Те градом обрушились на Баса, пикируя на его телефон. Несколько змеев, громко шурша целлофаном, ударились в землю возле его ног. Один из них довольно больно угодил ему прямо в голову. Бас невольно ойкнул.
Его возглас немедленно привлек внимание нескольких прохожих. Кто-то крикнул:
— Это он!
Бас бросился бежать.
Он решил избавиться от телефона, но затем передумал. Нужно поддерживать постоянный контакт с «Маскелерос». Но что более важно, выбросив телефон, он отнюдь не станет невидимкой.
Бас пробирался сквозь насыщенную территорию. От протеобумаги не было никакого спасения. Любая без исключения поверхность с программным управлением — от магазинных витрин до солнечных очков, от дисплеев на крышах такси до афишных тумб, от табличек с именем на груди служащих до торговых автоматов — являлась видеокамерой, которая будет отслеживать все его передвижения в направлении кинотеатра «Парамаунт».
Незаконно вторгаясь во все эти компьютеризированные устройства, используя простую, но в то же время изощренную и высокоэффективную систему распознавания, выборку и экстраполятивный софт, Дагни всегда будет в курсе того, где он находится. Это равносильно тому, как если бы в глазные яблоки вставить видеокамеры слежения.
Выбравшись на Массачусетс-авеню, Бас заметил, что здесь на него никто не обращает внимания. Видимо, фальшивое сообщение транслировалось лишь на территорию Киллиан-корт. Однако он нисколько не сомневался в том, что Дагни просто так его не оставит. Наверняка у нее в запасе немало других трюков.
— Чем она сейчас занята? — спросил он в находящийся в воротнике телефон.
— Возится со своей протеобумагой. Сидит спиной к камере, и поэтому нам не видно, чем именно она там занимается, — прозвучал в ответ голос Харноя.
— Спасибо. Двигаюсь дальше.
Оседлав «сегвей», Бас взял курс обратно, в центр Бостона.
На первом же перекрестке он послушно остановился на красный свет, досадуя на вынужденную задержку. Однако что-то странное в работе двигателя приближавшегося к нему автомобиля заставило Баса обернуться.
Автомобиль — «вермулиан» 2029 года выпуска с протеобумажными экранами вместо окон — вовсе не собирался сбрасывать скорость и останавливаться.
Бас мгновенно понял, что случилось.
Дагни стерла компьютерную систему светофора и скутера с внутреннего дисплея водителя.
Бас бросил свой скутер вправо и въехал на тротуар, успев лишь на пару сантиметров разминуться с «вермулианом». На середине перекрестка он задел бортом другую машину. К счастью, столкновение двух легковых тачек обошлось без серьезных последствий. Поскольку вовремя сработали воздушные подушки безопасности, водители отделались лишь легкими ушибами и синяками. Распугивая прохожих, Бас съехал с тротуара и покатил дальше.
Дела приобретали скверный оборот. Дагни уже не ограничивалась одними лишь издевками над Басом. Она спровоцировала невинных прохожих, возжаждавших в отместку за пережитый испуг броситься вдогонку за незадачливым водителем скутера.
Чувствуя, как в нем закипает гнев, Бас пересек реку Чарльз. Внизу, под мостом, ликующие толпы горожан собрались полюбоваться на гонки Драконьих Лодок.
Бас сделал несколько неправильных поворотов. Это Дагни поменяла уличные указатели, названия улиц, по которым пролегал его путь, создав запутанный лабиринт из улиц с односторонним движением. Сначала Бас бездумно придерживался знаков светофора из боязни быть остановленным дорожной полицией, однако вскоре оставил всякую осторожность и покатил наугад по тем улицам, которые, как ему казалось, должны были привести его к Вашингтон-стрит.
Теперь собственное лицо попадалось ему на каждом шагу — портреты самого разного размера сопровождало предупреждение о том, что он-де опасен для общества.
Эти абсурдные обвинения привели Баса в ярость. Он громко ругнулся, и Харной не замедлил поинтересоваться:
— Я сделал что-то не так?
— Нет. Все в порядке. Это я не вам. Дагни все еще в «Парамаунте»?
— Verdad, сотрапегo.
Вскоре Бас заметил, что толпа возбужденных прохожих с каждой секундой становится все больше. В чем дело? Что, собственно, происходит?
Праздник Драконьих Лодок, в Чайна-тауне, должно быть, тоже его празднуют. Что ж, прекрасно. Царящая на улицах сумятица поможет ему остаться незаметным.
Неожиданно откуда-то сверху — случайно принесенный ветром или нацеленный как ракета? — прямо ему на лицо спланировал лист протеобумаги. Бас резко дернул рычаги управления, но был вынужден отпустить руки, чтобы убрать лист. «Сегвей» тотчас занесло в сторону, и он врезался в дерево.
Бас кое-как поднялся на ноги. Лист протеобумаги слетел с его лица. Он раздраженно скомкал его и запихнул в карман. Все тело болело от удара о дерево, но, похоже, дело обошлось без переломов. Скутер был безнадежно загублен. К счастью, он никого не сбил. Баса тотчас окружили испуганные прохожие, но он в довольно резкой форме убедил их в том, что все в порядке и им следует разойтись.
— Я видел, как вы врезались в дерево, — прозвучал в телефоне голос Харноя. — Вы целы?
— Пожалуй. Извините, что разбил ваш скутер. Теперь придется идти пешком.
Торопливо покидая место происшествия, он заметил, как к валяющемуся на земле скутеру приближаются несколько автономов. Бас ускорил шаг, не желая угодить в объятия блюстителей закона прежде, чем ему удастся разделаться с Дагни.
Центр был запружен людьми, в воздухе стоял оглушительный шум. Из плакатов, выставленных в окне близлежащего ресторана, явствовало, что Бас Эпплбрук — омерзительный гибрид гиены, скунса и шакала. По мере того как попытки Дагни поставить заслоны на его пути утратили свою эффективность, ее язвительные насмешки над ним сделались все более грубыми. Бас рассчитывал на то, что его неуязвимость наконец выведет Дагни из себя. Какого-либо конкретного плана действий у него пока не было.
Он шел, с трудом проталкиваясь через праздношатающуюся толпу. На счастье, людской водоворот вынес его к соседнему с кинотеатром «Парамаунт» кварталу. Путь ему преградила праздничная процессия, которую возглавлял огромный китайский дракон, умело приводимый в движение группой людей. Вместо немой краски его живая, изрыгающая дым голова была обтянута чешуйчатой протеобумажной кожей.
Люди, задрав головы вверх, неожиданно начали показывать руками на небо.
Над землей безмятежно проплывал один из знаменитых аэростатов «ТимУорДисВиа», по всей видимости, предназначавшийся для тех, кто желал полюбоваться живописным шествием с высоты. На протеобумажной его поверхности красовалось лицо Баса Эпплбрука, размерами куда больше, чем Лик Господа Бога. Ползущие под гигантским портретом буквы складывались в слова о недостойном происхождении Баса и его низких моральных качествах.
— Черт побери! — воскликнул Бас и отвернулся.
Увы, взгляд его моментально упал на дракона, голова которого была его собственной головой с приделанным к ней змеиным туловищем.
В следующее мгновение раздались треск фейерверка и радостные крики публики. Бас решил воспользовался этим, как ему показалось, подходящим моментом и зашагал дальше, в направлении «Парамаунта». Он пустился вперед по узкому переулку, отделявшему заброшенное здание кинотеатра от соседних домов.
— Тито, как проникнуть в здание?
— Одна из наших веб-камер на первом этаже показывает, что можно попытаться проникнуть через окно в задней стене.
Задняя стена кинотеатра представляла собой ряд побитых непогодой фанерных листов, закрывавших окна. Единственный служебный вход был заперт. Проникнуть в здание с той стороны, похоже, было невозможно.
Однако Бас натренированным взглядом определил, что в одном месте фанера, которой было забито окно, неплотно прилегает к стене.
Насколько он мог судить, Дагни натянула на оконный проем лист протеобумаги, придав той вид и плотность фанеры.