– Что случилось, сеньор? – поинтересовался лейтенант, не разобравшийся в их тревожном диалоге.
– Пока ничего, – буркнул в ответ Веклемишев, что в данный момент было чистой правдой.
Вадим все же надеялся, что Рей не опознал его. Рядом с ним сидел лейтенант – в форменной фуражке и с погонами. Именно на этих атрибутах, по всем психологическим канонам, должен был зафиксироваться взгляд альбиноса. Кстати, на нем самом тоже была белая рубашка, как и на полицейском, только без погон. Но это было слабым утешением. Вадим обругал себя, что расслабился и пренебрег правилами маскировки. Ну что стоило напялить на себя полицейскую фуражку? А с другой стороны, кто мог предполагать, что еще в городе они нарвутся на Рея.
За пару минут полицейский микроавтобус, скрипя, вырвался из пределов Пренсо-Балу, а еще через минуту они уже выезжали на шоссе. Все это время Вадим контролировал в зеркало заднего вида дорогу, не появится ли в поле видимости «Лендровер» террористов. Джипа не было видно, и это радовало. Правда, не слишком долго. Минут около десяти.
Вадим выжимал из движка «Форда» все возможные лошадиные силы, однако более восьмидесяти километров в час фургон не бежал. Веклемишев даже пожалел, что по совету отставного сержанта-мажордома бросил «Додж» ван дер Холста. Как в русской пословице, обжегшись на молоке, стал дуть на воду. Перезаконспирировался. А где бы сейчас они были? А вот этого как раз сказать никто не мог. Бога гневить не стоило. Пока они живы и не схвачены террористами – и то славно.
Перекресток, на котором «Форд» вышел на трассу, скрылся из вида. Шоссе было пустынно. Навстречу попалась лишь одна тяжело груженная, едва ползущая по асфальту фура. Но очень скоро в зеркале заднего вида Веклемишев обнаружил точку, которая быстро росла и в конце концов превратилась в уже знакомый «Лендровер». Джип пристроился за микроавтобусом, держа дистанцию метров в сто, и так они двигались некоторое время.
Ну что же, страусиные надежды не оправдались. Теперь можно не сомневаться, что Рей «срисовал» его, а возможно, и Софию на перекрестке в Пренсо-Балу. И корить себя в том, что не прикрыл физиономию, особого резона нет. Звонок лейтенанта брату давал хороший повод террористам обратить пристальное внимание на полицейскую машину. Ладно, что случилось, то случилось! Альбинос, увидев их, видимо, не стал дергаться, а отъехал за квартал, созвонился с Доном или, может, еще с кем-то из подельников, уточнил план совместных действий и спокойно отправился вдогонку за беглецами.
Теперь надо думать, как им действовать дальше. Вариантов высвечивалось немного, а точнее – всего один. Нужно было потянуть время и не дать себя схватить. А дальше? А что будет дальше – одному богу известно. По крайней мере без боя Вадим сдаваться не собирался.
Силы были примерно равные. В джипе Вадим рассмотрел Рея и еще одного человека, сидевшего рядом на переднем сиденье. Вряд ли «Лендровер» набит боевиками. Можно предположить, что в машине находятся еще три человека, и то это под большим вопросом. И вряд ли террористы вооружены чем-то более серьезным, чем пистолеты. Так и их нынче трое в фургоне. Это если считать за боевую единицу полицейского начальника. С виду лейтенант вроде не размазня, а что будет на деле – время покажет. И пистолетов у них три, что шансы равняет. Вот только опыта боевого у спутников Веклемишева, можно не сомневаться, шиш да маленько. Так ведь и Рей с компанией не станут палить почем зря. Им нужна живая и здоровая София, потому они и действовать должны аккуратно. Должны-то должны, да только сие предположение на воде вилами писано…
– За нами идет джип, – подала голос София. – Похоже, это та самая машина, которую мы видели в городе. Это террористы?
– Вы не ошиблись, милая сеньора, – сквозь зубы процедил Вадим и от души по-русски одной длинной фразой, состоящей в основном из междометий и слов, которые, как правило, отсутствуют в словарях, уточнил, от кого происходят эти самые террористы, а также описал их достоинства, но более – недостатки.
София, уже привыкшая к переходам спутника на русский язык в критических ситуациях, скромно промолчала, а вот лейтенант не сдержал своего любопытства.
– Вы что-то сказали, сеньор? – взволнованно спросил он.
– Сказал, что дела у нас неважные, – уточнил Веклемишев. – Террористы сели на хвост. Если вы оглянетесь, то увидите «Лендровер», в котором они едут.
– Неужели это они? Но так быстро добраться из Матувельо невозможно! – удивился полицейский, рассмотрев джип.
– Значит, парни были неподалеку, – констатировал Вадим и громко скомандовал: – Держаться крепче! Начинаем игру!
Он увидел в зеркале заднего вида, что «Лендровер», увеличив скорость, приблизился к микроавтобусу и пошел на обгон. Этого позволить было никак нельзя. Маневр джипа был чреват тем, что террористы могли перекрыть им дорогу и заставить остановиться. А у них другого выбора, кроме одного – гнать вперед, не было.
Вадим резко кинул руль влево. Микроавтобус, жалобно взвизгнув покрышками, метнулся на встречную полосу. «Лендровер», едва не врезавшись в бампер полицейского фургона, затормозил и немного отстал. Веклемишев вел машину по осевой линии, внимательно и часто посматривая в зеркало заднего вида. Очередной рывок джипа не застал его врасплох. Однако это была лишь имитация обгона. «Лендровер» показал, что он уходит влево, и, когда Вадим перекрыл ему дорогу, опять отстал на несколько метров.
Короткая передышка – и очередная атака. Джип приблизился вплотную к микроавтобусу. Обозначив, что собирается обгонять «Форд» слева, неожиданно метнулся вправо.
«Это мы проходили, – усмехнулся про себя Вадим, бросая фургон наперез «Лендроверу». – Если бы сейчас я управлял не этой колымагой, а чем-то поприличнее в смысле веса и прочности, вы бы, ребята, уже в кювете валялись».
Джип отстал на пару десятков метров от полицейского фургона и так ехал примерно с минуту. На таком расстоянии гнусная физиономия Рея Веклемишеву была прекрасна видна. Сидевшего рядом с ним человека Вадим раньше не видел. Наверное, это был один из тех, кто встречал захваченный «Боинг» на земле. Разглядеть, есть ли еще кто-то в джипе, пока не удавалось.
– Он сейчас будет стрелять! Пригнитесь! – одновременно закричали София и Вадим. Она рассмотрела через стекло задней дверцы, а он увидел в зеркале, как из правого окошка джипа высунулся с пистолетом спутник альбиноса.
Веклемишев вильнул микроавтобусом, мешая боевику прицелиться. Но, похоже, тот и не собирался вести огонь на поражение. Звук от выстрела остался где-то сзади, а вот свист пули, прошедшей высоко над «Фордом», был слышен хорошо. Что это: демонстрация силы или предупреждение? Хотят просто испугать или следующий выстрел будет прицельным? Скорее – первое. Не будут они стрелять в салон, боясь попасть в Софию, а ее они должны обязательно разглядеть. И по колесам палить не станут. Хотя скорость и не запредельная, но при восьмидесяти километрах в час, которые выжимает Вадим из машины, потеряв устойчивость, «Форд» будет кувыркаться вплоть до того лесочка, который подбирается все ближе и ближе к шоссе.
Спутник Рея сделал еще пару выстрелов, которые подтвердили предположение Веклемишева, что стрелять непосредственно в микроавтобус они не стремятся. Не попасть в такую цель было трудно, но пули прошли совсем далеко от «Форда».
– Сеньор русский, отдайте мне мой пистолет! – взволнованно потребовал начальник полиции Пренсо-Балу. – Негодяи творят гнусности на моей территории. Я не могу терпеть этого!
– Я тоже хочу стрелять, – сделала заявление из-за спины Вадима София.
Веклемишев покосился на лейтенанта и в зеркало заднего вида – на женщину. У обоих был вид воинственно-возмущенный и донельзя решительный. Настрой спутников Вадиму понравился, и он милостиво позволил:
– Разрешаю сделать по одному выстрелу в радиатор джипа. Патроны пока побережем.
Он и сам был не против ответить на вызов Рея с компанией, однако руль бросить не мог.