— Тогда остаётся надеяться, что они ненароком освободят нашу подругу.
— Прекратите там перешёптываться! — рявкнул на нас один из тех, что шли сзади. — В бездне, где вы скоро окажетесь, наговоритесь вдоволь!
По пути к нам присоединялись группки солдат церкви от трёх до десяти человек. Когда мы дошли до того памятного зала, нас сопровождало не менее полусотни бойцов.
Здесь следы битвы были хорошо видны — кровь на стенах, валяющееся оружие, тела, сложенные в кучи. Притом только хобгоблинов, своих они унесли, чтобы потом похоронить на святых землях. А монстров, скорее всего, так и оставят гнить тут. За всей этой суетой наблюдал не кто иной, как мой старый знакомый архиепископ. Рядом с ним, у колонны, лежал мешок с моими вещами и мечом, отчего я не сдержался и до скрежета сжал челюсти.
Джерихо увидел меня и шагнул навстречу. От моего глаза не укрылось, что парень прихрамывает на одну ногу (видать всеединые услышали мою просьбу, и один из его олухов попал в него из арбалета). От осознания этого я получил некое садистское удовлетворение. А вся правая половина лица архиепископа была в только-только начавших заживать синяках и порезах, это — память об ударе о дерево. Жаль, что шею себе не свернул.
— Забавно, — глумливо начал он. — Не думал вас так скоро встретить, Эрик. Похоже, что сама всевидящая Каэлерис дала мне второй шанс. Ведь я уж думал, что упустил тебя, маг. Пришёл срочный приказ сверху — разобраться с нападениями на тракт. Странный случай — похищали только людей, ни повозки, ни даже лошадей не трогали. Расследование привело меня в это логово порока, а когда я увидел у одного из этих существ ваш меч, то сразу же отдал своим подчинённым приказ обыскать всё подземелье. И вот вы стоите передо мной, — он перевёл взгляд на суккубу. — Да ещё и даёте мне отличное доказательство, как против себя, так и против всей вашей братии. Теперь мы прижмём вас, колдунов, на всём материке! Спасибо вам Эрик, вы прямо как золотой на дороге!
— Всегда рад послужить Церкви… — холодно сказал я, с трудом удерживаясь, чтобы не плюнуть ему в лицо. Тия тоже молчать не собиралась, но кляп не давал ей говорить, поэтому её наверняка очень красочный и сочный монолог был не понят никем, и в историю не попал.
— Ваше святейшество, эта бочка была в той же камере, что и они. Открыть? — спросил один из монахов, видимо, старший по сану (хотя я могу и ошибаться, не разбираюсь в их знаках отличия и иерархии).
— Как хотите, — безразлично пожал плечами Джерихо, с интересом рассматривая демоницу.
Невесть откуда в руках у одного из них тут же появился лом, и они принялись расшатывать плотно прилегающую крышку. Я не удержался и бросил на место заточения Атрамы полный надежды взгляд. Ещё немного и наши шансы на выживание перестанут быть нулевыми.
— Хотя, постойте… — с самодовольной улыбкой остановил своих подчинённых архиепископ. — Эти двое… они как-то сразу воспрянули духом, когда вы начали её открывать. Видимо там что-то такое, что, по их мнению, им поможет. Оставьте как есть, займёмся этим в городе.
Я смог удержаться и сохранить бесстрастное выражение лица, но вот более эмоциональная Тия сразу как будто лимон съела, чем только подкрепила уверенность Джерихо в своём выводе.
— Протодиакон, — он обратился к невысокому, но плечистому мужику, от которого и исходило предложение открыть бочку. — Возьмите своих людей и парочку моих бойцов, выдвигайтесь вперёд вместе с пленными. Стерегите их, как зеницу ока! Эта казнь станет переломным моментом в истории! Кончится бесконечная война с мерзкими колдунами и победа будет за нами!
— Как прикажете, ваше святейшество! — просияв, ответил тот и принялся быстро отдавать команды. — А вы?
— Мне нужно остаться тут и проследить, чтобы всё было уничтожено. В первую очередь эта статуя.
Я резко остановился, и на меня налетела следовавшая позади Тия. Наши конвоиры тут же схватились за оружие.
— Джерихо, ты собираешься уничтожить статую!? — надеюсь, неподдельный ужас в моём голосе его убедит. Меня попытались заставить идти дальше, но епископ их остановил жестом. В меня вперились колючие, светло-синие глаза, которые, казалось, читали мои мысли как раскрытую книгу (у меня даже закралась безумная идейка, что он и вправду мощнейший телепат). — Не смей!
— Что же меня остановит?
— Ты не понимаешь? В ней хранится тёмная энергия сотен жертвоприношений! Если её разрушить без предварительной подготовки, вся эта сила вырвется наружу и обрушится на королевство! Мёртвые поднимутся из своих могил в радиусе многих миль отсюда! И это лишь самое незначительное, из того, что случиться!!
Он подошёл ко мне в упор. Нас разделала всего парочка дюймов.
— Врёшь, маг. В церковных архивах не имеется ни единого упоминания о подобном, а значит, этого не было.
— Конечно, нет! Все сведения о похожих случаях, но в более маленьких масштабах, содержаться в архивах магов, ведь до этого мы всегда занимались случаями, с использованием тёмной магии, — в отчаянии закричал я, но уже видел, что это бесполезно — мне не верили.
— Хорошая попытка. Но ты меня не убедил. Не знаю, зачем тебе хочется сохранить это место. Точнее, боюсь даже подумать, какие коварные планы относительно этой энергии ты вынашивал вместе со своим фамилиаром, но им не суждено сбыться. Я за этим лично прослежу! Уведите их! — он отвернулся и пошёл по своим делам, потеряв ко мне всякий интерес.
— Мы гмырш гыгу? — вопросительно промычала суккуба, когда нас вывели из зала. Вроде как я понял, о чём она.
— Знаешь, как бы мне хотелось, чтобы это была ложь!? — последовал мой искренний ответ. — Нам надо СРОЧНО выбираться отсюда. Никогда в жизни не видел столько тёмной силы, сосредоточенной в одном месте. Это будет настоящая буря!
— Мга уу, — обречённо простонала демоница, кивая в сторону нашего конвоя. Было видно, что просто так нам уйти не дадут. Конечно же, ведь сам архиепископ наказал им следить за нами и не спускать глаз. Придётся ждать возможности во время движения по лесу или ночёвки. А к тому моменту этот человек обрушит на наши головы невиданный доселе по мощности ураган из тьмы!
* * *
После душного и спёртого воздуха подземелий чувство ветра на лице казалось благословлением богов. Мы с Тией зажмурились от восторга. Немного не хватало солнца — всё небо было заложено тяжёлыми тучами, которые грозили разразиться дождём в любую секунду. Однако, вдоволь насладиться возвращением на поверхность нам не дали — посадили на какую-то повозку, предварительно поменяв верёвку, оплетавшую мои запястья, на тяжёлые кандалы. Видимо, по плану псов церкви, снять их, мне было уже не суждено. На ещё одну такую же закатили бочку с Атрамой. А я, внутренне сжимаясь, ожидал того, что должно было случиться с минуты на минуту — взрыва.
Заскрипели колёса, и мы медленно двинулись вперёд, петляя между деревьев и подскакивая на корнях. Чёрт, наверно никогда ещё люди не желали, чтобы повозки, везущие их на плаху, ехали быстрее. Потому что топор палача, это быстро и практически безболезненно, да даже сгореть на костре — и то лучше, чем оказаться в эпицентре тёмной бури. Ибо, что произойдёт с тобой там, ведают только тёмные братья, а им палец в рот не клади — руку по локоть отхватят.