Одновременно эсминцы своим огнем сдерживали натиск Юденича на Ораниенбаум, что дало возможность береговой группе на рассвете 15 июня начать штурм мятежных фортов. Атакующие подразделения поддержали своим огнем «Петропавловск», «Олег» и эсминец «Гайдамак».
К вечеру следующего дня форты были взяты; развивая успех береговой группы, отряды 7-й армии, подтянув резервы, перешли в наступление и отбросили белых к границам Эстонии. Быстрота, с какой был подавлен бунт, нс позволила Коуэну оказать восставшим хоть какую-нибудь помощь, однако благодаря Эгару он смог занести в свой актив весьма успешную операцию. Лейтенант Эгар решил торпедировать оба советских линкора, стоявшие в напротив форта «Красная Горка».
Ночью 16 июня его катера вышли из Териок, однако уже через полчаса СМВ-7 налетел на какое-то подводное препятствие и был вынужден вернуться назад. Пришлось на ходу менять план атаки, тем более, что оба линкора тоже ушли в Кронштадт, а их место занял «Олег».
Вскоре после полуночи 17 июня катер СМВ-4 приблизился к Толбухиному маяку. Во мраке ночи Эгар опознал силуэт «Олега» и выпустил в него торпеду. Сразу после взрыва, используя замешательство среди красных, СМВ-4 на скорости 35 узлов умчался прочь. Чуть позже трех часов ночи он прибыл в Териоки. «Олег» затонул в течение 12 минут, потеряв при этом 5 человек экипажа.
Поскольку атака была проведена молниеносно, а с красных кораблей никто ничего не заметил, долгое время считали, что «Олега» поразила торпеда, выпущенная с подводной лодки, либо сброшенная с гидроплана. Последняя версия подкреплялась тем, что на кораблях все-таки слышали шум двигателя.
22 июня британские самолеты совершили первый налет на Кронштадт. С началом боевых действий авиации сразу же возникла проблема удобных, с точки зрения близости к местам проведения операций, аэродромов. У англичан их не было.
Ситуация ухудшалась еще и тем, что авианосец «Vindictive» 6 июля сел на мель в районе Ревеля, откуда его стащили лишь через 8 дней, предварительно выгрузив 2200 тонн топлива, боеприпасов, продовольствия и других грузов. Самолеты с него перебазировали на поспешно строившийся аэродром в Койвисто, а гидросамолеты на якорную стоянку возле острова Бьёркэ.
30 июля эсминцы 20-й флотилии прибуксировали в Бьеркё 7 торпедных катеров (восьмой затонул во время шторма в Северном море) под командованием младшего лейтенанта К. Добсона, которые Коуэн, используя опыт Эгара, намеревался использовать против базирующихся в Кронштадте кораблей.
В июле усилилась активность красных подводных лодок. 10 июля на патрулирование за минными заграждениями вышел «Волк», а в ночь с 23 на 24 июля в Копорском заливе «Пантера» тремя торпедами атаковала идущую на поверхности британскую подлодку Е-40. Последняя, однако, от торпед увернулась, а на «Пантеру» обрушил град глубинных бомб миноносец «Watchman», тоже, впрочем, без всякого успеха.
В том же самом Копорском заливе глубинными бомбами, сброшенными с «Valorous» и «Vancouver», была повреждена красная подлодка «Вепрь», как раз когда она готовилась выйти в торпедную атаку на один из миноносцев. («Вепрю» все же удалось вернуться в Кронштадт).
16 июля в Бьёркэ прибыла с нетерпением ожидаемая флотилия тральщиков. По пути, однако, она потеряла подорвавшиеся на минах в районе западнее острова Даго тральщики «Myrtle» и «Gentian».
Чтобы пресечь на корню всякую активность противника, Коуэн в конце июля приказал постоянно патрулировать проход через минные заграждения. Эту задачу выполняли эсминцы и подводные лодки, которых прикрывали находящиеся в Бьёркэ и готовые тотчас оказать помощь 4 крейсера («Delhi», «Danae», «Cleopatra» и «Galatea»).
Одновременно активизировала свои действия британская авиация. 30 июля 12 самолетов совершили два налета на Кронштадт, сбросив на военный порт 16 бомб и повредив танкер «Татьяна». Слабость противовоздушной обороны российской морской цитадели привела к тому, что налеты британской авиации стали почти ежедневными, благодаря чему Коуэн хорошо ориентировался в текущем положении дел в системе обороны базы и в дислокации красных кораблей.
С целый вывода из строя обоих действующих линкоров, британский штаб разработал комбинированную морскую и воздушную операцию («Операция RK»). Под прикрытием воздушного налета в Кронштадт должны были вторгнуться торпедные катера и уничтожить базирующиеся там корабли и большой плавучий док.
По данным воздушной разведки, в это время в Кронштадте стояли, кроме дредноутов, крейсер «Рюрик», один крейсер типа «Диана», 4 подлодки, учебный корабль «Память Азова», а также несколько вспомогательных судов. Учитывая, что атака торпедных катеров могла вызвать ответный удар красных по Бьёркэ, корабли Коуэна сосредоточились возле выхода из минных заграждений (3 легких крейсера и 5 эсминцев).
Операцию решено было провести в ночь с 17 на 18 августа, когда затих сильный западный ветер и состояние моря заметно улучшилось.
В 22.00 флотилия Добсона вышла из Бьёркэ (7 катеров: СМВ-24, 31, 62, 72, 79, 86, 88). Около полуночи к ней присоединился лейтенант Эгар на СМВ-4. Во мраке ночи катера потеряли друг друга и шли двумя группами крейсерским ходом 18 узлов. Восточная группа, состоявшая из СМВ-4, СМВ-24, СМВ-62, СМВ-72 и СМВ-86, прошла на кронштадский рейд между островными фортами №№ 8 и 11; западная, в составе СМВ-31, СМВ-79 и СМВ-88 — между фортами № 7 и № 10.
С двух фортов открыли огонь по британским катерам, но это не встревожило Кронштадт и около часа ночи обе группы находились перед спящим портом. У его входа стоял на якоре в качестве сторожевого судна «Гавриил». По заранее распределенным ролям, атаковать эсминец должен был СМВ-24, а проделать проход с помощью взрывных зарядов в предполагаемом боновом заграждении — СМВ-79.
Примерно в 1.30 ночи 12 самолетов начали бомбардировку порта, вызвав на себя огонь противовоздушной обороны порта и отвлекая внимание экипажей кораблей от катеров, которым огонь зенитной артиллерии, сигнальные ракеты и свет прожекторов облегчал выполнение задания.
СМВ-79, после напрасного поиска боковых заграждений, которых на самом деле в природе не существовало, на полной скорости ворвался в акваторию порта, а за ним оставшиеся два катера. Первая торпеда угодила в «Память Азова», СМВ-31 выпустил обе свои торпеды в «Петропавловск», а СМВ-88 в «Андрея Первозванного». Только теперь катера были замечены, их начали обстреливать из орудий и пулеметов. Однако катера бешено маневрировали и, огрызаясь огнем собственных пулеметов, сумели выскочить из акватории порта, практически не понеся никаких потерь.
Второй группе не повезло. Неудачная атака СМВ-24 на «Гавриил» (из-за слишком большого заданного углубления торпеда прошла под его днищем) вызвала энергичный отпор Севастьянова. Потопив СМВ-24, он перенес огонь на вход в порт, после чего дальнейшее проведение операции стало невозможным.
![Военно-морское соперничество и конфликты 1919 — 1939 i_067.jpg](https://litlife.club/books/175977/read/images/i_067.jpg)
Схема атаки британских торпедных катеров на Кронштадт
В замешательстве флагман второй группы катеров СМВ-62 столкнулся с выходящим из порта СМВ-79 и серьезно его повредил, после чего атаковал «Гавриила». Однако обе его торпеды прошли мимо, а сам СМВ-62 затонул, расстрелянный в упор. Снаряды эсминца попали и в два следующих катера — в двигатель СМВ-86 и в торпедный аппарат СМВ-72. В связи с этим СМВ-72 отказался от проведения атаки и, взяв на буксир СМВ-86, двинулся в сторону Бьёркэ.
Последний из катеров, СМВ-4, невзирая на огонь «Гавриила» дошел все же до входа в порт, выпустил по эсминцу торпеду, после чего повернул назад. Еще несколько минут продолжалась артиллерийская канонада, а потом с «Гавриила» спустили шлюпки, чтобы поднять на борт оказавшихся в воде британских моряков.
Во время атаки, длившейся не более 20-и минут, потери англичан составили: 3 потопленных катера и 5 поврежденных, погибли 15 офицеров и унтер-офицеров, еще 9 попали в плен. В результате атаки был потоплен учебный корабль «Память Азова», получил тяжелые повреждения линкор «Андрей Первозванный» (он так и не был восстановлен). Что касается «Петропавловска», то выпущенная в него торпеда ударила в берег, рядом с кораблем.