Далия покачнулась и, казалось, сейчас упадёт.
– Что? –Дриззт подошёл, чтобы поддержать её.
– По-видимому, она знакома с моим хозяином, — начал убийца, но Далия оборвала его, плюнув в лицо.
Дроу схватил её за плечи и оттянул назад.
– Далия, в чём дело? — настаивал он, держа её лицо напротив своего и пытаясь вернуть девушку из неведомой ему эмоциональной пропасти, в которую она ступила.
– Назови его имя ещё раз, — обратилась она к убийце.
– Херцго Алегни.
– Твой хозяин, твой приятель.
– Едва ли. Мой рабовладелец, мой ненавистный враг, — заверил её Энтрери, когда девушка дёрнулась из рук Дриззта, пытаясь достать убийцу.
Это, казалось, успокоило Далию, настолько, что когда Дриззт тряхнул её и заставил на себя посмотреть, она произнесла:
– Если бы я знала, что Алег…
Она прервалась и судорожно сглотнула, неспособная, видимо, даже произнести это имя.
Энтрери не мог поверить в свою удачу. Он действительно увидел глубочайшую боль в глазах Далии и понял, что просто произнеся имя Алегни, он нечаянно сделал важный виток, необходимый для того, чтобы заманить этих двоих в свою личную борьбу.
— Если бы я знала, что он привел нетерезов, я бы осталась на стороне Силоры, – сказала эльфийка Дриззту.
Дроу посмотрел через её плечо на Энтрери с очевидным беспокойством.
Убийца не заметил этого и не ответил на взгляд. Ему внезапно пришло в голову, что находясь здесь сейчас, он невольно мог оказать помощь своему хозяину. Тифлингу принадлежит меч, мечу принадлежит Энтрери. Это позволяет клинку получить доступ к его сокровенным мыслям и воспоминаниям в любое время.
Убийца вскочил на своего коня.
– Я вам в этом не союзник, — заявил он. – Хотя я бы с удовольствием полюбовался на труп Херцго Алегни.
Дриззт хотел возразить, но Энтрери не стал ждать, ударив кошмара по бокам и пустив его галопом прочь в лесную ночь.
Дроу повернулся лицом к девушке, которая едва не рухнула ему на руки.
– Я убью его, — произнесла она холодно, без эмоций.
Но когда Дриззт поднял её лицо к своему, он увидел слёзы, стекающие по нежным щекам.
![Невервинтер pic_1.jpg](https://litlife.club/books/166750/read/images/pic_1.jpg)
Она была еще жива. Но это невозможно! Никто не мог перенести такого количества боли, тем более умирающий.
Такая сильная боль, что Силора Сэлм даже не осознавала, что была все еще жива в течение долгого, долгого времени. Но теперь она знала правду, и одно это помогло ей понять, что боль немного уменьшилась.
Силора выдохнула и закашляла. Кольцо Страха исцеляло ее!
Она переложила ногу, выпрямившись ещё немного, и как только тело её изменилось, она увидела своего опекуна, Валиндру Теневую Мантию, которая стояла в стороне, направив на Силору её же изогнутую палочку. Лич призывала силы Кольца Страха, чтобы исцелить колдунью от смертельных ран.
– Валиндра, — едва слышно шепнула она улыбающемуся личу. — Спасибо.
Валиндра громко захихикала.
– Спасибо? — отозвалась она эхом. — Я лишь не хочу, чтобы это удовольствие досталось моим врагам.
Колдунья посмотрела на нее с любопытством — любопытство усилилось, когда другая форма шевельнулась около Валиндры.
Силора увидела свою гибель в глазах Джестри — точнее в одном глазу, поскольку в другом оставил свой кинжал Артемис Энтрери. Этот глаз, выколотый ножом убийцы, был позже восстановлен и мерцал красным пламенем, энергией нежити. Силора связала его с Кольцом Страха скипетром, который для него же и создала, а теперь Кольцо сделало свою работу, возвратив воина обратно в качестве могучей нежити.
Существо посмотрело на волшебницу отнюдь не влюблёнными глазами.
Валиндра захихикала ещё громче и, закружившись, ускользнула в темноту дымной ночи.
Джестри, возвышаясь над Силорой, нагнулся вниз, чтобы грубо схватить ее. Он легко поднял женщину в воздух.
Затем могучее немертвое существо согнуло ее пополам назад, раздробив позвоночник, сворачивая ее подобно ломкому листу пергамента. Крик женщины раздался в последний раз, после чего Джестри кинул ее сломанное тело на землю и начал топтать своими тяжелыми ногами тысячи раз.
![Невервинтер pic_1.jpg](https://litlife.club/books/166750/read/images/pic_1.jpg)
Чертёнок рычал, крутился и толкался, но это было бесполезно против крепких нитей магической паутины, которые держали его высоко на стене.
– Ты ведь не думал, что я позволю существам вроде тебя свободно влетать и вылетать из Невервинтера, так ведь? — сказал Эффрон, расхаживая перед миниатюрным дьяволом.
– Ты заблуждаешься, колдун, — настаивал чертёнок. — Моя хозяйка — …
– Аруника, — признание колдуна, казалось бы, поставило дьявола обратно на место его когтистых пяток.
– Моя госпожа могущественна, и нетерпелива к ...
– Заткнись, — сказал Эффрон тихо, но с такой угрозой в голосе, что чертёнок подчинился. — Я не собираюсь причинять тебе боль, — объяснил Эффрон. — До тех пор, пока ты понимаешь, что отныне работаешь на меня и на Херцго Алегни так же, как на свою хозяйку.
– Я из Девяти Кругов, а не из Бездны, — тихо прорычал чертёнок.
– И я могу отправить тебя обратно, кусками.
Двое пристально смотрели друг на друга довольно долгое время, затем Эффрон просто сказал:
– Расскажи мне о событиях в Невервинтерском лесу.
Следующим утром Эффрон обнаружил Херцго Алегни на названном его именем мосту, как обычно, и поведал странные, но многообещающие новости о событиях предыдущей ночи.
– Силоры Салм больше нет, — подытожил Алегни самодовольно, когда колдун закончил. — Возможно, Дрейго Проворный позволит мне, наконец, покинуть это место.
– Нашим врагам нанесли серьёзный урон, но они ещё живы, — отметил Эффрон.
– И возглавляет их безумный лич, — сказал Алегни.
– Которая с каждым днем становится всё более здравомыслящей, и ей помогли — возможно, Аруника.
Херцго Алегни с любопытством взглянул на него.
– Я не знаю всех деталей, — признался Эффрон.
– Так узнай!
Эффрон кивнул.
– Теперь Баррабус едет с воительницей Силоры и её сильным союзником дроу, — размышлял Алегни.
– Артемис Энтрери, — исправил Эффрон, и когда Алегни удивлённо посмотрел на него, объяснил: — Его зовут Артемис Энтрери.
Херцго Алегни, смеясь, подошел к перилам моста и взглянул на своё отражение в реке, ведущей свой путь к морю.
– Я позабыл это имя, — признался Алегни. — Не слышал его десятилетиями. Как и он, полагаю. — Тифлинг посмотрел через плечо на Эффрона. – Видишь ли, он все еще мой, а потому его зовут Баррабус.
– Они непредсказуемы и сильны, — предупредил Эффрон.
– Вполне предсказуемы, — исправил Алегни. — Баррабус попытается уговорить своих новых друзей прийти за мной.
Эффрон расплылся в злобной улыбке, одними губами сказав:
– Далия Син’дэлэй.