«Но кто ж из нас двоих осиротеет?»
Но кто ж из нас двоих осиротеет?
Я втихомолку эту мысль гоню,
И все же у тебя не раз на дню
От этой мысли сердце холодеет.
Как дерева кора и сердцевина,
Мы нераздельны, словно есть закон
Единым взором видеть даль времен,
Былое помнить памятью единой.
«Я верю, друг, признаниям твоим»
Я верю, друг, признаниям твоим,
Что стало сердце у тебя глухим —
И слышит и не слышит… бесполезны
Мои слова пред глухотой железной.
Вот ты стоишь с поникшей головой,
С тоской в глазах, где черный пламень твой
До срока гаснет, и улыбки милой
Я вижу тень, что на губах застыла.
Я помолюсь, чтобы очнулась ты,
Чтоб сердце вырвалось из глухоты,
Чтоб светлый взгляд, улыбкою согретый,
Невольно мне простил молитву эту.
Рахиль Баумволь
(р. 1914)
«Я брожу в лесу зеленом»
Я брожу в лесу зеленом,
Для тебя ищу подарки,
Что получше примечаю
В темной чаще в полдень яркий.
Шишки, заячью капусту,
Лютики, папоротник стройный.
Я возьму в лесу зеленом
Все, что здесь тебя достойно.
Тут и желуди, и смолы,
Горицвет, шиповник алый…
Щедрость леса и радушье
Лишь сегодня я узнала.
Не скупясь, мне отдает он
Солнце в трепетных просветах.
Птицы мне приносят в клювах
Мягкий мох из гнезд прогретых
Сладкий мох приносят пчелы,
Ветер мягкой пеленою
Тополиный пух летучий
Расстилает предо мною.
Как я лесу благодарна!
Ничего здесь не взяла я.
Чтоб травинки не поранить,
Я на цыпочках ступаю.
Не порвать бы паутину,
Что связует с веткой ветку,
С одуванчика не сдуть бы
Светло-дымчатую сетку.
Головой не затенять бы
Яркий луч в листве зеленой.
Я тебе несу в подарок
Лишь один мой взгляд влюбленный.
Исаак Борисов
(1923–1972)
Я сам себя на трудный путь обрек»
Я сам себя на трудный путь обрек —
Путь к сердцу твоему, что бьется рядом.
Встречаю каждый день тревожным взглядом
И все иных ищу к тебе дорог.
И чудится — они уводят сами
От облачка дыханья твоего…
Горит костер, и к небу рвется пламя,
Но только дым доходит до него.
«В чаще тихой и прохладной»
В чаще тихой и прохладной
Капля бьет о влажный лист…
Что-то на небе неладно —
День с утра тревожно-мглист.
Мечутся по перепутьям
Дождь и ветер вразнобой,
Словно хочется вернуть им
То, что ночь взяла с собой:
Тихий, чистый, молчаливый
Сумрак двух закрытых глаз,
Тех, что плачут в миг счастливый
И не плачут в горький час.
«Богатства юности с трудом»
Богатства юности с трудом
Я на плечах тащу в котомке:
Там звезд расколотых обломки
И клятвы — все свершить «потом».
Нет, нет, — устал я до отказа,
Я сброшу груз!.. Но чуть решусь —
И страх возьмет: а ну как сразу
Я равновесия лишусь?..
«Тебе я уступаю»
Тебе я уступаю
Задумчивый восход,
Дождинок робких стаю,
И птицы вольный взлет,
И синий сумрак чащи,
И в росах дикий мох,
И клевер чуть шуршащий —
Лугов медовый вздох…
Я уступаю просинь,
Где бродят облака,
И молодую озимь,
И стойкость колоска,
Прощальных слов прохладу
И нежность…
Пусть она
С собой не знает сладу…
А там — ступай одна.
Прислушайся, как ветки добродушно»
Прислушайся, как ветки добродушно
Бьют ветер по плечу в тиши дубрав,
И тот летит, постромки оборвав, —
Куда, откуда? — спрашивать не нужно!
К земле приникни сердцем и молчи,
И приобщись к дыханью трав, как равный.
Здесь наточила свежесть так недавно
Их тонкие зеленые мечи.
О воинство травиное! Я жил,
Стремясь к твоей лишь силе чудотворной.
Возьми в полон меня, чтоб я покорно
У ног твоих оружие сложил!
«Гроза приблизилась мгновенно»
Гроза приблизилась мгновенно
Зарниц безмолвной перекличкой
Над синью волн, над зыбью пены,
Над нашей вечною привычкой
Лишь видимому верить свято.
Сперва — метнулась россыпь чаек,
Потом, пред громовым раскатом,
Над стоном белокрылых стаек
Блеснула молния, ликуя,
Как Божий меч пронзив туманы…
Земные братья, как могу я
Подозревающим обманы
Мою бессонницу доверить,
Где возникают в яром споре
Миры, — которых не измерить, —
Внезапно, как гроза над морем.