Изменить стиль страницы

— Если меня ищут те, о ком я думаю, — сказал Шанаги, — это касается только меня. Они охотятся за мной, и ни за кем больше.

— Вы наш шериф, — мягко возразил Гринвуд, — а мы не любим, когда посторонние суют нос в наши дела. — Он усмехнулся. — Я не про вас.

— Знаете, — Шанаги посмотрел на бурлящую улицу, — мне жаль только Холмструма. У него была мечта. Может, глупая, а может, и нет. И так все кончилось.

— Нам будет не хватать Карпентера. Славный был человек.

— Да, — согласился Том, наблюдая за отелем. Где гости? Знают ли, что он вернулся? Он огляделся, выжидая.

Подошел судья Макбейн.

— Мы заперли ваших арестантов. Молодая дама хочет с вами поговорить.

— Хорошо. — Том направился вслед за Стронгом.

Ее заперли в отдельной кладовой в магазине Холмструма, там, где он держал мешки с мукой, сахаром и семенами.

Когда шериф вошел, она быстро поднялась.

— Вы можете мне помочь! Мне надо выбраться отсюда.

— Что вы хотите сказать?

— Мне нужно выпутаться из этого дела. Я и не представляла… То есть я не хотела. Случилось недоразумение! Моя семья, мои друзья… Это невозможно!

— Сожалею, мэм, надо было думать раньше.

— Как? Я не представляла…

— Вы не представляли, что вас поймают, так? Вы не представляли, что попадете в тюрьму, что вас будут судить за попытку грабежа и убийство?

— Убийство? — Она застыла от ужаса. — Вы же не думаете, что я имею отношение к убийству?

— Идея ваша, мэм. Вы придумали план, собрали банду, стало быть, виновны больше всех. Вся штука в том, мэм, что каждому преступнику кажется: уж он-то останется безнаказанным.

— Но раньше я ничем подобным не занималась! Шериф, я совершила первое нарушение закона, и, поверьте, оно будет последним. Разве это не считается?

— Я буду относиться к вам так же, как вы отнеслись к Холмструму.

— Но он мертв!

— Правильно, мэм. Мистер Карпентер тоже. И все потому, что жадная, эгоистичная женщина вздумала отнять у других то, что ей не принадлежало. Если вы сможете оживить их, мэм, приходите просить меня о помощи. Каждый человек обязан нести ответственность за последствия своих поступков и думать, прежде чем совершать роковые шаги. Рыдания вам не помогут, мэм.

Умоляющий, удрученный взгляд исчез. Вместо него Шанаги увидел неприкрытую ненависть, но не стал больше ни говорить, ни слушать.

Закрыв за собой дверь, он почувствовал себя лучше. Ему так не терпелось, чтобы все скорей закончилось, чтобы можно было сесть и спокойно пообедать, выпить чашку кофе, но больше всего ему хотелось увидеть Джейн.

Грабителей увезут судить куда-нибудь на Восток. Несомненно, его вызовут свидетелем, как и Гринвуда, судью Макбейна и других. И Берта, который оказался главным свидетелем обвинения.

Покинув магазин Холмструма, Шанаги увидел, что напротив салуна собрались Джош Лунди, судья Макбейн и Джоэль Стронг. Гринвуд вышел, как только появился Том. Все были вооружены.

— Что такое? — спросил Том. — Еще одна война?

— Может быть. Там Чайлдерсы. Они ищут тебя.

— Спасибо, джентльмены, но это моя проблема.

— Не только. Их четверо. Многовато для одного. А ты — наш шериф.

Том не сделал и двух шагов, как почувствовал за спиной движение и услышал топот копыт. Мимо него проехали несколько ковбоев. Другие выезжали из переулков и медленно окружали отель. На крыльце стояли люди Чайлдерса. Но вскоре от Тома их закрыли собой по меньшей мере двадцать всадников. Потом круг замкнулся, и Шанаги увидел, как всадники с винчестерами выпроваживали людей Чайлдерса к станции.

Один из них оглянулся, узнав шерифа, направился к нему. Том узнал Реда, ковбоя Винса Паттерсона, с которым разговаривал около походной кухни.

— Не переживай! Мы только вежливо проводим их до вагона. Нельзя же допустить, чтобы подстрелили человека, который обещал угостить всех выпивкой.

— Это моя драка, — возразил Том.

— Какая драка? — невинно спросил Ред. — Ладно, ирландец, не кипятись. Пошли-ка лучше вон в то питейное заведение.

Шанаги повернулся и направился обратно к салуну. Он только остановился у бара, как двери распахнулись и вошел Винс Паттерсон.

— Все в порядке, шериф?

— Конечно, все в порядке. Угощайтесь. Плачу за всех.

— С удовольствием. — Винс Паттерсон взял кружку и сообщил: — Мои ребята нашли труп вашего лавочника в нескольких милях к югу. Мы его привезли. Парня застрелили в затылок с близкого расстояния.

— Нам пришлось тяжело, — признался Шанаги. — Очень тяжело.

— Мы рады, что все так завершилось, — сказал Винс и заверил: — Пока мы здесь, скандалов не будет.

— Ред, — обратился Шанаги к ковбою, — вы с парнями оставьте до отъезда оружие бармену, и счастливого вам отдыха в городе.

Ред пожал плечами.

— Похоже, у нас нет другого выхода, — усмехнулся он. — Не хочу, чтобы меня расстреляли ваши разъяренные горожане.

Том допил пиво и вышел вместе с Винсом.

— Почему бы нам не проехаться к Пендлтонам? — предложил скотовладелец. — Я слышал, там есть молодая леди, которая страстно желает вас видеть. И, — добавил он, — у нее на руках джентльмен, выздоравливающий после серьезного ранения, его зовут Риг Барретт. Ему тоже не терпится получить из первых рук доклад обо всем, что случилось, и познакомиться со своим заместителем, о котором он никогда не слышал.

Шанаги въехал в город, когда солнце давно уже село; на улице его встречал Джош Лунди.

— Пин Макбрайд сбежал, — доложил он. — Кто-то открыл дверь и выпустил его.

Шанаги спешился и передал коня Джошу.

— Поставь его, пожалуйста, в конюшню. Мы найдем труп утром.

— Труп?

— Риг Барретт у Пендлтонов. Джейн попросила Енота Адамса помочь перевезти его к ним, там они смогут лучше за ним ухаживать.

— Как насчет Пина?

— Никак. Уверен, мы найдем его труп к востоку от города недалеко от водокачки. Там, где Енот закопал своего мула. Пин сам выбрал свой путь.

Library Г.Любавина: gurongl@rambler.ru