Изменить стиль страницы

Простите за сии наставления. Иногда приходит желание напустить на себя важность и прочесть нотацию. Сегодня я остался или, вернее, был оставлен, завтра непременно уезжаю. Желаю Вам всего, всего хорошего.

Искренно преданный

А. Чехов.

1529. М. П. ЧЕХОВОЙ

17 февраля 1895 г. Москва.

Маша, я приехал и остановился в Большой московской гостинице, № 5, крайний подъезд с Тверской.

Сегодня после 5 1/2 час. вечера я буду сидеть у себя в номере. Если же меня не застанешь, то возьми ключ у швейцара и подожди меня в номере. Будем вместе пить чай или ужинать. Во всяком случае дай весточку о себе.

Твой А. Чехов.

1530. И. П. ЧЕХОВУ

13 февраля 1895 г. Москва.

Я и Михаил Алексеевич приглашаем тебя сегодня в 9-м часу вечера в Центральную баню, а потом ужинать. Приходи ко мне в 8 1/4 час. веч.

Я сегодня приехал. Завтра уезжаю. Поклон Соне и Володе.

Твой А. Чехов.

Ужинать будем в Б<ольшом> московским.

1531. А. С. СУВОРИНУ

19 февраля 1895 г. Мелихово.

19 февр.

Я уже в Мелихове, сижу и пишу в поте лица. Благодаря чудесному петербургскому климату почти совсем не кашляю и чувствую себя великолепно.

Мне не хотелось уезжать от Вас, но что делать? Надо писать для "Артиста", очень надо, ибо дома ожидали меня телеграммы, а вне дома мучила совесть. Ненавижу какие-либо обязательства. Впрочем, без них не обойтись. Трудно прожить так, чтобы не брать авансов и не давать обещаний.

В свободное время просматриваю "Всю Россию" и нахожу, что она имеет будущее. Составлена недурно и имеет импонирующий, многообещающий вид. Медицинский отдел хорош, лучшего не нужно. Отдел рыболовства суховат; надо не о рыбных заводах, а о рыбных ловлях, в частности об уженье рыбы, которым занимается 4/9 читателей. План деревенского дома хорош. Нужны баня, голубятня, курятник. Внешний вид книги изящен.

Когда Шапиро пришлет Вам мои фотографии, то отдайте их Василию, который отправит их на почту. Буду, как Вильгельм, рассылать свои портреты в виде награды за особые заслуги.

Погода чудесная. Небо освещено по-весеннему. Если бы я служил в департаменте государственной полиции, то написал бы целый доклад на тему, что приближение весны возбуждает бессмысленные мечтания.

Да хранят Вас светлые небеса!

Ваш А. Чехов.

Пришлите мне письма Елизаветы Воробей. Мне кажется, что из них я сделаю рассказик строк на 400. Я так и назову рассказ: "Елизавет Воробей". Напишу, как голова ее мужа, постоянно трактующего о смерти, мало-помалу, особенно по ночам, стала походить на голый череп, и кончилось тем, что, лежа с ним однажды рядом, она почувствовала холодное прикосновение скелета и сошла с ума; помешалась она на том, что у нее родится не ребенок, а скелетик, и что от мужа пахнет серой.

1532. Е. М. ШАВРОВОЙ-ЮСТ

20 февраля 1895 г. Мелихово.

20 ф. Ст. Лопасня.

Присылайте Ваш рассказ, но не заказным письмом, а простым. Заказное уйдет в Серпухов и будет лежать там, пока сотский не соблаговолит принести с почты объявление, потом уйдет и через 2 — 3 недели возвратится с письмом. Очень рад служить Вам и очень рад прочесть рассказ, ибо уверен, что он очень хорош. Крепко жму Вам руку и пребываю

cher maitr'ом.*

А. Чехов.

Р. S. Сообщу по секрету: с 30 янв<аря> по 16 февр<аля> я прожил в Петербурге.

На конверте:

Петербург.

Ее высокоблагородию

Елене Михайловне Юст.

Фурштадтская 8, кв. 5.

* дорогим учителем (франц.)

1533. А. С. СУВОРИНУ

25 февраля 1895 г. Мелихово.

25 февр.

Вы превосходно отчитали Циона. Да и г. Витте, министру, следовало бы сделать внушение, хотя бы словесно, за то, что он раньше так свысока третировал печать вообще и русскую в особенности - печать, которая теперь так дружно вступилась за него. Во всяком случае он должен быть признателен. Только что я написал последнее слово, как вбегает мать со словами: "заяц перед моим окном!" Пошел посмотреть, в самом деле на сажень от окна сидит большой заяц и размышляет о чем-то; посидел и спокойно поскакал по саду.

У меня стали часто повторяться головные боли с мерцанием в глазах. Болезнь эта называется так: мерцающая скотома. Не скотина, а скотома. И теперь вот, то лежу, то брожу и не знаю, что делать со своей особой. Лечиться же нечем. По-прежнему всюду преследует меня звон и по-прежнему мне никто никогда не дарит ни подушек, ни брелок, ни галстуков. Вероятно, и не женат я до сих пор только по той причине, что жены имеют привычку дарить мужьям туфли. Но жениться я не прочь, хотя бы на рябой вдове. Становится скучно.

Как-то странно, что мы уже никогда не увидим Лескова. Когда я виделся с ним в последний раз, он был весел и всё смеялся: "А Буренин говорит, что я бифштексы лопаю"; и свое здоровье он характеризовал так: "Это не жизнь, а только житие". И напрасно он в завещании своем написал, что доктора не знали, что делается с его сердцем. Доктора отлично знали, но скрывали от него. А как себя чувствует бедный Атава? Должно быть, смерть Лескова подействовала на него угнетающим образом. Если увидите Елизавет Воробей, то скажите ей, что мне хотелось повидаться с ней, но помешали обстоятельства. Надо бы изобразить ее в какой-нибудь повести или в рассказе, проект которого я изложил Вам в одном из последних писем. Посоветуйте ее мужу поступить в трагические актеры.

Нехорошо голова болит.

Желаю Вам всяких благ, денег и хороших закусок. У нас тепло, но снегу еще очень много.

Ваш А. Чехов.

С таким философом, как Нитче, я хотел бы встретиться где-нибудь в вагоне или на пароходе и проговорить с ним целую ночь. Философию его, впрочем, я считаю недолговечной. Она не столь убедительна, сколь бравурна.

1534. Е. М. ШАВРОВОЙ-ЮСТ

28 февраля 1895 г. Мелихово.

28 февр. Ст. Лопасня.

Вы правы: сюжет рискованный. Не могу сказать Вам ничего определенного, посоветую лишь запереть рассказ в сундук и продержать его там целый год, а потом прочесть. Тогда Вам видней будет, я же боюсь решать, боюсь, чтобы не ошибиться.

Рассказ написан несколько жидковато: тенденция так и прет, подробности расползаются, как пролитое масло, лица же едва намечены. Есть лишние лица; например, брат героини, мать героини. Есть лишние эпизоды; например, события и разговоры перед свадьбой, да и всё, что свадьбы касается. Но если это недостатки, то не важные. Важнее, по-моему, то, что Вам не удалось справиться с формальной стороной. Чтобы решать вопросы, наприм<ер>, о вырождении, психозах и т. п., надо быть знакомым с ними научно. Значение болезни (назовем ее из скромности латинской буквой S) Вами преувеличено. Во-первых, S излечим, во-вторых, если врачи находят у больного какое-нибудь тяжелое заболевание, наприм<ер> спинную сухотку (tabes) или цирроз печени, и если это заболевание произошло от S, то они ставят сравнительно благоприятное предсказание, так как S поддается терапии. В вырождениях, в общей нервности, дряблости и т. п. виноват не один S, а совокупность многих факторов: водка, табак, обжорство интеллигентного класса, отвратительное воспитание, недостаток физического труда, условия городской жизни и проч. и проч. И кроме S существуют еще другие болезни, не менее серьезные. Наприм<ер>, бугорчатка. Также мне кажется, не дело художника бичевать людей за то, что они больны. Разве я виноват, что у меня мигрень? Разве Сидор виноват, что у него S, что к этой болезни он имеет большее предрасположение, чем Тарас? Разве Акулька виновата, что кости у нее страдают бугорчаткой? Никто не виноват, а если и есть виноватые, то касается это санитарной полиции, а не художников.