Выбравшись наружу, Веклемишев на секунду застыл, оглядывая окрестности. Брюнетка на четвереньках улепетывала вверх по земляному валу. Направление она выбрала правильное – к ближайшим зарослям, в которых планировал укрыться и он сам. Фиксировать внимание на захватывающем ракурсе спасенной им незнакомки Вадим не стал, а вот близлежащую местность изучил внимательно.
Обзор справа закрывал «Боинг», зато слева простор радовал безлюдьем. На значительном удалении от взлетно-посадочной полосы располагались полуразрушенные аэродромные строения. Людей с оружием как в непосредственном, так и в дальнем обозрении в данном секторе не наблюдалось. Можно было сделать нехитрый вывод, что в ближайшие минуты по нему никто не станет палить. Или уже – по ним? Он глянул на брюнетку, которая как раз в это время переваливала через гребень земляного вала. Пора было спешить за дамой.
Глава 11. Who is who
Веклемишев в несколько прыжков добрался до носовой части «Боинга», покоящегося пилотской кабиной на склоне. Присев, он осторожно выглянул из-за обтекателя. Предположения Вадима оказались верными. Вблизи самолета людей не наблюдалось, но от «вышки» – двух машин с кунгами и антеннами – через поле к лайнеру бежали несколько человек. Их обогнал камуфлированный джип, которого Вадим не разглядел во время посадки самолета. Похоже, гости здесь будут пораньше, чем он предполагал. Веклемишев не стал испытывать судьбу и шустро рванул вверх по заросшему жесткой травой валу. Перевалив гребень, он залег на склоне, рассматривая открывшуюся перед ним панораму аэродрома.
«Боинг» смотрелся раненой птицей. Задранная круто вверх и отломанная от фюзеляжа пилотская кабина стремилась в небо, вот только бессильно распластанные по земле крылья, тупо уткнувшись двигателями в землю, не давали ей этого сделать. С правой стороны самолета, видимо, открыв аварийный люк, начали выпрыгивать первые пассажиры. Из бешено несущегося к самолету джипа раздалась автоматная очередь. Стреляли в воздух – пули просвистели поверх голов. Те, кто успел покинуть лайнер, попадали на землю, однако из «Боинга» продолжали прыгать люди. Еще короткая очередь, еще одна… Движение замерло. Пассажиры, оставившие самолет, в испуге распластались на земле вдоль правого борта, а опоздавшие – затаились внутри.
Одиночный выстрел взбил пыль на гребне вала у самой головы Веклемишева. Стрелял Рей, который выбрался из левого разлома фюзеляжа. Дожидаться второго выстрела, а также тратить патроны на абсолютно ненужную в данный момент перестрелку Вадим не стал и кинулся со всех ног вниз по склону к близким зарослям. Разогнавшись под горку, он на скорости врезался в высокие кусты на опушке леса и скрылся в зелени. Проломившись по густым зарослям несколько метров, Веклемишев круто ушел в сторону, чтобы не попасть под выстрел альбиноса Рея.
Перейдя на шаг, он стал углубляться в лес. Вадим аккуратно и умело протискивался между тонкими стволами деревьев и ветками кустов, стараясь не качнуть их и не выдать своего местоположения. Ноги по давно наработанной привычке перешли на осторожный и специфический шаг, касаясь почвы так, чтобы треск от разломившейся сухой ветки не привлек внимания противника. Раз – носком нащупал свободное место; два – ступня опустилась на землю, нежно переходя от мягкого касания к полному давлению; три – оттолкнулась от нее. Малейшее неудобство под ногой – и подошва уплывает в сторону, в безопасное место. Это поначалу, когда начинаешь учиться «журавлиной» походке, кажется, что подобная техника замедляет ход. На самом деле профессионал передвигается по лесу не только бесшумно, но и быстро – не спотыкаясь и не высматривая, куда поставить ногу. Хотя энергии тратится на такой шаг больше, чем на обычный. Но жизнь, увы, дороже калорий.
По Вадиму, а точнее – по лесу, в котором он скрылся, никто не стрелял. Если альбинос Рей и выскочил на вал, то сейчас он высматривал, не шелохнется ли где ветка, не качнется ли дерево. Вот когда ребята с автоматическим оружием подоспеют, тут уже будет посложнее. Начнут поливать свинцом по площадям и могут случайно зацепить. Поэтому надо убраться подальше в лес или найти надежное укрытие.
Вадим на короткое мгновение остановился, чтобы прослушать шумы – высмотреть что-то дальше трех метров в этой чащобе не представлялось возможным. Со стороны аэродрома доносились только неясные отдаленные звуки, а вот слева кто-то ломился через заросли в его сторону. Он поднял «кольт», но пускать в действие его не спешил.
– Сеньор, где вы? – послышался неподалеку негромкий, взволнованный женский голос. – Сеньор, я здесь!
Веклемишев поморщился. Конечно, хорошо, что эта приятная во всех отношениях брюнетка «здесь», но на кой ляд она ему сдалась, еще надо будет поразмыслить. В том смысле, что с ней делать – тащить за собой или отправить куда подальше. Помог даме выбраться из пикового положения – и до свидания. Мысленное брюзжание продолжалось недолго. Вадим знал, что не сможет так просто бросить на произвол судьбы эту женщину. И не только потому, что это было бы не по-мужски. Он был профессионалом и очень хотел задать этой даме пару-тройку вопросов. А вот от того, какие ответы он получит, зависело, продолжится их общение или нет.
– Стоять! – также негромко, но властно скомандовал Вадим в листву. – Стойте на месте, сеньора, я сам к вам подойду.
Он бесшумно и скоро двинулся по зарослям на голос женщины, но на четвертом шаге резко встал. Сознание сработало на сигнал опасности. На земле среди зелени, там, куда он намеревался поставить ногу, мелькнуло нечто желто-полосатое, тонкое и гибкое. Оно шустро удалялось в сторону, видимо, спугнутое его присутствием. Рыться в мозгах слишком долго не пришлось, они в нужный момент, как правило, выдавали искомое. По змеиной классификации данный экземпляр носил громкое имя «аспид». Правда, Вадим с ходу не вспомнил, к очень ядовитым или просто ядовитым относится сей прелестный змей. Но то, что к нему стоит относиться серьезно, сомнений не вызывало. И вообще, наконец, стоило понять, что он не под Урюпинском грибы-ягоды собирает, а попал в такое место, где не только «много диких обезьян», но и в достатке другой, более опасной – жалящей, кусающей, грызущей и колющей фауны и флоры. И встречи с обитателями этих территорий запросто могут закончиться для незадачливого экскурсанта большой неприятностью, включая летальный исход. И это, если не брать в расчет гомо сапиенса – человека разумного, от которого нужно ждать еще больших гадостей. Естественно, разумных…
Веклемишев ощутил, что рубашка прилипла к его спине. И вряд ли нежданная встреча с аспидом вызвала бурное потоотделение. В свое время ему приходилось пересекаться с такими особями животного мира, по сравнению с которыми эта змейка могла проходить по разряду детсадовского хомячка. А вот влажность воздуха здесь была изрядной. К тому же и одежка Вадима явно не соответствовала погоде. Сбросив пиджак, он почувствовал бы себя более комфортно. Но не в руках же его тащить. И выбрасывать жалко: новенький, по лейблам – итальянский, в комплекте с брюками приобретен прямо перед поездкой. Да и бумажник и документы девать некуда. Вадим знал особенность своего организма к быстрой адаптации к новым климатическим условиям. Поэтому он просто махнул рукой и забыл о мокрой спине.
Брюнетка, послушно исполняя приказание, стояла у тонкого деревца, держась за его ствол со светлой, почти белой корой. Бесшумно вынырнув из зарослей, Вадим заставил ее вздрогнуть. Веклемишев, призывая к молчанию, приложил палец к губам.
– Сеньора, нам надо уйти подальше от аэродрома, – почти шепотом сказал Вадим. – Я опасаюсь, что эти кретины начнут стрелять из автоматического оружия и мы попадем под их огонь.
Женщина, глядя на спасителя широко раскрытыми глазами, часто закивала, соглашаясь с его доводами. Поведение брюнетки начинало нравиться Вадиму. Испуг в даме чувствуется, но без признаков истерии, и приказания она выполняет беспрекословно. Один маленький плюсик можно черкнуть в ее актив.