– С капустой и рисом.
– Только пирожков мне не хватало… – недовольно пробормотал Данила. Но тем не менее взял один пирожок и с аппетитом принялся его уписывать.
– Ну как?
– Ничего, есть можно…
Галя смотрела на него со все возрастающим сочувствием. Надо же, человек в этой глухомани почти три недели умудрился прожить!
Сложив руки на груди, она прошлась по комнате.
– Слушай, Громов, ты не против, если я все Ваве расскажу? Ты не бойся, она не выдаст…
– Какой еще Ваве? – заорал Данила, забыв про пирожки. – Черт, Галя, я же предупреждал тебя!
– Не ори. Вава – это моя гувернантка. Я уже упоминала, что она мировецкая тетка. Она не выдаст! Я ее всю жизнь знаю. Если с нее слово взять, она ни за что не выдаст, даже если умирать будет. Она из рода Трубецких, потомственная дворянка.
– Ничего себе дворянка – в няньки пошла работать…
– Не в няньки, а в гувернантки. Сам знаешь, на дворянском титуле много не заработаешь. Ты бы к нам обедать ходил, и вообще…
– Не хочу я ни с какой Вавой знакомиться, – сказал Данила. – И все, давай закроем эту тему.
Голос у него звучал сурово, и Галя поняла – такого трудно переубедить.
– Ну ладно, ладно… Я просто предложила. Не хочешь, как хочешь…
– К тебе предки вчера приезжали? – вдруг с любопытством спросил Данила. – Ну, на таком черном внедорожнике…
– Да. Папа и мама… Они только на выходные могут приехать, а так у них работы много.
Данила доел последний пирожок и теперь пристально рассматривал вареную курицу. Он думал о том, съесть ее сейчас или оставить на вечер…
– Слушай, а тебя сюда чего занесло? – спохватился он. Нет, наверное, лучше все-таки оставить на вечер…
– А, так я после болезни… У меня воспаление легких было. Мне врач сказал – хвойным воздухом дышать надо, – объяснила Галя. Про то, что она спасла мальчишку, нырнув в ледяную воду, сообщать не стала. Вава не раз повторяла, что не стоит распространяться о своем благородстве, если ты действительно благородный человек…
– Понятно…
Они помолчали. Кажется, Данила больше не сердился на Галю за то, что та нарушила его одиночество.
– У тебя друзья есть? – спросил он.
– Конечно. И знакомых полно… Но самые главные друзья – Соня и Сидякин. Вася Сидякин.
Галя вспомнила про Соню и вздохнула. Позавчера она пыталась с ней поговорить, но в телефоне что-то шумело и трещало – особо не поболтаешь. Правда, Сонька успела ей сообщить, что в очередной раз поругалась с Сидякиным. Они всегда так – то поссорятся, то помирятся…
– Сидякин в мореходку мечтает поступить, – добавила Галя. – Ну, в мореходное училище. Хочет на кораблях плавать.
– Сидякин – это твой парень? – вдруг спросил Данила.
– В каком смысле?.. Ой, ну ты что! – засмеялась Галя. – Мы с ним друзья, да и только. Если так рассуждать, то он скорее Сонькин парень. Правда, Соня об этом не знает. И он тоже.
– Разве так бывает? – удивился Данила.
– Бывает… – с видом знатока кивнула Галя. – Они все время спорят и ссорятся, но на самом деле нравятся друг другу. Лет через десять поймут, что жить друг без друга не могут.
– Через десять лет! – присвистнул Данила. – Это такой огромный срок…
– Ой, ну ты что… я тут в одной книжке читала про людей, которые только в самой старости поняли, что любили друг друга. Но было поздно – жизнь-то уже прошла… А у тебя есть девушка?
Данила густо покраснел, чего Галя совсем от него не ожидала.
– Есть. То есть нет… Она не знает, как она мне нравится – почти как в истории с твоими друзьями. Наверное, и не узнает никогда…
– А как ее зовут? – с любопытством спросила Галя.
Данила на некоторое время задумался.
– Ее зовут… Ее зовут Лилия. Да, Лилия. Красивое имя, правда?
– Очень, – горячо согласилась Галя. От того, что Данила с ней так разоткровенничался, ей еще больше стало его жаль. Как бы она хотела помочь ему!
Она посмотрела на часы – до возвращения Вавы оставалось около часа.
– Тебе не скучно тут?
– Да нет… – пожал он плечами. – Я в игры играю, в компьютерные – у меня с собой дисков полно, телевизор есть, переносной… Маленький, правда, черно-белый. И две программы ловит только. С мотоциклом вожусь еще.
– Прокати! – неожиданно загорелась Галя. – Я еще никогда на мотоцикле не каталась.
Данила с сомнением посмотрел на нее.
– Ну ладно, – согласился он. – Только недолго. Я на самом деле светиться не очень-то хочу…
– Да я тоже не хочу! Тем более что Вава должна через час вернуться…
Они вышли из дома.
– На, надень шлем… – Данила тоже надел на себя шлем. – Садись сзади и держись крепче. А почему у твоей гувернантки имя такое чудное?
– Вава? Да это я придумала, когда маленькой была. А на самом деле она Варвара…
Данила нажал на газ.
Мотоцикл сорвался с места – свежий ветер плеснул Гале в лицо.
– И-и-и… – завизжала она от восторга, когда они мчались по пустому шоссе.
– Не ори, а то я оглохну… – бросил через плечо Данила.
Галя моментально замолчала. Она и не думала, что будет так весело. В самом деле, лучше всякого аттракциона! Мимо мелькали деревья и кустарники, бежало вслед солнце, сверкая между верхушек. Асфальт уже высох, и от него поднимался легкий пар. Вдали все терялось в легкой туманной дымке.
Рядом застучала колесами электричка, показались одноэтажные домики.
– Это мы где? – встревоженно закричала Галя. – Это мы у станции?!
– Ага…
– Да ты спятил! Мы же сейчас на Ваву нарвемся…
– Что же ты сразу не сказала? – с досадой крикнул в ответ Данила. – Мы бы тогда другой дорогой поехали…
Он стал разворачиваться, и в этот момент перед длинным зданием супермаркета Галя увидела Варвару Аркадьевну – та как раз складывала в багажник стареньких «Жигулей» всякие покупки.
– Мама дорогая, так я и знала… – вполголоса застонала Галя.
У нее была одна надежда – что гувернантка не заметит ее. Не догадается, что в шлеме, на мотоцикле, за спиной незнакомого парня – сидит ее воспитанница…
Данила на большой скорости промчался мимо Вавы. Та рассеянно посмотрела вслед и осуждающе покачала головой. Надо же, как молодежь нынче носится…
– Она меня узнала? Узнала или нет? Господи, вот не повезло… – стонала Галя.
– Да перестань ты ныть! – рассердился Данила. – Кажется, не узнала… У нее лицо было такое… отвлеченное, когда она на нас посмотрела. Я заметил, что женщины, когда делают покупки, становятся немного странными… Наверное, твоя Вава сейчас вспоминала, все ли она купила…
– Очень на это надеюсь…
Обратная дорога не доставила уже Гале такого удовольствия, как раньше.
Они съехали с шоссе и теперь осторожно ехали по жухлой траве к дому, в котором жил Данила. Свернули за угол, остановились и только тогда перевели дух.
– Еще есть время, – сказала Галя. – Вава ездит не так быстро, как ты… Через полчаса будет, наверное… Дай водички попить – я от жажды умираю!
Они снова зашли в дом.
Данила стал рыться в своем шкафу и достал бутылку минералки.
– Держи свою водичку…
Вместе с минералкой из шкафа вдруг вылетела чья-то фотография.
– Ой… – сказала Галя после того, как с наслаждением сделала большой глоток. – Это же Элизе… Слушай, Громов, ты тоже любишь Элизе?
Данила положил фотографию обратно в шкаф и как-то странно посмотрел на Галю.
– Люблю, – не сразу сказал он. – Как же мне ее не любить – ведь это моя мама.
В первый момент Галя не поняла, о чем это он. Элизе – его мать? Может быть, Данила шутит? Но глаза у нового друга были серьезные, даже печальные. Галя вдруг поняла, что это – правда. Она поперхнулась водой и закашлялась.
– Ты чего? – встревожился Данила и похлопал ее по спине.
– Ой, не могу… мерси… кхе-кхе…
– Галка, да что с тобой?
Галя в ответ замахала руками. Слов у нее не было. Элизе – мама Данилы Громова?!
– Что это ты так разволновалась?..
– Слушай, Данила, ты не врешь? – наконец смогла она произнести.