— Я хочу этого, — ответил Киндан. — Он задира.
— Задира?
— Он угрожал Нонале, — сказал Киндан. Быстрый вздох Главного Мастера Целителей — это было все, что нужно услышать Киндану.
Сделав последний, мягкий мазок, Леннер отпустил его. — Я сделал все, что сейчас мог, — сказал он Киндану, вручая ему маленький стеклянный флакон. — Используй это ежедневно на рану и вместе с едой.
— Арника? — спросил Киндан.
— Конечно, — ответил Главный Мастер Целителей, его тон одобрял знания Киндана о целебных травах.
Не прошло и пяти минут, как Киндан стоял около дверей Главного Мастера Арфистов. Он подождал минутку, а потом постучал.
— Заходи, — донесся глубокий голос через толстые двери, несомненно, принадлежащий мастеру Муренни.
Киндан вошел в покои Главного Мастера Арфистов. Муренни улыбнулся ему и жестом указал на кресло около маленького круглого стола. Предводитель М’тал уже сидел на другом сидении. Со своего места, Киндан отметил, что Главный Мастер Арфистов ходит туда сюда — это был плохой знак.
— Вот травяной чай, — сказал Муренни, показывая на горшок. — Селора прислала его со словами, что яйца в тепле и на месте.
Киндан занял свое место и благодарно вылил в себя чашку пряной травяной смеси. Он знал, что Селора сделала чай крепким и прислала наверх не очень горячим, чтобы не тревожить его раны.
Дождь, который раньше лил, как из ведра, отчасти рассеялся, но еще можно было слышать его мягкий стук вокруг Цеха Арфистов.
Главный Мастер Арфистов прошел следующий круг по своей гостиной, посмотрел на М’тала, и сам сел на третий стул, почти напротив Киндана.
— Киндан…
— Главный Мастер Арфистов, я не отступлюсь от вызова, — прервал его Киндан мягко, но решительно.
— Я знаю, — сказал Муренни, кивнув утвердительно. — Я даже и не предполагал просить тебя об этом.
Киндан аккуратно поставил свою чашку обратно на блюдце и обратил все свое внимание на Главного Мастера Арфистов. Главный Мастер Арфистов Муренни выглядел огорченным, даже извиняющимся, когда он продолжил, — Наоборот, я хотел перед тобой извиниться.
— Мастер?
Муренни вздохнул тяжело и протяжно. — Когда Ваксорам только прибыл сюда, он был юн и у него был наипрекраснейший голос, — объяснил Главный Мастер Арфистов, полузакрыв глаза в воспоминаниях. — Он голос поломался неправильно и он его потерял. Я надеялся, что у него откроется какой-то другой талант, но ничего не получалось, и это очень его ожесточило. — Он откровенно посмотрел в глаза Киндана. — Я сделал ошибку: я должен был отослать Ваксорама обратно в его холд Обороты назад. Я слышал достаточно слухов о его поведении, и о том, как плохо он влияет на остальных. — Он на мгновение нахмурился, размышляя, а потом наклонил голову и посмотрел на Киндана более чем решительно. — По правде говоря, пока ты не прибыл, я уже решил это сделать.
— Пока я не прибыл? — не смог сдержать удивления в голосе Киндан.
— Когда ты заступился за Верилана, я думал, что возможно, Ваксорама чему-нибудь научит этот урок и изменит его отношение к жизни, — признался Главный Мастер Арфистов. — Более того, когда прибыли Келса и Нонала, его поведение показало, что он относиться с предубеждением к их обучению.
— Извините, Муренни, — прервал его М’тал, — но я с этим не согласен.
— Погодите минутку, — ответил Муренни, — каков был бы эффект появления в составе ваших крыльев женщин-всадников? — Пока М’тал готовился ответить, мастер Муренни добавил: — Женщин-всадников в ваших боевых крыльях.
— О, — сказал погодя М’тал. — Это будет неудобно, правда ведь?
— Но я не верю в то, что талант зависит от пола, — сказал Муренни. — Наше выживание зависит, и всегда зависело от наших детей, но женщины не обязаны жить только в холдах и мастерских.
М’тал внимательно изучал его долгое время. — Вы думаете об этом уже очень долго, — решил он.
— Да, — согласился Муренни. Он посмотрел на Киндана. — Твоя приятельница Нуэлла — прекрасный пример.
— Еще есть Келса и Нонала, — лояльно добавил Киндан.
— И в самом деле, — согласился Муренни. — И, возможно, еще больше появится при их влиянии, когда они поменяют стол и станут мастерами.
Киндан мгновение пытался представить Келсу мастером-арфистом и нашел картинку сложной для объединения с вечно двигающейся, гиперподвижной, изящной, и неуклюжей девушкой, которую он называл своим другом. Хотя, отметил Киндан, если она чего-то захочет, ее ничего не остановит.
— Но сесть слишком много ограниченных холдеров и ремесленников, — сказал объективно М’тал. — Они никогда не разрешат…
— Время, когда холдеры и ремесленники неохотно уступают учеников Цеху Арфистов, пройдет, и скорее, чем вы думаете. — Ответил Муренни. — И женщин не будут уважать, как арфистов в холдах и мастерских, если их не уважают в Цехе Арфистов.
— Значит, я должен победить его, — объявил Киндан. Главный Мастер Арфистов насмешливо посмотрел на него. — Не для Келсы, или Ноналы, но для Верилана и остальных людей, которых задирают и ненавидят за их талант.
— Говоришь, как настоящий арфист, — одобрительно сказал Муренни. — Но…
— Что, мастер? — спросил Киндан с оттенком вызова в голосе.
— Если ты проиграешь…
— Я не проиграю, — объявил Киндан.
— Если ты его убьешь, лучше не станет, — заметил М’тал.
Муренни кивнул, сказав согласно: — Это лишь откроет двери для следующих издевок и расплат.
— Я не убью его, — сказал Киндан.
— Но он думает тебя убить, — сказал М’тал.
Киндан выдохнул долго и медленно и кивнул: — Я знаю.
— Ваксорам требует начать как можно раньше, — сказал Главный Мастер Арфистов.
— Я тоже это предпочитаю.
Муренни понимающе кивнул. — Я назначаю дату через неделю после того, как заживут твои раны.
— Спасибо.
— Он больше тебя, тяжелее тебя, и имеет огромную силу, — сказал М’тал. Киндан повернулся к нему и мрачно кивнул.
— Чем я могу помочь? — спросил предводитель.
— Отвезите меня к Микалу. — Микал был легендой Цеха Арфистов: бывший всадник дракона, который обрел себя в природной пещере в горах около Цеха Арфистов. Человек, который мог выследить любого в голых скалах, который использовал кристаллы и медитацию для исцеления безнадежных больных путем, который был совсем непонятен Главному Мастеру Целителей. Он был лучшим фехтовальщиком, нежели Деталлор, мастер обороны. Когда Киндан в последний раз видел Микала, тот был в кемпе мастера Ализы, излечивая больного Мастера стражей.
— Когда? — спросил М’тал.
— Сейчас, — ответил Киндан.
— Я прикажу Мененгару и Деталлору следить за Ваксорамом, — сказал Муренни. — Он послан в лазарет.
— Как там Верилан? — обеспокоено спросил Киндан.
— Он в изоляторе, — ответил Главный Мастер Арфистов. — Ваксорам должен пройти мимо Главного Мастера Целителей, прежде чем сможет навредить ему. И там есть охрана.
Киндан кивнул, но его страх не совсем прошел. — Кто-нибудь может попытаться навредить Нонале и Келсе.
Впервые за все время беседы, мастер Муренни улыбнулся. — Они и есть охрана Верилана.
— Что там с яйцами файра? — спросил М’тал.
— Я решил отправить их в Холд, — сказал Муренни. — Большинство из них предназначены Бемину и его людям. — Он посмотрел на Киндана. — Ты сможешь запечатлеть в последующее время.
— Лучше, — предложил М’тал, — отправить его туда. — Киндан попробовал воспротивиться, но М’тал рукой остановил его.
— Пока что.
— Что насчет Микала?
— Когда он будет готов, я приду за тобой, — пообещал М’тал.
— Спасибо, Предводитель, — сказал Киндан, чувствуя гордость.
— Я чувствую себя частично виноватым, — сказал М’тал. — Если бы я прибыл поскорее, я бы сам все слышал.
Киндан сконфуженно свел брови.
— Тогда он должен был бы сражаться со мной, — пояснил М’тал.
— Но вы всадник дракона! — воскликнул Киндан, представив с ужасом, как Ваксорам нападает с саблей на Предводителя.
— Это дало бы мне право взять оружие, — с улыбкой сказал М’тал. Он поднял руки с боевым видом. — Я не стал бы его убивать, но он бы запомнил это ощущение на оставшиеся Обороты.