшенном квадратном цоколе. Вдоль всех фасов квадрата возвышались громадные человеческие фигуры, сохранившиеся по большей части и по сих пор еще в целости. Меньшие кумирни все построены по одному образцу и предполагается, что как они, так и средняя включали сидячее изображение Будды, Шивы или какого-либо другого джэйнского святого, смотря по тому, кому из них был посвящен чанди Шива. «Вглядываясь внимательно в подробности этого храма, делается очевидно, что он почти точная копия с Боробудура, только в более широких размерах и с изменениями, требуемыми для применения его к компромиссу между буддизмом и браманизмом, называемом джэйнизмом».
Все части чанди Шивы покрыты изящными, в очень высоком haut relief[219], скульптурами, между которыми замечается множество изображений животных: коз, обезьян, птиц и др. Человеческие типы, воспроизведенные на изваяниях, имеют весьма мало сходства с теперешними жителями Явы: многие мужчины представлены с бородами, тогда как у яванцев почти полное отсутствие растительности на лице.
Общее впечатление, вынесенное нами из осмотра прамбананских древностей, таковое, что, хотя последние меньших размеров и в еще худшем виде, чем Боробудур, но зато несравненно интереснее: архитектура гораздо правильнее, а скульптуры художественнее, более окончены и разнообразнее.
Джокьякартский наш спутник оказался очень разговорчивым и много рассказывал о своем житье-бытье здесь; из его слов мы узнали, что он женат на вполне образованной туземке, от которой имеет несколько детей. Живя уже сорок лет на Яве, он вполне освоился с местными условиями жизни и, по-видимому, совсем доволен своею судьбою. В качестве коменданта кратона он командует конным конвоем султана, состоящим из пятидесяти человек европейцев, между которыми один русский. Трудно себе представить, каким образом русский солдат очутился на Яве, а командир его только и знал о нем, что он наш соотечественник.
Дальнейшие рассказы коменданта коснулись голландской кавалерии на Яве, подбор лошадей для которой очень затруднителен, благодаря тому, что все местные породы слишком мелки для верховой езды; несколько крупнее и лучше других оказываются сандальские[220], отличающиеся выносливостью и хорошими статьями. По лошадям в кавалерию назначаются и подходящие малорослые люди, вследствие чего, когда наш знакомый (довольно высокий мужчина), служивший первоначально в Люксембурге, которого он уроженец, просил перевода на Яву, ему отказали на основании его слишком большого роста, и он перешел сюда только по окончании своей службы на родине. Говоря о лошадях, мы узнали сегодня любопытный факт относительно арденнской породы: после войны 1812–1815 годов в Люксембурге осталось много казацких кобыл, купленных жителями у наших казаков; кобыл скрестили с арденнами, и отец коменданта, крупный коннозаводчик того времени, говорил сыну, что от этого скрещения происходят лучшие нынешние арденнские лошади.
О султане комендант отзывался, как о весьма простом и любезном, но крайне наивном туземце, любившем принимать иностранцев (ассистент-резидент, вероятно, преднамеренно сказал нам совсем противное). Никогда никуда не выезжая, вся его жизнь протекает, подобно императору в Соло, меж четырех стен кратона. Эти двое властелинов друг друга ненавидят и не знают; сусухунан смотрит На султана, как на узурпатора, а последний не желает встречаться с императором, положение которого выше его, вследствие чего при свидании султану пришлось бы по туземному обычаю стать на колени и скрестить руки, каковую позу он считает слишком унизительной для себя.
216
Лоро Джонггранг («Стройная дева») — шиваистский ансамбль, святилище матарамских королей, назван именем статуи дочери мифического раджи Бака. Начало его строительства относится к концу IX в.
217
Сэр Стемфорд Раффлз предполагает, что он был окончен в 1098 году после Р.Х. (Прим. О.А. Щербатовой).
218
Храм-мавзолей Шивы — главное святилище комплекса.
219
Горельеф (фр.).
220
Порода лошадей, разводимых на острове Сумба.