Дни проходили в тумане, один за другим. Киндан уже не мог себе представить, как это — просыпаться восстановившимся, не имея постоянной вынужденной усталости и жжения под глазами, не видя ни одной улыбки. Однако медленно он начал замечать какие-то образы, какой-то шум, похожий на музыку тел, во всех их страданиях. Он не мог сказать, когда он это заметил и у него заняло много времени, чтобы определить это чувство, но что-то ворочалось в нем.
Его понимание очистилось, когда он кисло спросил о старших сыновьях Бемина. — Где они? Почему они не помогают? — спросил Киндан Кориану, после того как они с Ваксорамом трудились перетаскивая особенно большое тело холдера из Большого Зала.
— Наверху, — убитым голосом сказала Кориана. — Они умерли перед Мамой.
— Они оба? — удивленно спросил Киндан.
Кориана кивнула, повернулась к своей младшей сестре и мягко смочила водой ее лоб. Паста все еще была ярко-желтой. Киндан потерял последнюю надежду на счет Фионы день назад. Где-то около Большого Зала был Бемин, проверяя одного из многих больных лихорадкой. Баннор и Семин были главными из молодежи, одними из наиболее здоровых мужчин в Холде, и они стали первыми жертвами этой пошести. Почему?
Киндан посмотрел на Фиону. Дитя должно было сдаться два дня назад, в лучшем случае, день назад, но нет, она все еще находилась в жару, лихорадке, не способная есть, все еще цепляясь за жизнь. Почему?
Кашель отвлек его. Он исходил от одного из помощников. Он последовал за шумом, пока тот продолжался и его глаза уперлись в Ваксорама. Старший ученик посмотрел вверх и слегка кивнул головой, прежде чем вернуться к кровати и стать перед ней на колени, перекатить труп на плечи, и снова встал вертикально, чтобы вынести тело из Большого Зала.
У Ваксорама был грипп. Ваксорам был близок Баннору по возрасту — и был немного старше Корианы. Возможно он будет следующим, кто умрет?
Глава 11
От лихорадки ты средство бери
От болей сок феллиса ты набери
От тошноты — дай желудку свободу
От гриппа употребляй еду ты и воду
В последующие несколько дней симптомы Ваксорама ухудшались. Киндан наблюдал за старшим учеником насколько возможно, но было тяжело уследить за всеми — они постоянно метались от кризиса к кризису, от смерти к смерти. Однажды Киндан вспомнил, что барабанил Келсе и он знал, что она ответила, но он не мог вспомнить ни одно из своих сообщений и ничего из того, что она барабанила в ответ.
Они расширили свой круг от Большого Зала во все меньшие комнаты Форт Холда, собирая серьезных больных, организовывая больше помощи. Так или иначе, они справлялись с поддержанием огней в кухне, и была найдена другая маленькая девочка для работы с огромным чаном, в котором кипятились грязные простыни.
Была середина ночи четвертого дня с тех пор, как они принесли Фиону в Зал, когда Киндан натолкнулся на Ваксорама, который растянулся на полу у кровати, а труп наполовину придавил его.
— Приведи помощь! — приказал Волле Киндан и маленький бронзовый Файр исчез в промежутке. Киндан не мог вспомнить, сколько раз он отсылал файра за помощью; он не мог себе представить жизни без Воллы. Он медленно опустился на колени, его суставы болели, и откатил тело с Ваксорама. Он дотянулся до горла Ваксорама, пощупал артерию; напуганный тем, что возможно, обнаружит. Тело Ваксорама горячим; у него был пульс, слабый, но стабильный.
— Киндан! — позвала Кориана, ведомая шумом двух чирикающих файров.
— Сюда, — отозвался Киндан. — Ваксорам болен.
Вместе они подняли его на кровать. Его кожа горела огнем, его лицо было похоже на восковую маску.
— Мы должны унести тело, — сказал Киндан, показывая Кориане взяться за ноги, в то время как он потянулся за руками трупа. Вместе они справились с переноской мертвого груза наружу во двор перед тем, как силы их покинули. Прошло несколько минут перед тем, как у Киндана появились силы и восстановилось дыхание достаточно для того, чтобы вернуться в Зал, он и Кориана опирались друг на друга в поисках поддержки.
— Принеси сок феллиса и ткань, — сказал ей Киндан. — Я пойду искать мастера Килти.
Кориана кивнула, не более чем дернув истощенной головой, и поковыляла на кухню, в то время как Киндан направился в другую сторону, к помещениям тыльной стороны Холда. Он заметил, как Волла летает рядом с ним.
— Где Килти, Волла? — сказал файру Киндан. — Отведи меня туда.
Файр должен был сделать несколько кругов, Киндан двигался слишком медленно. Он нашел Килти в комнате, заполненной кроватями и освещенной только очень тусклым светом светильников. Мысля нечетко, он дал себе установку поставить больше светильников заряжаться так скоро, как представиться возможность.
— Ваксорам, — сказал Киндан, дернув своей головой по направлению к Большому Залу.
— Красный или желтый? — спросил Килти касательно цвета пасты настроения.
— Оранжевый, — ответил Киндан, вытащив это из памяти. — Он весь горит.
— Я приду так скоро, как смогу, — ответил старый целитель. Когда он повернулся к пациентам, его тело сотряс длинный, пульсирующий кашель. — Если мы не найдем способа остановить распространение этой уничтожающей вещи, мы повторно заразим остальных.
Киндан тупо кивнул и поплелся обратно в Большой Зал. Там он заметил Бемина и одного из стражников Форта.
— Где Кориана? — хрипло отрезал Бемин.
— На кухне, — сказал Киндан. — Ваксорам болен.
Здесь Гиллер и еще двое, хорошо разбирающиеся в розарии, — сказал Бемин. — Как глубоко?
— Два метра, в крайнем случае полтора, — сказал Киндан. Он уяснил слова Бемина и посмотрел долгим взглядом на Лорда-владетеля. — Сады предков?
В Форт-Холде был особый сад, отведенный под могилы предков Лорда-владетеля. В прошлом он развивался под руководством Леди Санноры и был засажен наиболее великолепными розами.
— Мы отложим розы, — хрипло сказал Гиллер с почтительным кивком в сторону Бемина. — Я имею в виду, что мы сможем высадить их потом снова, если ваша светлость…
— Это было бы великолепно, — сказал Бемин, выпрямляясь в обычной для него барской манере.
— Используйте известь, чтобы выровнять могилу, — предложил Киндан.
— Там будет более одной могилы, — сказал Гиллер, рассудительно осматривая Киндана.
— Одна большая могила, — исправил его Киндан. — У вас нет времени на индивидуальные могилы.
— Но Леди Саннора… — начал возражать Гиллер.
— Пусть все мертвые будут вместе, — приказал Бемин. — Это удовлетворительно, мы все страдали вместе.
Гиллер вытянулся на полный свой рост, его глаза были полны слез и уважения. — Как пожелаете, мой лорд.
Бемин нашел в себе силы, чтобы твердо хлопнуть Гиллера по спине и отправил его прочь. Когда мужчина исчез из поля зрения, плечи Бемина опять ссутулились, а подбородок упал. — Давай посмотрим твоего друга.
Кориана уже была около Ваксорама, когда они прибыли.
— Он очень горячий, — сказала она, качая головой, когда встретилась с глазами Киндана. — Лихорадка. Я дала ему немного сока феллиса и охладила его голову.
Ваксорам в этот момент повернулся и закашлялся, выдавая в воздух видимый туман слюны, накрыв Кориану, которая очень медленно отклонялась назад, чтобы избежать этого. Его глаза открылись на мгновение и он пробормотал, — Извините. — Он попробовал пошевелиться. — Надо вставать.
— Лежи, — приказал Киндан. — У тебя лихорадка.
— Должен помогать, — смазано возразил Ваксорам.
— Просто оставайся лежащим на минуточку. — Ты сможешь встать, когда почувствуешь себя лучше.
— Хорошо, — пробормотал Ваксорам. — Устал. — Его глаза опять закрылись, а его голова повалилась на подушку, когда он медленно отупевал.
— Мастер Килти сказал, что проверит его, — сказал Киндан, поднимаясь и протягивая руку помощи Кориане, которая благодарно ее взяла. Она на одно теплое мгновение скользнула в его объятия, но потом отпрянула, зная, что отец впился в них взглядом. Потом, с решительным: — Нет, — Кориана обвила руками Киндана еще раз и крепко обняла его. Она показала свободной рукой своему отцу и Киндан был удивлен мгновением позже, когда почувствовал, что Лорд владетель обхватил руками обоих, и его, и Кориану.