5 минут.
10 минут.
15 минут. Подошел какой-то парень и стал беседовать о погоде. По крайней мере, мне так показалось. Возможно, он сказал, что умеет готовить, я не уверена.
20 минут.
30 минут. Я соскочила со стула, готовая отыскать и надрать нечестивую задницу Габриеля, когда Шейн подошел ко мне сзади. Новый знакомый, стоящий рядом, осмелился сказать Шейну:
— Простите, но эта красивая маленькая леди уже занята на ночь.
Шейн посмотрел на меня, оскалившись. Я посмотрела на незнакомца, оскалившись и сама.
— Что за хрень ты только что сказал? — спросили мы одновременно.
Незнакомец поднял подбородок к Шейну и, оскорбившись, повторил. Взглянув на Шейна, я заметила, что его руки испачканы, а костяшки пальцев в крови. Мое сердце остановилось, затем застучало мучительно быстро.
Я вернула внимание к незнакомцу и рассмеялась.
А Шейн нет. Его взгляд пронзил меня, а из горла вырвался сексуальный рычащий звук. Я не шучу. Это. Было. СЕКСУАЛЬНО!
Незнакомец стал приближаться ко мне, а я отступать. Тогда он схватил меня за локоть и развернул. Я развернулась, но также и мой кулак развернулся и по инерции силы и притяжения ударил его прямо в нос. Хлынула кровь, но он даже не пошевелился. Лишь посмотрел на меня, его глаза, которые я раньше не заметила, изменились от древне-голубых до яростно-красных. Вот дерьмо, еще один из падших ангелов Габриеля.
— Дотронешься до меня еще хоть раз и следующее, что почувствуешь — 180 см земли над собой. — Я наклонилась ближе, чтобы Шейн не услышал следующей угрозы. — И передай это своему дружку Габриелю. Пока я здесь, мою душу не захватить.
Я повернулась и посмотрела на Шейна и, что невероятно, сексуальная улыбка прилипла к его лицу.
Чокнутый падший ангел снова двинулся вперед, но Шейн протянул руку к месиву на лице и с силой оттолкнул назад. Парень полетел в толпу танцующих людей и запутался в движениях.
Шейн схватил меня за талию и дернул к себе, я упала прямо на него.
— Да у тебя здесь много безумных друзей.
Я подняла голову, чтобы взглянуть на него, наши губы так близко.
— Никто из них не друг.
Его взгляд упал на мои губы, и я осознала, что сегодня, учитывая, сколько времени мы провели вместе и его руки на моей коже во время танца, и флирт, он так меня и не поцеловал. Ну, если не учитывать легкого касания губами на пляже.
Я почувствовала, как тело движется вперед. Его глаза смотрели в мои.
— Грейс, то, что ты собираешься сейчас сделать со мной, ты хотела сделать с кем-то из тех парней?
Почему в такие моменты его тянет поболтать?
— Эм, я отвечу, нет. И твой тупой вопрос заставил меня перехотеть сделать то, что я собиралась сделать с тобой, тобой. — Пресвятое дерьмо, я что похожа на самую большую идиотку на Земле? Этот парень серьезно вознамерился выяснить, влюблена ли я в него, перебегая с одной темы на другую со скоростью большей, чем у падающих на пол трусиков!
Я сошла с танцпола и вернулась к Леа и Коннеру, целующимся у бара. Взяв пальто, сердито засунула руки в рукава.
— Что ты делаешь? — Боже, даже просто от звука его хриплого голоса хочется порвать собственные трусики. Ему законом стоит запретить ходить рядом.
— Ухожу, — ответила я.
— Почему? — он медленно двинулся вперед, не отрывая от меня взгляда. Его голубые глаза посылали по всему телу дрожь. Положив руки по обе стороны от меня, он ОПЯТЬ наклонился, заключив меня в ловушку. Как он это делает, я НЕ понимаю! Серьезно, я стояла в 3 метрах от бара и собиралась уходить, а сейчас мне хотелось лишь откинуться на проклятый бар, дать ему…
Я глубоко вздохнула, что оказалось плохой идеей, потому что земной запах Шейна ударил меня, как, даже не знаю, эм, что-то очень тяжелое. Когда Шейн так близко, даже думать невозможно.
— Почему Шейн? — фыркнула я. — Ты что, серьезно?
Его рука скользнула по моему боку, сердце пропустило несколько ударов, когда он завис над моими губами. Он поднял вторую руку и нежно провел подушечкой большого пальца по моей нижней губе.
— Ты не можешь так со мной поступать, Шейн, — продышала я. — Ты обвиняешь меня в желании ко всем, но существует только один человек, которого я хочу. Я не одна из твоих поклонниц, Шейн. И ни во что не играю. — Мой голос дрожал. Я закрыла глаза, когда он скользнул губами по щеке. — Ты хочешь ночь со мной, Шейн, я соглашусь, не раздумывая.
Тело Шейна напряглось, он замер. Отступив, он посмотрел на меня, руки упали по бокам.
— Значит ночь, да?
Мысленный удар выбил весь воздух. Почему он не мог сказать, что возможно что-то большее? Я хотела больше, чем провести с ним одну проклятую ночь!
Он откинул голову назад и рассмеялся.
— Ладно, давай уйдем отсюда. — Он оглянулся на Леа и Коннера. — Вы готовы?
Они кивнули и накинули пальто. Коннер с Шейном проверили, достаточно ли денег заплатили в баре, но глубокий взгляд все время был прикован ко мне.
Домой мы возвращались в тишине. Звуки океана, ласкающего берег, вместе с соленым воздухом доносились до нас.
В гостиной у Кэролайн стояло два дивана, на которых она оставила парням комплекты подушек и одеял. Когда мы зашли, она вышла из кухни, с объяснениями, что если под ее крышей у нас будет секс до брака, без кольца и назначенной даты, то она лично отправит нас прямиком в ад. Леа закатила глаза и, тяжело вздохнув, потопала наверх в свою старую спальню. Я посмотрела на Шейна, который, улыбаясь, сидел на диване, и пошла вслед за Леа.
Закрыв дверь спальни, я засмеялась и указала Леа:
— О, да ты отправишься в ад в ручной корзинке!
— Ага, и после всех съеденных на ужин макарон мы должны разойтись по дамам. Кажется, что мне снова 16.
Я выползла из одежды, надела светло-розовую майку и такие же мальчишеские шорты.
Переодевшись, Леа стянула покрывало, и мы обе забрались в кровать. Она повернулась ко мне, облокотившись на руку.
— Итак, колись. Что между вами с Шейном?
Плюхнувшись на подушку, я вздохнула.
— Понятия не имею. Мы отлично провели время, катаясь на мотоцикле. Говорили на пляже. Флиртовали. Он облапал меня на танцполе. Все, что он делал, было настолько эротично, что кружилась голова. — Я повернулась к ней, — Но мы не целовались, а еще он обвинил меня в желании к парню, которого я ударила в лицо.
Леа подорвалась.
— Что? Ты ударила кого-то в лицо?
— Хорошо, слушай. Но не сходи с ума. Дай объяснить. — Я села, скрестив ноги, и посмотрела на нее. — Не было никакого безумца или нарушителя, вломившегося в дом, о котором я сказала детективам.
Я видела, что ее грудь поднимается и опускается все быстрее, будто она задыхалась. Мне не хотелось все это ей рассказывать, но другого выхода я не видела.
— За всем этим дерьмом стоял Габриель и другие падшие ангелы. Но в основном, это Габриель.
— Габриель? Габриель, который помог мне спасти тебя, когда ты пыталась покончить с собой?
Я пожала плечами.
— Знаю, что в этом никакого смысла. Знаю только, что когда находилась в коме, Габриель был со мной, и я видела тебя и Шейна в больничной палате. Видела, как он звал Габриеля, будто они знакомы, и именно тогда Габриель и рассказал, что Шейн — ангел, которого я искала веками.
Глаза Леа наполнились слезами, но я продолжила, ощущая, как тяжесть падает с плеч.
— Затем Габриель сказал, что любит меня и предложил… кое-что. И все же я сбежала. А он опять поймал меня. Я не знаю, что он сделал со мной, знаю лишь, что проснулась связанной, а освободил меня Джейкоб. Шейн был там, он передал меня Михаилу, сказав, что делать, и что это того стоило, после чего ушел.
— Шейн спас тебя? Он был там?
— Ну, да. Но тогда в теле Шейна была душа Шамсиила. Это не важно. Я здесь. Он там. Габриель и остальные падшие ангелы здесь и, если я выберу Габриеля, то мы сможем захватить небеса или какое-то подобное безумие. А хочу, хоть раз побыть нормальным человеком, забыть обо всем безумном ангельском дерьме и быть с Шейном.