Тщеславные молодые воины, отличившиеся в бою, быстро продвигались по службе; местные вожди не в состоянии были создать серьезную оппозицию центральной власти. Зулу — диалект нгуни — стал объединяющим средством общения для всего региона, парод стал называть себя амазулу.
Нгуни оказались лучшими преемниками и носителями новых изменений.
Такой «взлет» зулусов многие исследователи пытались объяснить по-разному. Первая версия такова. Дингасвайо сознательно «срисовал» все с жизни белых людей на Капе. Эту идею породили сами поселенцы, пытаясь принизить славу зулусов. Она не выдерживает критики. Да к тому же действия Дингисвайо и Чаки не имели ничего общего с действиями белых.
По второй теории, перенаселение региона требовало перестройки экономики, чтобы выжить. Доля истины здесь есть, но не это было главным: достаточно вспомнить южных нгуни, у которых демографические коллизии были самыми сильными, их экспансия была ограничена Драконовыми горами на западе и поселениями белых на юге, однако у них не возникло таких социально-политических институтов, как у северных нгуни...
Третья версия: Дингисвайо, Звиде и Чака пытались установить торговые контакты с Делагоа. Это верно, но не столь важно, ибо торговые отношения с португальцами у зулусов были минимальными. Тонга были куда ближе к торговым делам, однако они даже не пытались изменить свои социально-политические институты, их сделки основывались на рабовладении, в то время как зулусам оно было чуждо всегда.
Наконец, четвертая версия. Северные нгуни подпали под сильное влияние сото и переняли у них многие элементы экономики, культуры и политики.
Более правильный вывод видится в уникальном сочетании всех этих факторов, когда организаторский и полководческий талант Чаки проявился в нужное время и в нужном месте. Чака сумел понять сложную ситуацию своего народа и использовать свои способности в нужном русле — в противоположность южным нгуни, у которых тоже имелись предпосылки для коренных перемен, по они так и остались политически раздробленными. У южных нгуни был свой талантливый и храбрый вождь Макоме, но он так и не смог вырасти из лидера отдельных племен в вождя крупного государственного образования, не смог преодолеть инерции местных племенных вождей и самих жителей, не пожелавших объединяться.
А Чака смог!
В 1820 году, переправившись через реку Буффало, его имии напали на два больших клана — тембу (вождь Нгоса) и куну (вождь Макингване). Расселив вновь влившихся к нему людей на землях ндвандве, он таким образом захватил весь Наталь. Племена и кланы, не пожелавшие сливаться с зулусами, бежали на юг, где от беженцев уже страдали коса, теснимые белыми поселенцами...
К 1824 году все было кончено: на сотни миль к югу от Тугелы не осталось ни одного независимого клана. Только сотни пустых краалей. Лишь пепел и кости. Сотни оголодалых группы людей бродили по саванне. Процветало людоедство. Ни один человек не отваживался посеять злаки или построить крааль.
«Скрытное, но воинственное племя зулу, или ватва, находится к северу от кафров. Единственное, что можно сказать о его происхождении, что раньше они пришли из районов истока реки Мапуты. Сегодня границы проживания этого огромного ужасного племени простираются от границ кафров амапонда и Делагоа на севере и внутрь до высоких гор.
Они смелы и воинственны, благородного поведения, у них тонкие черты, украшения чаще сделаны из травы и зерен. Большинство ходят голые, но есть и в шкурах животных. Они, как и многие другие племена, умеют обращаться с железом. Они защищают себя в битвах широкими щитами из шкур антилопы, а в другой руке держат 5–6 ассегаев.
Они покорили много племен в соседстве с Делагоа. Больших успехов достигли при короле Чаке, который создал империю на основе военной деспотии. Средства, которыми он достиг этого, были кровавыми и жестокими. Он пошел дорогой крови и обрек на смерть тысячи своих соплеменников. 15 тысяч его воинов выполняли малейшие его прихоти, а всего армия достигала ста тысяч, в чем я сомневаюсь. Поражение в бою каралось смертью, бывали случаи, когда казнили сразу 450 человек.
Это дети природы, у них не было Библии, проповедники их не посещали. К сожалению, на земле еще много таких черных мест, где царит жестокость...»
Экспедиции зулусов обшаривали северные районы Ната-ля, и в одном из походов Чака натолкнулся в землях ндвандве на крааль, где когда-то правил Машобане, отец Мзиликази. Здесь Чака и осел с двумя полками, выбрав место для своей главной резиденции — Дукузы. Вождь разрешил воинам некоторых полков вновь надеть головные кольца и искать себе жен. Мужчинам в возрасте от 35 до 40 лет было позволено отправляться в свои краали и заниматься там земледелием и разводить скот. Говоря современным языком, нужно было срочно налаживать экономику, так как содержать 20-тысячную армию никакие краали были просто не в состоянии.
С этого времени история зулусов вышла из области устных преданий и обрела письменную форму.
Наталь
Здесь родилась и исчезла империя мтетва, накатывали и отходили волны миграций племен и кланов. Здесь взошла звезда Чаки. Но к югу от Кикекамма-ривер и севернее залива Делагоа никто об этом ничего не знал. Неведомая европейцам земля... Между тем голландцы были в Африке уже более 170 лет, англичане — почти два десятилетия. Однако лишь одному европейцу, Коуэну, удалось пока что перевалить через Драконовые горы и войти в Наталь с запада...
Здесь, на побережье Наталя, за века мореплавания случались десятки кораблекрушений, и около трех тысяч душ отняли эти неприветливые берега, и только пятистам из них удалось спастись. Караваны выживших португальцев — а чаще всего то были они — отправлялись в глубь неведомой земли.
Но португальцы были не единственными жертвами коварных мелей прибрежных вод Наталя. Попался и английский корабль, случилось это в 1683 году, а затем еще, и потом — голландский. Многие из моряков погибли, а уцелевшие — отчаянные ребята! — принялись добывать на берегу слоновую кость. Кое-кто из них добрался до португальских факторий и сообщил, что встретил тут английских моряков, разбившихся 42 года назад и живших среди амапондо, и забывших почти родной язык, и нарожавших шоколадного цвета ребятишек...
Такие истории будоражили умы обитателей Капской колонии, побуждали к действиям. И вот в октябре 1689 года губернатор Капа Симон ван дер Стел отправил на север экспедицию под началом капитана Тиммермана — найти вождя Иньянгезу, вручить ему товаров на тысячу гульденов и вместе с ними документ, узаконивающий принадлежность его земель Ост-Индской компании. Тиммерман отбыл, но потерпел крушение у Алгоа-бей, и только четверо из его команды вернулись в Канстад.
13 ноября 1705 года галиот «Посткулер» под началом капитана Йохансса Гербранцера отправился исправлять ошибку 16-летней давности. Капитан обнаружил, что Иньянгеза уже умер, а правит его сын. Гербранцер сделал несколько интересных наблюдений об экономике бантусских племен. Но отношение к земле — основе землепользования африканцев — оставалось неясным.
В 1708 году здесь побывали пираты, а спустя год — работорговцы, получившие прямо на берегу 74 ребенка для плантаций в Вирджинии, которые оказались «лучше, чем с Мадагаскара».
Последующие шестьдесят лет берега Наталя не ведали трагедий, пока 4 августа 1782 года «Гросвенор» из Индии, с трюмами, набитыми ценностями (в том числе, говорят, там был Павлиний трон Великих Моголов), не наткнулся на подводные скалы.
17 марта 1796 года «Геркулес» из Индии выбросило на берег в нескольких милях от обломков «Гросвенора». Капитан Стаут спас всю команду до одного человека и через три месяца вывел людей к Кейптауну.
«Геркулес» оказался последним заморским пленником Наталя вплоть до времени постоянного европейского поселения. К этому времени — началу 1820-х годов — никаких следов «белого присутствия» здесь не осталось, даже тех краалей, где когда-то жили метисы, не сохранилось. Единственный, кто знал о белых, был вождь мпондо Факу: он сотрудничал с пограничными заставами англичан в кампании против Мативане в 1828 году.