Генв[аря] 24 ч., 1791 г.
1109. Г. А. Потемкин — Екатерине II
Яссы. 9 февраля [1791]
Матушка Всемилостивейшая Государыня. Получа дозволение мне приехать, доношу, что мне до сих пор грудная болезнь и кашель препятствовали отправиться. Хотя не совсем легче, однако выеду сего дня.
В Царьград от визиря посылан был рейс-эфенди с предложением о мире, но чуть Султан не отрубил ему головы. Посланник отправлен в Берлин с вопросами. С его возвращением решится, чему быть1. По узнании об Измаиле столица была в опасности от бунта, но шинки заперты, вино конфисковано, собрания запрещены — и тем укротилось. Не смеет никто Султану говорить, а он пьет.
Отправляясь отсюда, препоручил команду Князю Репнину с полным предписанием2. Я же и сам скоро возвращусь, не имея никаких других нужд, как увидеть Вас и доложиться по делам, и, конечно, вскоре возвращусь.
Получил я письмо от Императора весьма милостивое и от многих поздравления из Вены3. В Галиции и Австрии народ, слыша, что я будто ехал в Вену, расположены были меня встречать и выпрягать лошадей. Я и сим обязан Вам, матушка Государыня. Пока жив
вернейший и благодарнейший
подданный Князь Потемкин Таврический
1110. Екатерина II — Г.А. Потемкину
Друг мой сердечный Князь Григорий Александрович. Во ожидании скорого твоего приезда не ответствовала я доныне на письмы, привезенные Г[енерал]-М[аиором] Поповым1. Но видя, что твой приезд замедлился, ныне пишу к тебе, дабы тебе сказать, что письмы твои я с Поповым получила, и после того ни строки. Когда приедешь, тогда переговорим изустно обо всем. Ожидаю тебя на масляницу, но в какое время бы ни приехал, увижу тебя с равным удовольствием. Прощай, Бог с тобою.
Февр[аля] 15 ч., 1791
1111. Екатерина II — Г.А. Потемкину
[Март 1791]
Батинька друг милой, я, кроме что горло болит маленько да согреться не могу, ничем сегодня жаловаться не могу. Но, как насморк продолжается, то Рожерсон просил в стужу не ходить; останусь дома, да велю читать1. Прощай, душа, будь здоров.
1112. Г. А. Потемкин — Екатерине II
[Март 1791]
Флот в одном месте лутче будет1, потому что, разделяя части, и внимание и заботы умножаются.
Следовать положению — как зделанному уже, по поводу обстоятельств.
Секретно повелеть заготовить более брандеров и умножить во флоте огненосных орудий.
Оказать охоту к отпору, и сие — живым приуготовлением всего.
Умножить флот большой.
Набрать еще матрозов в зачет противу агличан. Можно помещать по нескольку на корабли и финляндцев. Особливо набережные жители способны к морю.
Не угодно было принять о мещанах, хотя и пробовано было мое представление2. Их триста тысяч. От которого числа по примеру казацких войск долженствовала бы служить пятая часть. Но ежели и десятая, то было бы тридцать [тысяч] исправных воинов. А как есть части, в которых необходимо непрерывное комплектование быть долженствует, как то — флот и артиллерия, то бы и наполнять оные.
1113. Г. А. Потемкин — Екатерине II
[До 24 марта 1791]
Естли будет Высочайшая воля зделать медаль Генералу Графу Суворову, сим наградится его служба при взятии Измаила. Но как он всю кампанию один токмо в действиях был из Генерал-Аншефов, трудился со рвением ему сродным и, обращаясь по моим повелениям на пункты отдаленные правого фланга с крайним поспешением, спас, можно сказать, союзников, ибо неприятель, видя приближение наших, не осмелился атаковать их, иначе, конечно, были бы они разбиты, — то не благоугодно ли будет отличить его гвардии подполковника чином или Генерал-Адъютантом1.
1114. Екатерина II — Г.А. Потемкину
Батинька, первое письмо королевское от 30 января я читала и сама оное Стедингу вручила. Письмо, писанное Игельстромом, мною апробовано и поправлено было1. А что я нашла тут совсем новое есть то, что они посылку Игельстрома отклоняют и что болезнь королевская будет служить предлогом к несвиданию, чем я весьма сама довольна2. Впрочем, я сама сказала Стедингу, что Король не имеет причину сумневаться обо мне, что я готова заключить с ним союз и что в оном договоримся о субсидии3. О границе зимою располагать неудобно было, а контр-проект остановился лишь за тем, что тебе от них же предложено было свиданье, которое не сбудется же4. Ежели шведы посольства не хотят, то отложить оное не долго же, но всему надобна благопристойность. От границы же, Бог ведает, какие уступки хотят.
Пугательным прусским выдумкам, пришедшим сего утра, я еще отлагаю придать веру, дондеже подтвердятся5. Подобные мы многие уже видели. Тут же они, как и всегда, оставили себе открытые калитки, чтоб вынырнуть, как сам увидишь, ибо говорят, что второго курьера с датской интермиссиею из Англии ожидают. План твой получила, писав сие, и, положа перо сие на стол, стану читать.
4 апреля 1791 г.
1115. Г. А. Потемкин — Екатерине II
[До 10 апреля 1791]
Я припадаю к твоим стопам со слезами безпримерной ревности и усердия к твоей Славе, а с ней — к пользе моего Отечества. Выслушай меня, как мать и благотворительница. Прикажи употребить все, что можно, к привлечению Швеции. Vous rendres par la nuls tous les projets de Vos ennemis et Vous oteres pour ainsi dire l'epine de Votre coeur, car cet ennemi pour nous est de plus grande consequence vu la proximite de la residence. Pour le Gros Frederic nous pourrons parvenir a arreter les progres, d'autant plus si l'Empereur se mele et s'il sera necessaire nous amenerons tous en Pologne garder nos frontieres. Contre les Turcs qui se trouveront toujours plus mal en s'eloignant du Danube, il faut placer les troupes selon les points et paraitre le moins inquiet qu'il est possible, meme affecter de la gaiete.[447]
1116. Екатерина II — Г.А. Потемкину
12 апреля [1791]
Как из сих репортов не очень видно, что произошло и где трехбунчужный паша взят, то лутче молебен отложить до обстоятельного рапорта, ибо в сих письмах все глухо.
1117. Екатерина II — Г.А. Потемкину
Je trouve Votre idee de composer au mieux un corps respectable en Finlande et avant toutes choses d'y nomraer pour chef le Comte Souvoroff — tres bonne, et pour hater la besogne je Vous envoye le billet ci-joint pour le General Souvoroff, si Vous juges a propos de le lui remettre.[448]
25 Avril, 1791[449]
1118. Г. А. Потемкин — Екатерине II
[Май 1791]
Из пленных шведов склонил я более двухсот остаться в подданстве Вашего Императорского Величества. Лутчих мореходцев и мастеровых, переженя и поселя их в шведской колонии на Днепре; явятся охотники остаться из турков. Для лутчего их управления способен бригадир Салиг Ага. Об определении его к ним и о достаточном ему содержании испрашиваю Высочайшего повеления.
Князь Потемкин Таврический
1119. Г. А. Потемкин — Екатерине II
[Май 1791]
При всех военных заботах не оставлял я пещись о внутреннем устройстве и в течение войны многие зделаны заведения. Город Николаев может равняться уже с лутчими городами. Богоявленск теперь под именем местечка — не хуже однако ж многих городов. При лутчих строениях украшены сии места прекрасными фонтанами, а на стороне очаковской зделан такой, какого по признанию самих турков, нет в Цареграде. Сей последний служит для наполнения судов, отправляемых в море, с такой удобностию, что транспорты подходят к самым трубам и не имеют нужды вынимать бочек.
447
Вы обратите в нуль все планы ваших врагов и, так сказать, избавитесь от шипов в сердце, ибо этот враг для нас самый серьезный ввиду близости резиденции. Что касается толстого Фридриха, мы сможем остановить его продвижения, тем более, если вмешается император. Если будет необходимо, мы приведем всех в Польшу для охранения наших границ. Против турок, которые будут чувствовать себя все хуже и хуже по мере того, как они удалятся от Дуная, надо расположить силы в зависимости от мест и, по возможности, показывать как можно меньше беспокойства. Даже демонстрировать веселый вид (фр.).
448
Я нахожу вашу мысль — составить наилучшим образом значительный корпус в Финляндии и прежде всего назначить начальником Графа Суворова — отличною. И чтобы ускорить дело, посылаю вам при этом записку к генералу Суворову, если вы найдете нужным передать ее ему (фр.).
449
25 апреля 1791 (фр.). - рукой Г.А. Потемкина.