— Чтобы понять плоды этой работы, — сказал серьезный и могучий голос, — ты должна ждать двадцать восемь дней.
Жрица подняла глаза и увидела фараона.
— Абидос — это город божественного скарабея, — продолжал Сесострис. — Через одну луну старый Осирис, содержавшийся в шаре, встретится с испытанием смертью. Если гармония была соблюдена, то из земли выйдет свет и он воскреснет. Взойдет новое солнце, и жизнь распространится во всех пространствах. Сколько существ могли бы предсказать такое чудо, наблюдая за этим насекомым, которое непосвященные давят ногами с такой легкостью? Чтобы понять это послание, тебе понадобятся еще долгие часы работы и поиска. Решилась ли ты войти в новую дверь?
— Это мое самое горячее желание, Великий Царь!
— Осознаешь ли ты опасность?
— Я уже обнаружила столько богатств, что их хватило бы на целую жизнь! Но отказаться от риска было бы непростительной подлостью.
— Тогда иди за мной.
Сесострис пошел по вымощенному плитами пандусу длиной в сто метров, который вел из его храма в Вечное Жилище. Это строение, тоже только что завершенное, стояло на краю пустыни, неподалеку от некрополя фараонов первой династии, было окружено оградой и имело странноприимный храм.
— Сейчас мы окажемся в звездной матрице, — предупредил фараон. — Осирис, создатель ритуалов и правил храмов, постоянно в ней возрождается. И, тем не менее, ее постигло великое несчастье. Мир испытал ущербность в преступлении и смерти, ночь стала непроглядной, день исчез, и наш мир колеблется. Хочешь пережить это испытание, чего бы тебе это ни стоило?
Юная жрица утвердительно кивнула головой.
— Я тебя предупредил: путь опасен, тьма непроглядна, слабое сердце не выдержит. Ты все еще настаиваешь?
— Да, Великий Царь.
Во дворе два колодца. Один вертикальный, а другой с относительно пологим склоном, что позволяло спускаться в коридор, который вел в зал со стенами, облицованными известняком, и с потолком, с удивительной точностью имитирующим деревянные бревна. По всей видимости, гробница оканчивалась именно здесь.
Но монарх отправился в ту часть, где царили кварцит, песчаник и гранит. При свете особого светильника, спрятанного среди камней, юная жрица пережила все этапы сотворения этого алхимического произведения.
В потолке не хватало нескольких блоков. Через это отверстие, которое потом должно быть заложено, фараон и жрица проникли в очень узкую комнату высотой в шесть метров.
— Мы меняем уровень и вместе с ним — мир, — объяснил царь. — То, что казалось замкнутым и оконченным, таковым не является. Переходя с помощью безграничного разума на более высокий уровень, мы открываем дверь, ведущую к скрытому свету.
Чтобы пробраться к горизонтальному проходу, они воспользовались веревкой. Проход вел в комнату, напоминавшую ту, которую они только что покинули. С помощью другой веревки они спустились по ограде и снова оказались на земле.
Взгляд юной жрицы изменился. Среди камней она видела свет.
— Вот мы и вернулись на тот же уровень, — сказал царь. — Но он изменился. Открыв дверь в звездную матрицу, ты видишь другую сторону жизни. Здесь оканчиваются человеческие ощущения. Поэтому многотонный гранитный блок, который ты видишь сейчас, будет скрыт известняком и прикрыт другим блоком. Если бы я хотел тебя уберечь, то мы не пошли бы дальше. Но разве я не предупредил, что тебя ожидают жестокие испытания? Пока ты не перешла этой границы, ты еще можешь изменить свою судьбу.
— Я хочу познать невидимое.
— Но цена этого знания очень высока, а усилие, которое нужно приложить, почти сверхчеловеческое!
— Но ведь таково правило! Пусть Великий Царь ведет меня.
Они прошли по коридору длиной около двадцати метров. Когда гробница закрывается, гранитные блоки закрывают все это место.
И тут обнаружилась комната воскрешения, стены которой были покрыты кварцитом.
В центре этой маленькой комнатки при слабом свете юная жрица увидела на самом почетном месте гранитный саркофаг и сундук с канопами[16].
— Саркофаг — это ладья Осириса, — сказал Сесострис. — Его крышка закроет глаза и простых смертных, и гениев-разрушителей. И ладья тихо поплывет в райские места. И как четырем сыновьям Осириса было поручено продолжать дело их отца, так и в стенах этой комнаты будут сокрыты четыре вазы канопы. Спустившись из Ра, Осирис создал свет, выйдя из своей матери Нейт. Из его тела родилось все сущее. И он почивает во всех провинциях и во всех святилищах. Люби его радостно, потому что он покровительствует Справедливым и воскресшим. Раз ты хочешь познать его, войди в его ладью.
Жрица заколебалась.
То, что предлагал ей царь, было невероятно. Как это?! Живой войти в саркофаг и предпринять такое путешествие?!
Но она не могла отступить.
И вот, опираясь на руку монарха, она переступает край саркофага и ложится внутри него, глядя на каменное небо.
— Плыви, смотри и познавай, — приказал торжественный голос Сесостриса, и жрице казалось, что эхо этого голоса никогда не умолкнет. — Сейчас ты проникнешь в самую великую тайну Египта: тот, кто посвящен в таинства Осириса, сможет вернуться из страны смерти.
20
Поплыв из устья Пекера по каналу, вырытому в направлении гробницы Осириса и уставленному по берегам тремястами шестьюдесятью пятью жертвенниками, члены Золотого Круга Абидоса собрались вдали от посторонних глаз и ушей — под защитой Собека-Защитника, чьи стражники охраняли все подступы.
Золотой Круг возглавляла царственная чета. Присутствовали Безволосый, Хранитель Царской Печати Сехотеп, Великий Казначей Сенанкх и генерал Несмонту.
— К сожалению, двое отсутствуют, — сказал монарх. — Генерал Сепи продолжает свое обследование золотых копей, но пока все еще безрезультатно. Что же до нашего другого духовного брата, то ему я поручил деликатную миссию, однако никто и не подозревает об ее истинном значении.
— Великий Царь, — начал Сенанкх, — я предлагаю принять в наше собрание Хнум-Хотепа. Он замечательно работает и каждый день упрочивает восстановленное вами единство государства. Визирь живет по законам Маат и применяет эти законы во всех своих делах, которые посвящает вам со всей преданностью. Посвятив его в таинства Золотого Круга, мы еще больше расширим его видение.
— Кто-нибудь из вас против этого? — спросил фараон.
Ответом ему было молчание.
— Раз мы все единодушны, то Хнум-Хотеп вскоре будет среди нас. Сейчас же нужно подвести итоги.
— Посадка четырех акаций по четырем сторонам света дает Древу Жизни положительную энергию, — сказала царица. — Тем самым Древо оказалось в центре определенного пространства могущественных сил, которое не могут преодолеть ни вредные испарения, ни болезни. Но это всего лишь система защиты.
— Дверь неба закрывается, — многозначительно напомнил Безволосый. — Ладья Осириса больше не плывет, как обычно, по невидимому миру и постепенно разрушается.
— Строительство пирамиды в Дашуре поможет нам выстоять, — сказал Сенанкх. — Стройка идет, условия для работы у мастеров отличные. Джехути неустанно работает, и ни одно мгновение не тратится впустую.
— Но главный вопрос все еще остается без ответа, — напомнил царь. — Кто замыслил недоброе и покушается на Древо Жизни?
— В Сирийской Палестине ситуация улучшается, — сказал генерал Несмонту. — Наши разведывательные службы допрашивают подозрительных, включая деревенских колдунов. Пока ничего, кроме разных пустяков. И все же у меня предчувствие, что атака началась оттуда.
— Если предположить, что виновный — знатное лицо из мемфисского двора, — начал Сехотеп, — то мои розыски в этой области тоже ничего не дали. В надежде, что чье-нибудь неосторожное слово наведет меня на след, я хожу на все приемы и пиры, но пока... ничего.
— Поиски среди лиц управления тоже не слишком эффективны, — признался Сенанкх.
— Со своей стороны я не могу ни в чем упрекнуть жрецов и жриц Абидоса, — прибавил Безволосый. — Они относятся к своей работе самым серьезным образом.
16
Канопы — в Древнем Египте сосуды, в которые клали внутренности покойного, вынутые при бальзамировании. — Примеч. ред.