- Так это и есть один из скелетов в вашем шкафу? То, что ты так тщательно прятал? Как я могу с этим разобраться, если я не понимаю, что происходит? Помоги мне.
- Ты уже сделала свой выбор, - он неприятно улыбнулся. - Гуру тебе поможет. Бывай.
Дверь захлопнулась, отрезав пусть в единственное место, куда ей действительно хотелось отправиться.
В очередной раз жизнь сыграла злую шутку, вышибив опору из-под ног и оставив одну, растерянную, брошенную, посреди раскаленной плиты, гореть в огне от невозможности что-то исправить и решать, что проще - сражаться дальше, брести куда-то по обжигающему песку или просто сдаться, лечь и уснуть?
- Пошли.
Полина за плечи развернула ее и повела к комнате.
Наташка послушно принялась перебирать ногами. Рука в кармане что-то нащупала и непроизвольно сжалась, хрустнув бумагой - там осталась лежать скомканная записка с адресом, которая оказалась никому не нужна.
***
В очередной раз время походило на жвачку, которая тянется и никак не заканчивается. Каждый раз. Такое происходило каждый долбанный раз!
- Вставай.
Никто раньше и не предполагал, какой настойчивой может быть ее соседка. Она бубнила над ухом, шумела, ходила, стучала предметами и даже демонстративно шуршала одеждой. А когда не помогло, пошла в наступление.
- Вставай, сказала, - зло прошипела Полина. Невзрачное лицо преобразилось в маску какого-то воинственного божества, не хватало только красных кругов вокруг глаз и заостренных клыков. - Ты же у нас крутая современная сильная женщина! Давай, поднимай задницу с постели!
- Не трогай меня.
- Я не отойду. Поднимай зад, сказала!
- Я тебя не трогала, ни разу. Не трогала, когда тебе было плохо и ты шаталась по комнате, как безумная. Наливалась бузуном, трахалась с первым встречным, пыль с себя стряхивала только по праздникам. Я тебя не трогала - и ты меня не трогай!
- Не смей мне указывать! Не трогала она меня, подумайте, какой нежный цветочек! Не смей меня затыкать! С тобой ничего не случилось! Ничего такого, чтобы корчить из себя умирающую лебедь. Ты никого не потеряла. Никто не умер. Тебя никто не предал, особенно муж, с которым прожито много лет. Никто не променял смерть твоего ребенка на деньги. Человек, которому ты доверяла, не говорил тебе: другого родишь. Слышишь меня? С чего это ты решила, что имеешь право страдать? По какой такой причине? Так вот, дорогая моя, открою тебе глаза - у тебя нет причин! Ты молода, здорова и с мозгами. Не смей себя жалеть! С тобой не случилось ровным счетом ничего непоправимого. Мужик взбрыкнул и прошел мимо? Это просто мужик, Наташа, просто временное пристанище. Целиком и полностью твоими в этой жизни бывают только дети, только им ты нужна будешь постоянно. Никто никогда не ищет другую маму, а другую женщину - сплошь и рядом. И если ты сейчас не поднимешься, я лично сделаю так, чтобы причина появится. Начну с порки - возьму ремень и как в старину, со всей дури да поперек спины, чтоб сидеть не смогла! А ну вставай, сказала!
Полина подлетела вплотную и сильно толкнула Наташку в плечо и ребра. Та попыталась толкнуть ее в ответ. Еще несколько минут раздавалось только шумное дыхание и молчаливая борьба взглядов.
Потом Наташка сдалась, крупно вздрогнула и поднялась с кровати. По ее лицу текли слезы и она совершено не могла понять, отчего плачет. Что-то разбилось в ее жизни? Или что-то разбилось в жизни Полины и осколки из сердца не выковыряешь даже годы спустя? Или из-за того, что жизнь вообще строится по неизвестным законам и по непонятным причинам происходят случаи, на которые невозможно повлиять и торт с кремовыми розочками вместо праздничного стола роняют в навозную кучу?
- Мне так жаль, Полина, мне так жаль, - заучено повторяла Наташка, пока по ее щекам текли реки соленой воды.
- Не хочу ничего слышать! Если тебе жаль - подними задницу и сделай хоть что-нибудь. Запомни - пока люди живы, всегда можно что-нибудь сделать. Только с мертвыми ничего не изменишь, никогда. Ты слушаешь?
- Да, - на редкость покладисто повторяла Наташка, вытирая тыльной стороной руки мокрые щеки.
- Встань. Оденься. И вали отсюда куда хочешь, - отчеканила Полина. - Несколько часов не возвращайся, мне нужно побыть одной.
Подобно роботу с запущенной программой Наташка встала, умылась, натянула футболку и шорты, быстро расчесалась, уставившись в зеркало, напомнила, что она сделана из алмаза и не имеет права гнуться, а тем более ломаться, так как по-любому все в мире вертится вокруг ее драгоценной персоны, и вышла из комнаты.
Конечно, единственный вариант, куда можно было отправиться - бар. Никаких расследований на сегодня. Никакой работы. Все должно быть пусто, весело и бессмысленно.
Народу в баре, как обычно, было немало, но Наташке удалось протиснуться между несколькими подвыпившими юнцами и первой занять свободный столик, на который те претендовали. Юноши не расстроились и присоединились к знакомым.
Атмосфера веселья выходного дня, приходящего на смену тяжелым будням, казалась такой привычной. Сколько раз Наташка окуналась в нее, маскируясь под свою, затаиваясь и пережидая какую-нибудь неприятность? Свою трусость. Испорченность. Никчемность. О, в этом деле она мастерица!
Заслуживала она хоть чего-то светлого? Совершила ли она хоть один поступок, достойный поощрения? Чем ей гордиться?
Однажды на пьянке Наташка видела, как очередной модный певец, вылезший на сцену благодаря браку с гулящей дочерью известного продюсера, волочил в туалет пьяную, ничего не соображающую малолетку - и ничего не сказала, потому что кроме нее, это видело множество народу, в том числе охрана клуба. Потом знаменитость оставил девчонку в кабинке и спокойно отправился пить дальше, а ее в интересной позе со спущенным бельем засняли на телефон и клип еще долго гулял по интернету. Наташка не знала, как сложилась судьба той девчонки, но фанатки певца ей завидовали. И не хотела знать. Сколько угодно можно повторять, что она не крайняя, все видели, но правды от себя не скроешь - она ничего не сделала. Ничего.
А однажды в ее статью о главе книжного бизнеса, взявшего невероятно быстрый старт, сверху добавили несколько моментов, которые крайне мало соответствовали истине. В том числе на грани законности юную любовницу на стороне и пьяное транжирство денег бедных акционеров. Конечно, когда добавляют сверху, ничего не поделаешь, но после выхода статьи жена от этого мужика ушла и забрала детей, между ними начались длительные кровавые суды за право воспитания общего потомства. Вскоре любовницы и транжирство действительно стали для героя статьи нормой, хотя вначале семья выглядела крепкой и счастливой. Постфактум писанное оказалось правдой.
И это тоже на ее совести.
И это только случаи, о которых она знала. Но ведь бывали и другие, и их большинство - просто что-то выходило в печать и тут же исчезало с глаз. И сколько горя оно могло принести, сколько разорванных отношений, локальных войн и сломанных судеб, оставалось за кадром. Никто не знает. Никогда не узнает.
Так что все по-честному.
Наташка махнула рукой, подзывая официанта.
Она ничего не заслужила, поэтому сидит сейчас тут одна, никому не нужная, ни в ком не нуждающаяся и будущее ее пусто, прозрачно и неинтересно, как порожняя стеклянная банка.
Все по-честному, попробуй, докажи обратное.
А вокруг столько людей. Кто-то хуже тебя, кто-то лучше, да вот беда, почему-то кажется, что тех, кто хуже, почти нет, да и им до тебя как до небес...
Молодежной компании в баре не было. Вернее, молодежь была, но обычная. Фея с друзьями отсутствовала.
Невероятно сильным оказался соблазн напиться или залиться бузуном, но Наташка заказала обычный сок. Пьянство и разгул она уже проходила и результат ее не устраивал. Вот как бывает - кто-то в двадцать с лишним пить начинает, а она уже бросила. Слишком свежи воспоминания прежних компаний, когда с похмелья наскребают на новую бутылку, сидят на вонючей кухне очередной квартиры за грязным столом, закусывают семечками, а в разговоре не могут связать двух слов.