Меня не могла оставить равнодушной идея, что в культуре, где царит материализм и люди не верят ни в какие превращения, каждому оно предстоит.
Даже если вы не верите в реинкарнацию, каждый человек все равно превращается. Не станете же вы отрицать, что после смерти человеческое тело превращается в нечто иное. Вспомните монолог Гамлета, когда тот смотрит на череп Йорика и размышляет о том, как человек умирает, а затем превращается в землю и червей. Этот монолог отражает точку зрения материалиста, но в нем описывается настоящий процесс превращения!
Какая все-таки поразительная мысль, что каждый превращается, вне зависимости от того, верим мы в это или нет! Я еще раз сказал об этом водителю. Он достал из кармана рубашки ручку и бросил ее на сиденье рядом.
— Как ты думаешь, что случилось? — спросил он. — Это гравитация заставила ручку упасть. Я прав? Разумеется. Мы это знаем. Каждый образованный человек согласится. Так? Но что, если кто-то не согласится? Что, если есть люди, никогда не слышавшие о гравитации? Что, если бы мы жили в каменном веке? Или если бы вообще не было людей, только животные, понятия не имеющие ни о какой гравитации. В таком случае моя ручка или ветка дерева упали бы все равно так же. Гравитация заставляет предмет падать вне зависимости от того, понимает кто-либо эту научную концепцию или нет. То же справедливо и в отношении превращения. Это происходит. Мы все превращаемся. Много-много раз.
Вскоре мы приехали в город Бандунг. Водитель привез в гостиницу, где я должен был жить в течение следующих трех месяцев. Она была построена в период датской колонизации, ее просторная веранда выходила на плантации, раскинувшиеся на склонах гор. Они сейчас растворялись в сиреневых сумерках.
По ступеням сбежал старик в шароварах и сандалиях. На нем была ярко раскрашенная рубашка с изображением двух богов древней яванской мифологии.
— Меняющий облик, — прошептал водитель, пока тот шел к нам.
![Шаманские техники личностных изменений. Опыт превращений i_009.jpg](https://litlife.club/books/173715/read/images/i_009.jpg)
Гостиница на Западной Яве. ФОТОГРАФИЯ АВТОРА
Я выбрался из джипа, стряхнул с джинсов дорожную пыль и протянул руку. Старик застенчиво улыбнулся. Затем, прикоснувшись пальцами к своему сердцу, он поклонился.
— Я — Таюп, — сказал он прерывающимся голосом.
С Таюпом мы провели вместе много времени. Он научил меня удивительным техникам, что частично было описано в моей первой книге «Жизнь без стресса». Он действительно был Меняющим облик, хотя никогда так себя не называл.
— Будь, — говорил он с беззубой улыбкой, — просто будь. Никогда не пытайся стать. Ты можешь быть всем чем угодно, просто не трать время на то, чтобы стать. Не забывай быть.
Вначале я никак не мог понять, что он имеет в виду, но он проявлял настойчивость и терпение. Несколько раз рассказывал одну и ту же историю. Это история о борце по имени О-Нами (Великие Волны) приводится в книге «Жизнь без стресса», она побудила многих читателей написать мне. Я повторю эту историю здесь.
О-Нами был известным борцом, очень сильным и опытным. Он мог победить любого противника, даже собственного тренера, если за поединком никто не наблюдал. Однако во время публичных выступлений он становился стеснительным и неуверенным в себе. Делал глупые ошибки и часто проигрывал более слабым борцам.
Однажды ночью к нему пришел великий мастер. Этот мастер считался одним из самых мудрых.
— О-Нами, — сказал он, — ты — Великие Волны. Ты должен в это поверить. Иди в свою комнату. Не ложись спать этой ночью, думай о Великих Волнах. Поверь в того, кем ты являешься. Ты — это гигантские волны, которые сметают все на своем пути.
О-Нами ушел в свою комнату. Всю ночь он медитировал. Сначала просто думал о волнах. Его посещали другие видения, но он отбрасывал их. Постепенно остались только волны. Они наполнили комнату, накатывая и закручиваясь в водоворотах. Когда взошло солнце, в комнате О-Нами бушевало море..
После этого никто уже не мог одолеть его.
— Зрители клялись, что видели, как О-Нами накатывается на своих противников как могучая волна, — уверял меня Таюп. — Другие борцы говорили, что он не давал им дышать — что они буквально тонули, не в состоянии высвободиться из его захвата.
Он очень любил эту историю. — История об этом борце показывает суть вещей, — однажды сказал
он. — Ты говоришь о превращении. А дело в том, чтобы просто быть. Мы можем быть всем чем угодно, потому что на самом деле мы и есть все. Каждый есть все остальное, и кроме этого больше ничего нет.
Он рассказывал много историй о людях, которые всегда стремились стать кем-то, вместо того чтобы просто быть. Я приведу здесь историю о балийской танцовщице, дочери его старого друга.
— Я собираюсь стать танцовщицей, — говорила она. Через несколько лет тяжелых тренировок она разочаровалась в себе. Отец отправил ее к Таюпу.
— Я прихожу на пробы, но каждый раз оказывается, что недостаточно подготовлена, — сказала она. — Очень хочу стать танцовщицей. Если бы только удалось получить работу!
— Хочешь стать танцовщицей? Но ты разве не танцуешь каждый день? — Конечно, я постоянно тренируюсь. — Ты танцуешь? — Все время. — Тогда ты — танцовщица, — сказал он, и попросил ее станцевать. Потом сказал, что это было самое прекрасное зрелище, которое он когда-либо видел.
— Ты танцовщица, — повторил он. — Но меня никогда не приглашали выступать. — И что? То, что какой-то глупый хореограф еще не нанял тебя, не имеет значения. Если тебя наймут завтра, будешь ли ты лучшей танцовщицей, чем сегодня?
Она покачала головой. — Правильно. Ты останешься замечательной танцовщицей. Ты танцовщица. Будь ею.
Через неделю ее взяли на работу в самую известную танцевальную труппу Джакарты.
Поздним вечером Таюп попросил меня встретиться с ним в роще недалеко от гостиницы, в которой мы жили.
— Дай мне полчаса, — сказал он. — Приходи туда, где стоит деревянная скамейка. Я хочу кое-что показать.
Я с нетерпением ждал, пока пройдут полчаса. Я читал «Сидхартху» Германа Гессе, но было тяжело сосредоточиться на книге. Я чувствовал, что должно произойти что-то важное.
Наконец, полчаса прошли. Я с трудом сдерживался, почти бежал к роще, где стояла скамейка. Когда подошел ближе, замедлил темп, пытаясь имитировать походку, которой научил меня Таюп, чтобы он не заметил мое нетерпение. Подошел к деревянной скамейке и осмотрелся. Таюпа нигде не было. Сделал круг, ища его везде, но так и не нашел. Разочарованный и растерянный, я решил подождать несколько минут. Присел на скамейку.
Через некоторое время я начал засыпать. Прилег на скамейке и закрыл глаза. Ветер шевелил листву, убаюкивая меня. Я, должно быть, заснул. Затем что-то коснулось моей щеки. Я сел и огляделся. За скамейкой был невысокий сухой куст. Подумал, что меня коснулись его ветки. Лег обратно, и только начал засыпать, как почувствовал, что ветка снова касается моей головы… Я схватил ее. Рука! Я встал и увидел Таюпа. Он сидел на корточках за скамьей, превратившись из куста в старика-яванца. Я не мог поверить глазам. Он был абсолютно голым.
Я вскочил и бросился к нему. — Как ты сделал это? — потребовал ответить я. Он неуклюже подошел к другому дереву и достал маленький сверток из углубления под его корнями. Достал рубашку, шаровары, сандалии, надел их. Затем вернулся.
— Сделал что? — Ты знаешь. Стал кустом. Он стоял очень близко, смотря прямо в глаза, что раньше делал крайне редко.
— Неужели ты ничему не научился? — спросил он, и я заметил легкое разочарование в его голосе. — Я не становился кустом. И человеком тоже не становился.
Я помедлил. — Ты был кустом. Он улыбнулся. — Правильно. — Но как? — Точно так же, как ты есть тот, кого я вижу сейчас перед собой. Меня интересовал еще один вопрос. Я не решался задать его, но знал, что должен это сделать.
— Почему ты снял одежду?
— Цвета, — сказал он, чуть помедлив, — видимо, их энергии обладают самостоятельными вибрациями. Тяжело носить одежду одного цвета и быть чем-то другого цвета.