— Пока ты не начал свой разговор, нам надо решить пару проблем, — наливая коньяк в стаканы, произнес Вовка. — Если с оружием у нас более-менее нормально, то с продовольствием и топливом, дела обстоят не очень — нет емкостей для топлива и деньги закончились, продукты не на что покупать.
— Есть несколько идей, — в разговор вступил Виктор Патрохов: — От порта ЖРК идет железнодорожная ветка по которой гоняют составы с цистернами. В порту, как раз стоит состав с дизельным топливом и мазутом. Если разобрать рельсы, то состав останется в порту. Ну, а по поводу еду — с этим тоже все довольно просто. Зачем её покупать если можно взять бесплатно. Когда начнутся беспорядки, достаточно будет взять то, что само упадет нам в руки.
— Все согласны с предложенным вариантом? — громко спросил Владимир.
Парни, окружавшие стол согласно закивали. Я тоже кивнул головой в знак согласия. Предложенные варианты были вполне приемлемые — если плод сам падает тебе в руку, то почему бы его и не подхватить?
— Ну, раз, все согласны, то мы тебя слушаем, Коршун, — обратился ко мне Владимир.
— Коршун — это я? — удивленно спросил я. Надо же уже придумали прозвище, хотя это и неудивительно. Коршун — всего лишь производная от моей фамилии. — Сегодня днем, мы с Геной и еще одним бойцом, хорошенько потрепали исламистов. Восемь солдат противника ушли в минус. Думаю, что в самое ближайшее время, собратья убитых придут к нам в гости, чтобы рассчитаться. Надо устроить им засаду! Есть хороший шанс, отминусовать большой кусок от армии противника.
— А откуда такая уверенность, в том, что злодеи придут в город, раньше времени? — недоуменно спросил Владимир.
— Поверь мне придут! — уверенно ответил Гена. — Алексей Иванович, сделал все возможное для того, чтобы у исламистов сорвало башню!
— План таков: ставим наблюдательные посты на трассе Керчь — Феодосия, и как только заметим колонну злодеев приближающихся к городу, устроим засаду. С вероятностью в девяносто процентов, я уверен, что бородачи подойдут к интернату с запада. Свернут с трассы на повороте, возле села Приозерное и, проехав мимо развалин ЖРК окажутся возле ворот интерната. Мы разместим наш отряд в руинах железорудного комбината — место там безопасное и на возвышенности, а дорога, по которой будут двигаться исламисты, окажется под перекрестным огнем.
— А если, они решат поехать через город? Тогда, что? — спросил Витя.
— Очень в этом сомневаюсь. Дорога через Приозерное — короче и безопасней, — ответил я. — Не поедут они через город — слишком велик шанс нарваться на милицию. Можно оставить один наблюдательный пункт на въезде в город — так, на всякий случай.
— Когда надо выставить наблюдательные посты? — деловито спросил атаман казаков.
— Немедленно! — коротко ответил я: — Злодеи могут пожаловать в гости уже к сегодняшнему утру.
— К УТРУ?! — удивлению всех присутствующих, кроме меня и Гены, не было предела.
— Именно! К утру, — я оглядел всех, тяжелым взглядом. — Только это не должно выйти за пределы штаба! Наблюдателей и отряд для засады, отправляем тайно.
— Думаешь, среди нас есть предатели? — спросил Вова.
— Уверен!
— А как мы объясним то, что весь наш отряд, вдруг исчезнет в необъяснимом направлении? — спросил Виктор. — По одному факту нашего отсутствия, умные люди могут сделать неоднозначные выводы.
— Весь отряд не пойдет. Пойдут только лучшие — человек тридцать, не больше!
— А это не мало? — в голосе Кожанова звучало сомнение. — Если бородачей будет хотя бы сотня, то нам надо, минимум численное равенство. Сомневаюсь, что они заявятся в город, меньшим числом.
— Дорогу заминируем. Если все пройдет удачно, то останется только добить раненых.
— У нас нет достаточного количества взрывчатки, — сказал Гена. — Не получится заминировать дорогу так, чтобы одним взрывом накрыло сразу несколько машин.
— Вместо взрывчатки будем использовать газовые баллоны заполненные пропаном. Расставим баллоны цепочкой вдоль дороги, и накроем одним взрывом все машины одним скопом.
— А, что — это идея, — довольно улыбаясь, сказал Гена. — Машину с газовыми баллонами я видел во дворе интерната.
— Пригнали машину, для нужд кухни, — пояснительно объяснил Владимир: — Ведь когда начнутся боевые действия электричество и газ перестанут подавать. Надо же на чем-то еду готовить.
— Сколько всего газовых баллонов, у нас есть?
— Сорок баллонов объемом в пятьдесят литров и двадцать пятилитровых баллонов, — посмотрев в записи, ответил Владимир.
— Поставим двадцать баллонов, через каждые четыре метра — в итоге получим сто метров дороги, перекрытых взрывами, — немного помолчав, сказал Гена. — К каждому баллону примотаем по гранате и сведем их в одну связку. Подрывника посадим в глубокий окоп, чтобы его не посекло осколками. Сам сяду в окоп.
— Я возьму тридцать человек, и мы займем автомобильные боксы напротив руин железорудного комбината, — сказал Вова Серов: — Виктор возьмет два десятка бойцов, вооружим их винтовками Токарева и разместим напротив боксов, среди руин.
— Надо поставить еще две группы: одну замыкающую и одну во главе движения колонны, — Виктор, опрокинул в себя рюмку с коньяком, и налил по новой. — Выступать надо немедленно — как раз к утру закончим.
— А тридцать человек, для основной группы — это не мало. С учетом того, что ППШа часто клинят, у нас не поучиться плотного огня. — Степан Кожанов, внимательно посмотрел на меня.
— Мы сделаем «спарки» из пистолетов-пулеметов Шпагина. Два автомата закрепляем на одной платформе, соединяем спусковые крючки, одной скобой… и все. Если заглох один автомат, то стреляет второй, даже если два автомата одновременно заглохнут, то все равно успеем выпустить в два раза больше пуль, чем из одного, — сказал я.
— А целиться как? — спросил Гена.
— Как? Как? По стволу и целься! — ответил я. — Основной группе, главное прижать выжавших к земле, ну или загнать их на обратную сторону дороги. А с той стороны их вторая группа из СВТешек расчехлит. Хотя, если газовые баллоны нормально сработают, то останется только раненых добить.
— А как мы объясним такую гору трупов? — спросил Вова.
— Никак! — я одним глотком выпил коньяк: — Пусть власти объясняют, почему по городу разъезжают вооруженные люди. Сейчас главное — чтобы было, что объяснять. А, то может бородачи нас переиграют, и тогда некому будет объяснительные писать.
— Сплюнь! — суеверно произнес Геннадий. — Вы бы, господа хорошие на коньячок не налегали бы! А, то мне одному придется отряд вести.
— По последней и расходимся, — Владимир разлил остатки коньяка, по рюмкам. — В замыкающие группы, поставим по три человека. Вооружим их «Агнелями» и ДШКа.
— Я возглавлю замыкающую группу, а группу, которая окажется во главе колонны, пусть возглавит Пашка, который сегодня с нами был.
— А, что можно. Он парень способный, — поддержал меня Вовка Серов.
Поговорив еще минут двадцать и допив остатки коньяка, мы разошлись. Я зашел в свою комнату, принял душ и переоделся в «ночной» камуфляж. Потом я спустился в столовую и быстренько перекусил тем, что нашел в холодильниках — коньяк, выпитый на пустой желудок, мог сыграть со мной злую шутку.
Ну, а после столовой, я направился во двор интерната, где полным ходом шла подготовка к предстоящей операции. Гена, вместе с машиной, загруженной газовыми баллонами, уже уехал. Вовка Серов, Витя Патрохов и атаман, сортировали людей, создавая из них четыре группы. Поскольку я должен был возглавить одну из замыкающих групп, то я тоже подошел к ним и назвал фамилии парней, которые пойдут со мной. Потом я еще в течение десяти минут спорил с Владимиром — он не хотел отдавать мне именно этих парней, что в принципе, не удивительно — я выбрал лучших. В конце концов, Вовка смирился, все-таки, замыкающая группа может оказаться один на один с колонной, которая решила идти на прорыв, развернувшись на сто восемьдесят градусов. И, чтобы не упускать такой хороший шанс, я сразу же направился в сарай, переделанный под арсенал, чтобы вооружить свою группу.