-Тут и будем ждать, - сообщила мне Береза,- располагайся, я светляка уберу. Когда получим сигнал, гольды вон там откроют проход, но ты никуда не беги. Мы тебя взяли на крайний случай, если не хватит энергии, подбросишь нам с Клюквой. Тебя ведь Сирень научила?
Научила, мрачно киваю я, сразу сообразив, что меня снова крупно развели.
Взяли в отряд не равноправным бойцом, а в качестве дойной коровы, именно так это называл Ургазир?! Но обидно вовсе не это, я и сама прекрасно понимаю, что ведьма из меня пока никудышная. Злит и оскорбляет другое, ведьмы в который раз меня используют втемную. Можно, конечно, допустить, что у Сирени не было времени на подробные объяснения, после вчерашнего утреннего разговора мы почти не виделись, дикая ведьма лишь мелькнула пару раз вдалеке. Но ведь могла она хоть той же Березе, или еще кому, приказать, чтобы просветили меня заранее. Тогда я бы так не переживала по поводу своих умений, ничего нет хуже, чем подвести в драке команду.
Еще довольно долго я втихую бесилась и негодовала, а потом как-то устала. Или свыклась с собственным окончательным решением, уйти отсюда подальше, едва закончатся боевые действия. Ведь говорили же мне, что ведьминских деревушек в этой местности несколько, найду местечко поспокойнее, и начну вплотную заниматься своими способностями. Не может быть, чтобы они совсем никому не были нужны, насколько я поняла, все ведьмы могут лечить людей и животных, управлять погодой и находить пропавшее. И непременно должны найтись люди, готовые платить за такие умения. Да и вообще, пора бы мне разузнать про этот мир побольше, вроде есть такие страны, где ведьм совсем не притесняют.
Приняв такое решение, возвращаюсь к насущным проблемам и понимаю, что мы уже довольно долго сидим в этой пещерке, как мышки в норке и никакого сигнала никто не дает. А ведь неслись сюда как сумасшедшие, едва ноги не сломали. Может, про нас вообще забыли? Ведь прошло уже около часа, а может и того больше, никогда не умела это определять. К тому же мне всегда казалось, что при различных обстоятельствах время движется по-разному. Впрочем, это и тетка всегда повторяет, праздника ждешь долго, а проходит он быстро.
Вспоминание о праздниках вызвало видение всяких вкусных вещей, которые обязательно готовила тетка. И невольный вздох, не съеденная каша теперь не вызывала такого неприятия, как всего пару часов назад, ну не дольше же мы тут сидим?! А разворачивать при всех шоколадку я всё никак не решалась, помня про острое зрение гольдов и шелест фольги. Ведь его-то никак не избежать. Да, похоже, и ведьмы отлично ориентируются в этой полумгле, лишь чуть разбавленной исходящим от стен слабым свечением. Мне же остается лишь мысленно поблагодарить демона за урок, ведь это его заслуга, что я вижу хотя бы цветных светлячков, окружающих меня рваной гирляндой.
-Береза... - захожу издалека, решившись, для начала, на видимость перемирия, хотя ей об этом знать и не обязательно, - а почему мы молчим? Нас что, могут услышать?
-Да нет, пожалуй, - немного подумав, шепчет она, - а о чем говорить?
-Говорить не обязательно... - покладисто соглашаюсь с этим заявлением, хотя на самом деле совсем иного мнения.
Могли бы, например, рассказать мне что-нибудь интересное про свой мир, а то вечно им некогда. Однако сейчас меня интересует совсем иное.
-А вот немножко пошуршать бы не помешало, - осторожно предлагаю, нащупывая в кармане первую плиточку.
-В каком смысле... пошуршать? - насторожилась Береза.
-Вот так, - поясняю вежливо, с серебряным хрустом разворачивая обертку.
-А что это? - похоже, Сирень никому не рассказывала о моих особых способностях.
-Угощайтесь, - провокационно вываливаю на скамью свои запасы, и протягиваю одну шоколадку сидящему рядом гольду.
Да знаю я, что все они тут взрослые, опытные воины и прочее, но все равно, глядя сверху на вязаные шапочки, копии той, что подарила мне Сирень, никак не могу отделаться от ощущения, что рядом бегает зеленая пацанва. А кстати, не пора ли и мне надеть свою шапку, после памятной тренировки я все время таскаю ее в одном из карманов выданного Сиренью жилета, благо, места много не занимает.
Не откладывая на потом, чтоб не забыть, торопливо засовываю остаток плитки в рот и достав подарок ведьмы, привычным жестом натягиваю на голову. Почему-то это простое действие очень насмешило гольдов, они тихо захихикали и дружно потянулись к хрустящей кучке. Еще больше став похожими на отряд третьеклассников на экскурсии. По кондитерской фабрике. Приглашали нас туда пару раз в год, в порядке шефства. Нет, с собой ничего не давали, мы бы полфабрики вынесли. Зато пробовать не запрещали. Марина потом каждый раз по три дня ругалась, отпаивая напробовавшихся лекарством. А отправляя на экскурсию в следующий раз, только тихо вздыхала, не решаясь протестовать. Когда еще обездоленным детям удастся сладкого вволю поесть, вздохнула она однажды в ответ на мой справедливый, как я считала, упрек. А потом рассказала, какими деликатесами кормят свору любимых собачек в одной состоятельной семье, куда ее приглашали делать уколы дедушке. Однако никогда не угостят даже простой конфеткой соседских детей, нечего было нищету плодить, раз прокормить не могут, надменно заявила как-то Мальвине холеная хозяйка.
-А еще есть? - отвлекает меня от раздумий бархатный голосок гольда, и я внезапно понимаю, что слышу его впервые.
Настолько бесшумно и ловко они все делают, понимая друг друга без слов, что со стороны кажется, никакие слова им и вовсе не нужны. Вот и оказался мне совершенно незнаком мягкий, мурлыкающий говорок гольдов.
Шлепнув рукой по скамье и не нащупав ни одной плитки, недолго думая, вызываю в памяти привычную картину, и шелестящий шоколадный дождь обрушивается на нас.
На пару секунд в комнатке застыла напряженная тишина, а потом протяжно и горестно втянула воздух Береза.
-Ну что же ты наделала?!
-А что... - еще не понимая, в чем снова провинилась, уже предчувствую, что эта оплошность будет посерьезнее пересоленного творога.
-Нельзя тут колдовать до срока... - беззлобно ворчит Клюква, доставая непонятно откуда светящуюся от магии тросточку.
-А объяснить мне раньше... слабо было?! - одновременно обозлилась и расстроилась я.
Доигрались, конспираторши несчастные, в подпольщиц. Вот теперь на своей шкуре испытаете последствия чрезмерной скрытности, если мое безобидное стремление угостить соратников засекла вражеская разведка. Или тут это называется по-другому?
Сердитые обрывки мыслей растерянно метались в моей голове, зато гольды действовали на удивление спокойно и слаженно. Один замер у той стены, где предполагался проход, куда, пока неизвестно, меня снова не поставили в известность, и явно прислушивался к чему-то, творящемуся за каменной толщей. Остальные сгруппировались вокруг ведьм, замерших в ожидании посреди помещения. Меня молча, но настойчиво, оттеснили в самый дальний угол, и я уже успела почувствовать себя никому ненужной и игнорируемой, почти преступницей. Как вдруг гольд, стоявший рядом, ловко подхватил с пола несколько плиток и сунул мне в руки, оставив себе одну.
-Ничего... - ободряюще дотронувшись до моей руки, сказал своим бархатным голоском, - не казнись. Долго ждать нехорошо.
Я хотела спросить, чем так плохо ожидание, но он уже отвернулся и зашелестел фольгой. Остальные гольды как по команде начали подбирать злосчастные плитки и уничтожать ничуть не медленнее, чем интернатские экскурсанты.
- Действительно, чего добру зря пропадать, - тоже зашуршала полученной от гольда шоколадкой невозмутимая Клюква, - неизвестно, когда обедать придется.
Мне показалось, она хотела сказать, что возможно обедать не придется вообще, да в последний момент передумала. Зачем говорить вслух то, что каждый знает и так, неназванная беда всегда дальше. Впервые в жизни мне вдруг захотелось сказать что-то ободряющее, типа - прорвемся, не боись, но пока я пыталась подобрать верные слова, оно началось. Сражение.