– Вы когда-нибудь в семидесятых говорили с моим отцом о покупке телестанции?
– Один или два раза в год. Но мы были осторожны и использовали только телефоны-автоматы. Вы полагаете, что они украли спутниковую антенну и передвижную аппаратную, чтобы пустить в эфир наши старые разговоры?
– Я думаю, что это возможно. Если я ошибаюсь, мы просто потеряли несколько часов. Но если я прав, то мы обязаны их остановить.
Взгляд Мики не вызывал желания спорить с ним. Если действительно, как говорится в поговорке, глаза – зеркало души, то Уоллис Литман только что увидел все, что требовалось, в искалеченной душе Мики.
– Вы спрашиваете меня, как можно их остановить?
– А вы, черт побери, как думаете, Уолли?
– Мне… Я должен поговорить с инженерами. Если они попытаются украсть наш сигнал при помощи этого оборудования, я думаю, мы сможем им помешать. Простите, но я не инженер. Я не очень хорошо понимаю, как они это делают, но я все выясню.
– Я хочу, чтобы вы лично этим занимались.
– Откуда вы знаете, что они все еще в Нью-Йорке?
– Это догадка.
– Догадка?
– Я часто попадаю в самое яблочко. У меня совсем не божественные чувства и демоны, которые меня направляют, – сказал Мики. С точки зрения Уоллиса Литмана, это прозвучало чересчур страшно.
– Я понимаю.
– Хорошо. Позвоните мне по зашифрованной линии, когда получите ответ, – сказал Мики.
Они стояли и смотрели друг на друга.
– Все. Это все, что вы должны были услышать. – Мики Ало отпустил человека, пятого в мире по размеру его состояния, как будто тот только что принес ему пиццу.
Уоллис Литман чувствовал на себе пристальный взгляд Мики, пока преодолевал короткое расстояние до двери, словно какая-то невидимая сила настигла его и прикоснулась к спине между лопатками. Он убыстрил шаг. Литман почти бежал, когда миновал дверь амбара.
Он отправился прямиком в кабинет начальника отдела новостей в Черной Башне, в «Обод». Литман вызвал к себе Реда Декера, главного инженера, занявшего место Джона Бэйли, и изложил ему суть проблемы.
– Честно говоря, это будет очень просто сделать. У каждой антенны есть АСИП, – ответил Декер.
Литман бросил на главного инженера раздраженный взгляд. И тот быстро объяснил, что АСИП – это автоматический сигнал идентификации передачи.
– Он идет на спутник и указывает, что сигнал передает определенная система с земли. Нам известен номер АСИПа украденной машины, и изменить его нельзя. Спутник зарегистрирует и телестанцию, потому что на тарелке есть СГП – система глобального позиционирования. Передвижной спутниковой телестанции придется начать работу, чтобы дать сигнал и «зацепиться» за спутник. Мы можем определить местонахождение передвижной телестанции при помощи ручного приемника СГП. Мы определим их место с точностью до нескольких ярдов.
– Хорошо. Пусть все будет готово до темноты.
Декер вышел, гадая, что за черт вселился в Уоллиса Литмана. Чтобы владелец Ю-би-си сам лично руководил операцией по обнаружению украденных фургонов казалось невероятным. Он не знал, что пост президента оказался под угрозой.
Уоллис перезвонил Мики по зашифрованной линии в три тридцать дня. Он все уладил, и у него появилась дополнительная информация.
Мики снял трубку после второго гудка.
– Да?
– Это я, – Уоллис предпочел не называть своего имени, зашифрована там линия или нет.
– Слушаю.
– Мы все сделали, чтобы перехватить сигнал. Если они попытаются выйти в эфир, находясь в самом Нью-Йорке, то мы получим распечатку с их координатами с точностью до нескольких футов. Инженеры утверждают, что смогут сказать, посылается ли пиратский сигнал на наш транспондер на спутнике. Они могут это увидеть в нашей аппаратной. Это похоже на плавающие картинки. Техники называют это двойным иллюминированием. Они могут дать сигнал студиям перестать вести трансляцию. Мы вылетим из эфира, но на это уйдет около четырех минут.
Мики думал о том, чтобы приказать Ю-би-си вообще отключиться на время, но отбросил эту идею. Это станет большой новостью в масштабе всей страны, а ему этого не нужно… А потом он не сможет помешать им воспользоваться спутником другой телекомпании. Ало был почти на сто процентов уверен, что Райан и Коул воспользуются именно Ю-би-си для поэтического отмщения. Люди все такие… Они принимают решения, основанные на эмоциях.
– Скажите им, чтобы были наготове. Эта передача не должна попасть в эфир, – сказал Мики.
Уоллис сидел в кабинете начальника отдела новостей на двадцать третьем этаже и наблюдал за беспокойной деятельностью «Обода». Джозеф Ало не пугал Уоллиса Литмана. Но вот его сын, этот маленький толстый мальчик Мики, страшил Уоллиса Литмана больше, чем импотенция или смерть.
Полиция Нью-Йорка и ФБР немедленно перекрыли все дороги, идущие из города, как только получили описание Райана от водителя тягача. Они считали Райана и всех остальных террористами, пытающимися убить Хейза Ричардса. Зачем они украли спутниковую тарелку, полиция постичь не могла, но федеральное правительство велело полицейскому управлению Нью-Йорка не жалеть никаких средств. Новый приказ гласил – стрелять по беглецам, как только они будут замечены.
Воскресное утро они встретили в фургоне передвижной аппаратной. Они слышали воскресный шум машин на повороте в сотне ярдов от них и пытались поспать.
В два часа дня, они сгрудились вокруг маленького столика в передвижной аппаратной под мрачным светом красных ламп с подводной лодки, пока Молчаливый Джон Бэйли рисовал план подвала Черной Башни, принадлежащей Ю-би-си. Он показал Райану и Люсинде, где расположены два запасных генератора. Потом набросал Замок Герца и указал, где находятся спутниковая антенна и лестницы. Джон все как следует надписал большими четкими буквами. Он объяснил, что восемнадцатиколесный «Питербилт» и его сорокачетырехфутовая коробка слишком высоки, чтобы попасть на стоянку. Им придется припарковать его чуть дальше. Передвижная телестанция была сделана так, чтобы проезжать в гараж, и даже один раз стояла там на крыше. Коул и Джон решили, что, если они запаркуют фургон с тарелкой в углу крыши, а большой грузовик на улице, им хватит кабеля, чтобы соединить обе машины, если они протянут линию прямо по пожарной лестнице вниз на четыре этажа на улицу.
Наоми засняла их. Все улыбались, как Бонни и Клайд Барроу, перед тем как ограбить банк в Канзасе.
В пять часов они сверили часы. Райан уселся за руль восемнадцатиколесного грузовика, Люсинда села рядом с ним. Они вывели мощную машину со стоянки. Молчаливый Джон Бэйли ехал внутри фургона со всем оборудованием. Передвижная телестанция с Коулом и Наоми следовала за ними.
Они решили ехать по боковым улицам, чтобы не привлекать на шоссе внимание полиции Нью-Йорка. Огромный фургон пробирался по жилым кварталам Квинса. На улицах было странно безлюдно, словно все семьи собрались за воскресным обедом.
На закате солнца Нью-Йорк залил кровавый свет, цеплявшийся за брюхо грозных серо-стальных облаков. Они ехали вместе с потоком машин по Франклин Делано Рузвельт-драйв по направлению к финансовому кварталу. Спустя милю они увидели Черную Башню компании Ю-би-си, вздымающую тридцать этажей в вечернее небо. Райану показалось, что она сияет им как маяк в затянутом стеклом безмолвии.
Или Башня смеялась над ними?
Глава 69
Штурм замка Герца
Райан остановил восемнадцатиколесный грузовик у тротуара на Джон-стрит. Улица длиной в два квартала шла перпендикулярно Бродвею, и освещенный вход в Ю-би-си был за углом и на полквартала дальше. Боулт заглушил мотор, выбрался из машины, а потом постучал в бок грузовика.
Молчаливый Джон распахнул дверь и свирепо уставился на него.
– Ты что, нарочно не пропустил ни одной чертовой ямы и выбоины в городе? Здесь же высокие технологии, крайне деликатное оборудование.