Вскоре между деревьев мелькнул огонек. Энгуи действительно еще не спали, у
них были гости и они сидели с ними в большой беседке, увитой лианами. Энгуи
радостно приветствовали полуночных гостей. Вскоре веселье разгорелось с новой
силой. В перерыве между танцами и шутками, Корин спросил Очига: - Ну, что ты разговаривал с ним? Он согласен идти со мной на юг?
- Он хотел сначала узнать, когда вы собираетесь отправляться. У него
могут быть на это время и другие планы.
- Хорошо, я подумаю, когда мне идти. Но может быть, ты поможешь мне
выбрать время?
- У нас на юге нет зимы, все месяцы почти одинаковы, - пожал плечами
Очиг. - Можете идти в любой момент, если не заняты другими делами.
- Сеньор Корин, вы опять, отошли в сторонку… Ну что за дела! - сердито
топнула ножкой красавица Марвина и потянула магистранта танцевать. Корин так
и не успел ничего толком выяснить насчет проводника, но он решил, что время
для этого у него еще будет и снова отдался веселью, лихо отплясывая со своей
неутомимой партнершей.
После танцев они начали собираться обратно в город. Уже начинало светлеть.
Корин проводил своих гостей до дверей их уютного домика, затем отправился в
гостиницу, весьма довольный проведенным вечером. Проходя мимо комнаты гнома, он машинально толкнул ее рукой. Дверь оказалась закрыта, впрочем, так и
должно быть, но Корин невольно насторожился. Он приложил ухо к двери, но ни
храпа, ни дыхания гнома, он не услышал. Его слух и обоняние были достаточно
чуткими, чтобы услышать и почуять гнома. Но он был твердо уверен, гнома в
своей комнате нет.
Отсутствие Кебе сильно встревожило Корина. Он наложил на гнома надежные, не снимаемые заклятья преданности. Только смерть или какая-то чрезвычайная
причина, могли бы вынудить гнома нарушить его приказ. Но гном, тем не менее, не вернулся. “Какого черта, я отпустил его одного?! Надо было поехать с ним.
Заодно взглянул бы на этот таинственный ключ, - прикусил губу донельзя
озадаченный и встревоженный Корин. - Сначала Энюй, теперь он, что вокруг меня
происходит?!”
Расстроенный магистрант подошел к двери и привычно проверил, не было ли
попыток незаконного проникновения к нему в номер, но никаких следов
посторонней магии, он не обнаружил. Он зашел в комнату. Увиденное зрелище
заставило его остолбенеть, а затем ужаснуться: листов его диссертации, которые, как он прекрасно помнил, оставались на столе, не было и в помине.
Корин не успел положить их в сундук из-за прихода Эрлаха.
Он кинулся к сундуку, который тоже оставил впопыхах открытым. Там все
оказалось на месте. Мощная магическая защита, которую он никогда не снимал, смогла отразить атаку неизвестного похитителя. Никто, кроме Корина, не мог
приблизиться к его сундуку, когда он оставлял его в гостинице.
Следы магии незнакомца были повсюду, но странное дело, это оказалась не
пурпурная магия, она была черна, как сажа. В первый момент ему померещилось, словно в его комнате присутствовал сам Зордос, но это впечатление тут же
исчезло. Корин кинулся к окну, полагая, что неизвестный маг проник в комнату
через него. Но поставленная на окно магическая защита осталась незыблема, впрочем, ее никто и не пытался преодолеть, никаких следов черной магии на
окне не было.
“Как же он проник ко мне? - растерянно оглядывал комнату недоумевающий
магистрант. - Неужели где-то есть потайной вход?” Однако его комната была не
столь велика, чтобы где-нибудь можно было незаметно спрятать дверь, тем более
что на стенах следов черной магии было немного, хотя она буквально висела в
воздухе.
Убедившись, что о потайной дверце не может быть и речи, Корин принялся
ломать голову над происшествием. Маг проник в его комнату, прекрасно зная, что его в ней не будет, это заставляло его подозревать в причастности к
похищению семейство Ожечай и еще больше Эларгус. Но Корину, после
проведенного вместе с ними чудесного вечера не только не хотелось верить в
это, даже думать об их причастности к происшествию было неприятно. Он
чувствовал, что немного увлекся красавицей Марвиной.
“Однако же, как маг мог узнать, что меня нет в номере?” - ломал голову
магистрант. Он вспомнил Эшара, который следил за ним, по распоряжению
Дагоруса. Корин сегодня уже разговаривал об этом проводнике с Очигом. Из
того, что тот сообщил об Эшаре, ему стало ясно, что хотя Тонгуй ловкий и
умелый охотник, знающий проводник, но иметь дело с ним не стоит, слишком уж
он корыстолюбив. И как полагал Очиг нечист на руку. “Неужели Дагорус
причастен к этому? - вскипел Корин. - Но зачем ему это надо? И главное как
похититель проник ко мне?!”
От обилия предположений и подозреваемых у Корина голова пошла кругом. Но
никакой путной версии, способной объяснить все загадки, он не мог выстроить.
Но одна загадка мучила его больше всего: “Как незнакомец проник в мою
комнату, если до двери и окна он не дотрагивался?”
Наконец магистрант полностью сосредоточился на этой мысли. Внезапная
догадка озарила его: “А что если он тоже владеет магией превращений? Ведь он
мог превратиться в какое-нибудь существо, которое могло беспрепятственно
проникнуть к нему, через маленькую щель. Он мог превратиться в мышь”.
Догадка показалась Корину весьма похожей на правду, наиболее легкий способ
проникновения в комнату, который он мог себе представить, это было
проникновение в образе мыши. Магистрант холодно прищурился, почему-то
вспомнив рыжую кошку, в когти которой он сегодня чуть не попался, когда он
был голубем. “Я превращусь в мышь, поищу ход, которым он проник в комнату и
поставлю там свою ловушку, посмотрим, на него, когда он поймается”.
Корин применил заклинание, создающее магическое пространство для
превращения в другое существо. Однако вид пространства заставил его ахнуть от
изумления. В иллюзорном мире его комната была теперь не такой как раньше, теперь он увидел то, чего не мог увидеть с помощью обычных усилительных
заклинаний. Одна стена в иллюзорной комнате отсутствовала, там чернела
непроглядная тьма, от нее-то и исходили эти жуткие черные потоки. У нее был
столь мрачный вид, что у Корина перехватило дыхание.
Потрясенный магистрант смотрел в черную бездну, ничего не понимая. Он не
имел никакого представления о подобных пространствах. Невольно ему вспомнился
странный сон, приснившийся ему в Палинсане, и Зордос, швыряющий его в эту
самую тьму. “Неужели это был Зордос?.. Нет… не может быть!” - покачал головой
Корин. Он считал Повелителя Латара своим покровителем, что-то внутри
подсказывало Корину, что Зордос на его стороне. “Жаль, что сейчас я не могу
встретиться с ним”, - вздохнул он.
Корин растерянно разглядывал черную бездну на месте стены. Как и все
тролли, он прекрасно видел в темноте, поэтому непроглядное темное
пространство, где он ничего не мог увидеть, ужасало его. Во тьме, стоявшей
вместо стены, ничего не было видно.
Переборов свой ужас, он осторожно приблизился к ней и сунул в нее руку.
Рука спокойно исчезла в черноте, как в бочке с черной краской. Он вытащил
руку обратно, с ней ничего не случилось, магистрант облегченно вздохнул и
сунул туда свою ногу. Нога, как и рука, бесследно исчезла во тьме. Внезапно
ему показалось, что он ощутил под ногой какую-то опору.
Магистрант долго пробовал скрытую от него во тьме какую-то ровную
площадку, проверяя ее на прочность. Площадка спокойно выдерживала весь его
вес. Наконец решившись, Корин невольно зажмурился и быстро шагнул вперед.
Ощущение света заставило его широко открыть глаза. Он находился в чьем-то
кабинете, роскошно отделанном дорогими породами дерева и обставленном