Тахус в ужасе бежал с палестинского фронта в Финикию, в Сидон, а оттуда отправился к персидскому царю просить прощения. «Египтяне раскололись на две партии, и каждая из них выбрала своего собственного царя. Агеси-лай теперь понял, что если он не поможет ни одному из них, то ни тот, ни другой не заплатит грекам их жалованья». Поэтому, «обдумав кто из них (из двух претендентов) более явно склоняется к дружбе с греками, он принял его сторону». Таким образом, покинув Тахуса и сражаясь против еще одного претендента, Агесилай сделал царем Нектанеба II.
У Плутарха мы читаем, что когда соперничающие претенденты принялись оспаривать трон, освобожденный Та-хусом, и попросили помощи у Агесилая, спартанец счел, что было бы неловко еще раз менять позиции, и в военной кампании встал на защиту Нектанеба II -г- последнего местного фараона Египта.
Следуя этим событиям, известным нам от греческих историков, мы узнаем Рамзеса IV, узурпатора трона своего отца, в Тахусе, а Рамзеса VI – в Нектанебе И, как мы раньше узнали Рамзеса III в Нектанебе I. Нектанеб II был сыном законного наследника Нектанеба I, как Рамзес VI был сыном законного наследника Рамзеса III. Отцу Нектанеба II не удалось подняться на трон по вине своего сводного брата – узурпатора Тахуса – Рамзеса IV.
Претенденты, которые пытались склонить Агесилая на свою сторону, были, вероятно, персонами, известными нам как Рамзес VII и Рамзес VIII. Ни один из них в действительности не царствовал, если только не считать царствованием кратковременные захваты власти в отдельных районах страны. От них не сохранилось почти ни одной надписи.
После провала военной экспедиции, возглавляемой Фарнабазом, и ухода из Палестины всех войск, находившихся под его командованием, Нектанеб I (Рамзес III) мог захватить ату практически беззащитную страну. И это действительно свершилось: в Мегиддо, в куче мусора, оставшейся от прежних раскопок, был найден футляр для пера, принадлежавший посланнику Рамзеса III, а также его скарабей.
В Лахисе также «подобрали» скарабей Рамзеса III, а в Бефсане нашли его статуэтку. Эти находки подтверждают, что он действительно завладел Палестиной после своей победы над «Регеве1».
Следующий царь, Тахус (Рамзес IV), находился в Палестине, когда мятеж Нектанеба II, поддержанный Аге-силаем, заставил его бежать в Сидон, а оттуда к персидскому царю. Между первой неудачной кампанией Артаксеркса (III), Охуса, против Египта в 350 г. до н. а. и второй, успешной, кампанией 343 г. до н. э. Палестина находилась под властью Нектанеба П (Рамзеса VI). Следовательно, мы вправе ожидать, что будут обнаружены какие-то следы и его оккупации этой страны. И действительно в 1934 году во время раскопок в Мегиддо было обнаружено основание бронзовой статуи Рамзеса VI. Еще раз были сделаны определенные заключения относительно стратиграфической хронологии Мегиддо. В пояснительной сноске археолога Г.Лауда, сопровождающей небольшое сообщение Джеймса Брэстеда об этой статуе, говорится, что она была «обнаружена под стеной в слое VII Б 1832 года, как будто она была намеренно там закопана» 1. На основании такой оценки трудно или даже невозможно извлечь собственно хронологические выводы. Археологи относят слой VII Б к «девятнадцатой и началу двадцатой династии».
Неудачные результаты раскопок в Бефсане, Мегиддо, Лахисе и других библейских местах станут предметом более внимательного рассмотрения в книге, посвященной пересмотру библейской хронологии. Здесь достаточно сказать, что раскопки в Бефсане, Мегиддо и Лахисе стали предметом многочисленных дискуссий среди археологов с обилием взаимных обвинений и даже оскорблений •- и все это, на наш взгляд, потому, что существует ошибочное соотнесение временной шкалы палестинской и египетской хронологии. Находки предметов, датированных эпохой Рамзе-са III (Нектанеба I) и Рамзеса VI (Нектанеба И), могли только дополнить хаос, царящий в стратиграфической археологии Мегиддо. При раскопках в Мемфисе, которые проводились экспедицией музея Пенсильванского университета, был выявлен поразительный факт: слои двадцать первой династии находились непосредственно под слоями Птолемеев.
Комедия ошибок
На основании фактов, представленных на предшествующих страницах, фараон, известный в книгах по египтологии как Рамзес III, «освободил» трон, который ошибочно был приписан ему в двенадцатом веке, и передвинулся в свое истинное место, в четвертый век: он стал царем Нектанебом I у греческих историков. За ним следуют его непосредственные преемники, «шег едо, которых следует искать в том же самом четвертом веке, незадолго до появления Александра.
Пересматривая имена и прозвища Рамзеса III, мы обнаруживаем, что одним из его так называемых имен Гора было Нектанеб (Канехт-мау-пехти-нект-а-неб-кепех-Сати) 1. Б ад ж, который составил перечень имен, использовавшихся этим и другими царями, не предпринял попытки прочесть это имя как Нектанеб, потому что и не подозревал, что у него в руках ключ к необычной идентификации. Создается впечатление, что Рамзес III – это единственный фараон, о котором мы точно знаем, что он имел среди своих царских имен то самое имя, которое известно от греческих авторов, писавших о Египте четвертого века. Слог «неб» также обнаруживается в имени Рамзеса'У! (Небмаре-мерамун Ра-мессе-итамун-нутехакаон); «Нехт» (или «Нект» в греческой версии этих имен) – обычно часть царских имен, означающая «могущество». Следовательно, именно слог «неб» вызывает недоумение.
Отождествление Рамзеса(Ш)-Нехт-а-неба с Некта-небои греческих историков обосновывалось на предшествующих страницах доводами гораздо более убедительными, чем тождество имен: но как итог всех прочих фактов тождество имен тоже в высшей степени желательно.
Однако недостаточно соединить воедино Рамзеса III и Нектанеба I: необходимо осуществить еще один этап детективного расследования, а именно исключить какую-либо ассоциацию Нектанеба! с некоей личностью, которую современные историки считают египетским вариантом Нектанеба. В ходе поисков среди персонажей, действовавших на египетский сцене в персидскую эпоху и оставивших в Египте памятники, претендующие на демонстрацию принадлежности к царской фамилии, были обнаружены два кандидата с именами, содержащими часть имени Нектанеб. Им приписывается по крайней мере более двух памятников, носящих их имена, – Нект-хор-хеб и Нект-небеф 1. В прошлом веке один из них был избран на роль Нектанеба I греческих историков, а второму была отведена роль Нектанеба II.
При этом беспокоило то обстоятельство, что ни один из них не упомянул в своих многочисленных надписях ничего о тех войнах, которые они оба вели: Нектанеб I – против Артаксеркса II и его наемников на суше и на море, а Нектанеб II – против Артаксеркса III, прежде чем был окончательно разбита завершающем сражении. Эти надписи хвастливы, и потому отсутствие в них каких-либо упоминаний о военных подвигах представляется загадочным. Ввиду очень большого количества оставленных ими надписей, нельзя было утверждать, что их многочисленные постройки и дарственные надписи сохранились лишь по случайности,-в то время как монументы, посвященные войнам, и мемориалы в честь триумфальных побед были полностью уничтожены. Однако, за недостатком лучших вариантов, такая идентификация была проведена. Затем в начале нынешнего века В.Шпигельберг, немецкий египтолог, нашел повод пересмотреть эту точку зрения, и Нект-небеф был провозглашен Нектанебом I, а Нект-хор-хеб, который прежде играл эту роль, был назначен на роль Нектанеба II, менее удачливого правителя 1. Со времени опубликования работы В.Шпигельберга большинство египтологов приняли его концепцию, хотя время от времени раздаются голоса оппонентов в защиту предшествующего варианта.
Поскольку Нектанеб I имел своего реального двойника в Рамзесе III, а Нектанеб II, с той же вероятностью, был Рамзесом VI, нам необходимо подобрать для Нект-небефа и Нект-хор-хеба их реальных исторических двойников. Теперь мы приступим к осуществлению этого детективного расследования. Прежде чем мы окончательно расселим Рамэеса III и Рамзеса VI в их настоящих владениях, мы должны изгнать оттуда незаконно поселившихся жильцов.