В 1834 году труды Дюпэ и Кастаньеды появились в Париже, в двухтомнике, традиционно озаглавленном «Мексиканские древности». Добавим, что двухтомник этот вызвал во Франции огромный интерес. И на этот раз главной темой комментариев стала связь между древними американскими культурами и другими цивилизациями. В этой череде комментаторов хотелось бы отметить француза Александра Ленуара, воздержавшегося от очередной попытки установить связь культуры коренных народов Америки с заокеанскими «родственниками». На этот раз пытливый читатель попытался определить хронологию появления на свет древних артефактов, и вот что у него вышло:
1. Мексиканские древности. Если они принадлежат, как говорят, ацтекам… то их появление на свет восходит к XII веку. 2. Доацтекские древности возникли еще раньше и принадлежат тольтекам. 3. В Гватемале и на Юкатане найдены предметы, сходные с артефактами из Паленке, и их возраст уходит в такую тьму веков, что сказать что-либо определенное об их происхождении невозможно.
Выводы и рассуждения француза ученым той поры показались наиболее правильными, как и вывод о том, что научные исследования нужно продолжать.
К концу 20-х годов XIX столетия политическая обстановка в Центральной Америке кардинально изменилась: Мексика провозгласила свою независимость, а Гватемала и Гондурас стали частью новой центрально-американской Конфедерации — нестабильного образования, которому, в конце концов, суждено было рассыпаться на созвездие государств, которые мы знаем и поныне. Испания уходила с насиженных земель, а новые страны заявляли о себе, открываясь внешнему миру. Так же, как и в Восточную Европу 1990-х годов, в новорожденные государства хлынули потоки инвесторов, коммерсантов и предпринимателей в поисках удачи, с целью приложения капитала и получения большой прибыли. Как водится, для продвижения всех этих экономических интересов потребовались дипломаты, консультанты и прочий заинтересованный люд. Кроме того, мифология освоения диких земель влекла авантюристов всех мастей, искателей лучшей жизни, любопытствующих и просто романтиков. Среди них выделяются два персонажа, оказавшихся в нужное время в нужном месте. Без сомнения, самый выдающийся из этих персонажей — Жан-Фредерик, «граф» Вальдек. Именно этот мастер создал прекрасные гравюры-иллюстрации для английского издания 1822 года, что явилось огромным достижением не только для художника, но и всего мирового искусства книжной иллюстрации в целом. О «графе» Вальдеке рассказывали разное. Сам он утверждал, что родился в 1766 году не то в Париже, не то в Праге, не то в Вене. Он являлся, якобы, потомком какого-то австрийского аристократа и даже хвастался множеством принадлежавших ему титулов, включая «барона» и «графа». Вальдек утверждал также, что в возрасте 14 лет он отправился в научную экспедицию на юг Африки, а затем вернулся в Париж, где учился ремеслу художника у таких мэтров, как великий представитель неоклассического стиля Жак-Луи Давид, и даже у его учителя — Жозефа Вьена. Не забывал Вальдек упоминать и о том, что в 1794 году он находился бок о бок с самим Наполеоном при осаде Тулона, а затем сопровождал императора во всей итальянской компании и, конечно же, под жарким египетским солнцем. Затем Вальдека ждали другие, не менее интересные авантюры, в том числе участие в отряде лорда Кохрейна, в 1819 году освободившего Чили от испанского владычества.
Живость характера и столь блестящая и разносторонняя карьера позволяли новоиспеченному художнику свести дружбу со многими влиятельнейшими людьми той эпохи. В Англии, например, Вальдек приятельствовал с королем Георгом III, премьер-министром Питтом, лидером вигов Фоксом и первым денди Бо Браммелем. Не остался в стороне даже лорд Байрон, с которым Вальдек встретился в одном из шотландских замков. По ту сторону Ла-Манша Вальдеку удалось подружиться с Робеспьером и Марией-Антуанеттой.
![Майя. Загадки великой цивилизации i_021.jpg](https://litlife.club/books/172937/read/images/i_021.jpg)
Жан-Фредерик Вальдек в последние годы жизни
Последнюю художник часто посещал в тюрьме, где, уже приговоренная к смерти, королева ждала своей участи. И все это, как говорил биограф Вальдека Роберт Брунхаус, всего лишь его «юношеские» проделки (хотя художнику в то время было уже хорошо за пятьдесят). Вообще же его фантастическая жизнь авантюриста, повесы, художника и лгуна длилась целых 109 лет. Умер Вальдек в 1875 году, сидя за столиком летнего кафе на Монмартре. Говорят, завидев мимо проходившую хорошенькую девушку, художник чересчур резко повернул голову и, потеряв сознание, скончался. Как бы там ни было, но те годы, которые Вальдек посвятил изучению майя, оставили в науке неизгладимый след.
Поработав в Западной Мексике горным инженером в составе одной британской компании (было в его биографии, представьте, и такое!), он скопил необходимые средства и отправился в мае 1832 года в Паленке. Там он поселился во Дворце, где прожил целый год до тех пор, пока его не выжили надоедливые тихие мыши. Пришлось переселиться в другое место — художник соорудил некое подобие хижины под стенами Храма Креста. Похоже, что он все-таки не жил в здании, называемом сегодня Храм графа, которое находится к северу от Дворца. Вальдек прибыл в Паленке в самом начале сезона дождей, поэтому условия для работы были просто ужасные. Художник постоянно жаловался на клещей, комаров и сырость. И все же, несмотря на годы (Вальдеку было за 60), сделать ему удалось очень многое. В общей сложности Вальдек выполнил около сотни зарисовок, часть которых сейчас хранится во Франции, а часть — в библиотеке Ньюберри в Чикаго (США).
Большинство карандашных рисунков исследователя и по сей день производит чрезвычайное впечатление. Художник оставил нам планы и разрезы зданий, зарисовки нанесенных на плоские плиты иероглифов и деталей барельефов. Некоторые его рисунки имеют непреходящее историческое значение и по той еще причине, что объекты, с которых эти рисунки делались, либо разрушились, либо исчезли вовсе. К сожалению, в своих рисунках Вальдек допускал вольности и неточности. Особенно он грешил этим по возвращении на родину, пытаясь рисовать по памяти. Не упустил он и случая высказать свою точку зрения на происхождение народа майя: «Лицом они походят на халдеев, но, судя по телу, они могут быть и потомками индусов».
Не только Вальдека смутили иероглифы, напоминающие маримбу — музыкальный инструмент африканских рабов, завезенных в Новый Свет в колониальную эпоху. Другая вековая загадка, не дававшая покоя поколениям ученых, — иероглифы с изображением слоновьей головы с явно различимым хоботом. Особенно бросаются в глаза «слоны», вырезанные на каменной стеле в Копане. Какие же это могли быть слоны, если не индийские? Кстати, «слоны» виделись исследователям аж до конца 1920-х годов.
![Майя. Загадки великой цивилизации i_022.jpg](https://litlife.club/books/172937/read/images/i_022.jpg)
Иероглифы из Храма надписей в Паленке, зарисованные Ж.-Ф. Вальдеком
После Паленке Вальдек, финансируемый добрейшим лордом Кингсборо, перебрался в Уш-маль — еще один памятник строительному гению майя. Кстати о лорде Кингсборо: очень скоро он умрет в долговой тюрьме, обанкротившись именно из-за непомерных вливаний в мексиканские научные экспедиции. Сам же Вальдек, выполнив свою работу в Ушмале и проведя в Мексике в общей сложности 11 лет, вернулся во Францию, где тотчас же принялся превращать карандашные наброски в основательную литографию. Необходимо отметить, что в 1830-х годах публика буквально жаждала остросюжетных историй об освоении далеких экзотических стран. И такие истории в виде изданной в 1838 году книги «Увлекательные путешествия и археология в провинции Юкатан» Вальдек публике преподнес. Правда, книга не имела ни коммерческого успеха, ни благожелательной критики. Много позже, в 1866 году, на свой сотый день рождения мэтр получил в подарок иллюстрированную его же пятьдесятью литографиями книгу «Древние памятники Паленке и других городов, принадлежавших древней цивилизации Мексики». Рецензировал книгу французский ученый Брассёр де Бурбур. К тому времени достижения Вальдека затмили другие, не менее удачливые путешественники, однако не вдохновил ли их на такие подвиги во имя науки публицистический и художественный дар великого мэтра?