Карлот резко ударила по коленям кулачками:
— А те, кто будет смотреть на нас?
— Если ты имеешь в виду триад, то я не возражаю. Может, мне это даже понравится.
— А дома?
— Дома?
— Ну, вы их называете хижинами. Смотри…
Сразу за Рынком, в той стороне, куда указал подбородок Карлот, к закручивающемуся в спираль куску дерева с водяным баком и соплом были привязаны какие-то шесть кубов.
— Это владения Капитана-Хранителя Уэйна Микла, — сказала Карлот. — Он один из самых богатых офицеров.
— Но они далеко.
— А вот этот?
Неподалеку от них, на фоне тьмы, плыл куб, весь украшенный ка-кими-то платформами, выступами для привязей, водяными стручками и прочими штуковинами.
— По-моему, это владения Хиллардов. А те джунгли принадлежат Кирианам.
Небо буквально кишело шариками джунглей. На том, в сторону которого кивнула Карлот, была изображена большая буква «К». Внутри нее переплетались остальные буквы имени, слишком маленькие, чтобы их можно было разглядеть с бревна.
— В таких джунглях обычно обитают бедные семейства, у которых нет средств на постройку дома. Обычно они выстригают свой знак в листве.
Разер расхохотался:
— Хорошо, убедила. — На другом шарике была выстрижена изящная восьмерка. — Значит, если ты достаточно богат, ты строишь себе дом из дерева?
— Да.
— У твоей семьи есть дом?
— Мы сами добывали древесину для него! Я покажу тебе его, если он будет проплывать мимо. Мы улетели еще до того, как он был закончен.
— Мы бедны, да? У Дерева Граждан ничего нет.
— Вы бедно живете. Правда, у вас есть ГРУМ, но вы не умеете им пользоваться… Да, вам же еще принадлежит часть Нароста. Как только отец продаст его, он отдаст вам вашу долю. Разер!
— Да?
— Я, наверное, все-таки выйду замуж за Раффа.
Разер повернулся и внимательно посмотрел на нее. Внутри у него словно что-то оборвалось. Раньше он никогда такого не испытывал.
— Может, мне лучше куда-нибудь уйти? — выдавил он.
Девушка упорно прятала от него свои глаза.
— Я уже три года не видела Раффа. Разер, я думаю, будет лучше, если он ничего не узнает про то, что мы…
— Я не буду кричать об этом на каждом углу.
— Хорошо. Но я никогда не стала бы толкать тебя во Флот, просто чтобы избавиться от тебя! Но и ты не отказывайся от этого предложения только ради того, чтобы остаться со мной.
— У меня и в мыслях не было вступать во Флот.
Разер отвернулся и принялся разглядывать небо. Все-таки он был на дежурстве.
Теперь, когда он знал, что следует искать, наблюдать стало очень интересно. Шарики джунглей были повсюду, большей частью они дрейфовали неподалеку от Тьмы, на некоторых из них виднелись буквы. То и дело попадались деревянные кубы или сразу целые скопления кубов, искусно расписанные яркими красками. Через Тьму проходили быстро разносимые ветром полоски пара.
— За три года люди меняются, — произнес юноша.
— Да, конечно, — ответила Карлот. — Может быть, мы придемся не по вкусу друг другу. Посмотрим. Но Белми — первый среди концернов лесорубов и самый могущественный из них.
Шлем находился в термитнике вот уже более двадцати часов. Кенди прогнал запись через свой мозг, классифицируя информацию, делая выводы, отмечая кое-что для себя. Когда он все изучил, то снова вернулся к началу.
Постепенно у него начинал складываться образ Адмиралтейства.
Здесь встречалось больше неизвестных растений, нежели новых видов животных. Животные в Сгустке, равно как и в Дымовом Кольце, обладали все той же усовершенствованной трехсторонней симметрией. В глаза бросалось отсутствие уравновешенных приливом растений — нисколько не удивительный факт.
Но почему здесь работал только один Рынок? Создать еще один не представляло никакой сложности. Дома были разбросаны по всей внешней части Сгустка. Многие из них все время плавали в полном одиночестве. Такая изоляция бессмысленна. Она плохо действовала на людей: они чувствовали себя брошенными на произвол судьбы.
Положение дерева в пространстве то и дело менялось. Камеру, установленную в шлеме, кидало из стороны в сторону. До Кенди доходили лишь обрывочные картины Рынка.
Я должен узнать об этом побольше. Но как заставить их пронести шлем на Рынок?
Бус находился рядом с ракетой, в коробке мирно тлели уголья, неподалеку на часах стояли Дебби и Клэйв. В небе протекала жизнь. Оставалось только надеяться, что Карлот и Разер серьезно отнесутся к своим обязанностям дежурных… Кроме того, у них будет возможность спокойно выяснить отношения.
Немного в стороне дрейфовало судно Флота. Следило, чтобы бревно причалило на безопасном расстоянии от Рынка. От бревна Белми оторвалась ракета и направилась в сторону «Бревноносца».
Теперь всем станет известно о Бусе и его поврежденном дереве.
Он возвращался как нищий.
Конечно, у них есть Нарост и серебряный костюм, спрятанный неподалеку от него. Но лучше бы ничего этого не было. Адмиралтейство вполне могло обвинить его в «сокрытии предметов жизненной важности» — в одном из самых тяжких проступков. Стоило ли так рисковать своей репутацией?
Но выбора у него не оставалось.
Он почти дома. Бревно Белми впереди него огибало Рынок. На стволе, со стороны отсутствующей кроны, виднелись следы мачете. Белми уже успел продать часть своей древесины.
«Дровосек» приближался к ним. Это точно он, ошибки быть не могло: искусно построенная ракета, водяной бак окружают четыре кубообразные кабины, причем каждая окрашена в свой цвет, с маленьким черным клеймом «Б» на одной из стен. Повсюду сделаны выступы для рук, над соплом установлена подвижная платформа с резными поручнями. Сопло крепилось несколько дальше, чем обычно, чтобы легче было менять стручки с водой. К ним направлялся сам Хилар Белми.
— Что ж, пора, — пробормотал Бус. Клэйв и Дебби кивнули, соглашаясь с ним. Лесоруб поворошил уголья в железной коробке. Потребуется еще некоторое время, чтобы огонь разгорелся. — Естественно, Белми поставит свое бревно сразу за Рынком. А мы встанем рядом с ним.
«Дровосек» выпустил клуб пара, сбавляя скорость. На платформе у сопла стояли двое высоких мужчин, даже выше, чем Бус. Как и у Риллин, у них были очень длинные шеи — видимо, они произошли от одной прабабушки. У одного волосы черные, у другого — седые, в остальном они походили друг на друга как две капли воды.
Черноволосый мужчина радостно помахал им. Бус так и не научился различать сыновей Белми, но это, должно быть, Рафф.
Седоволосый мужчина и был Хиларом Белми. Он хорошо выглядел: здоровый, крепкий, цветущий.
— Привет, Бус! Зайди потом к нам! Я хочу поговорить о деле, — предложил Хилар.
— Идет! — согласился Бус.
«Бревноносец» уже разогрелся. Железная коробка приобрела темно-багровый оттенок, сквозь щели в ней виднелись белесые угли.
Бус нырнул в кабину. Он дунул в отверстие в баке («чуф-ф-ф, чуф-ф-ф, чуф-ф-ф, чуффчуфф…»).
— Клэйв, нет, не сейчас… Давай!
Они навалились на топливный бак «Бревноносца», разворачивая ракету так, чтобы она встала носом прямо к Рынку. Струя густого пара белой строкой протянулась через небо. Тогда ракету повернули в противоположную сторону. Плавное движение бревна начало замедляться, замедляться, совсем прекратилось.
Бус кинулся в кабину, выбил из дырки бака затычку и отпрыгнул в сторону. Капли нагревшейся воды полетели вслед за ним.
— Я вылил воду. Дебби, полей из шланга коробку с углями. Мы прибыли на место.
Из-за изгиба коры показались Карлот и Разер.
— Хорошо поработали, ребята! — крикнул им Бус. — Я пойду на «Дровосек», узнаю, что надо Хилару. Карлот, почему бы тебе не показать команде Рынок?
Клэйв и Дебби двинулись вслед за Карлот. Разер немного поотстал. Это будет выглядеть несколько неуместно, если он полетит рядом с ней.
Они поплыли мимо «Дровосека». Вот он какой, Рафф Белми: темноволос, высок — три метра высотой, или около того — длинные руки, длинные симметричные ноги, жесткие черные волосы, коротко подстриженная борода, шея длинная и изящная, с отчетливо проступавшими узлами мускулов. Рафф помахал команде, когда она пролетала мимо, а потом нырнул в кабину. Должно быть, внутри состоялся поспешный разговор с отцом. Когда Рафф Белми снова показался на ракете, он не пытался следовать за экипажем «Бревноносца».