Телефонная трубка, валявшаяся на полу, заверещала. Аннабел схватилась за сердце.
Я так сойду с ума!
Она наклонилась и подобрала трубку. Необходимо хоть с кем-нибудь поговорить. Пусть даже ошиблись номером, не важно.
— Алло?
— Аннабел, это я.
— И снова здравствуй, Шейн, — слабым голосом произнесла она.
— Что происходит? — без предисловий начал он.
— Ничего особенного. Совсем ничего.
— А почему ты только что спрашивала о любимой одежде моей жены?
— Насколько любимой? — перебила его Аннабел. — Она часто носила эти юбку и кофту?
— Нет... Долго рассказывать. Мне приехать?
— Не стоит. — Аннабел немного помолчала. — А золотой браслет на правой руке в виде сплетенных травинок она носила?
— Я еду! — рявкнул Шейн.
— Меня не будет дома! — крикнула она и снова прервала связь.
Сомнений не осталось: ей снилась Мэгги, и она благословила Аннабел на связь с Шейном. Какой абсурд!
Аннабел честно постаралась успокоиться, но потерпела постыдную неудачу. Руки дрожали, спина покрылась противной липкой испариной, зубы отбивали барабанную дробь. Когда во дворе просигналил клаксон автомобиля и Аннабел увидела в окно «ягуар», припаркованный на газоне, она ужасно обрадовалась.
Она поспешила к двери, обронив по дороге трость. Шейн, стоящий на пороге, едва пришел в себя от изумления, когда Аннабел повисла у него на шее и начала лить слезы.
— Что случилось? — спросил он, поглаживая ее по волосам.
Она не в состоянии была ответить. Впервые за много лет с ней случилась настоящая истерика.
Это расплата за мои грехи, думала она, прижимаясь щекой к его груди, пока он нес ее в гостиную. Наказание. Я больше не буду обманывать! Никогда-никогда!
Ее учителя отвернулись бы от нее, если бы узнали, как она, медиум, отреагировала, увидев всего лишь во сне умершего человека.
Шейн усадил ее на диван, сходил на кухню и принес стакан воды. Аннабел выпила ее залпом и так жалобно посмотрела на Шейна, что тот понял ее без слов и снова сходил за водой. Только через пять минут Аннабел окончательно успокоилась. Она вытерла слезы, высморкалась и теперь сконфуженно поглядывала на Шейна, сидящего рядом с ней и обнимающего ее за плечи.
— Ну что, уже лучше? — спросил он на удивление нежно.
Аннабел кивнула и шмыгнула носом. Какой же дурой она себя чувствовала! Как она могла расплакаться у него на груди? Что он теперь подумает о ней?
Шейн взял ее холодные руки в свои ладони и заглянул в глаза.
— Теперь, когда ты перестала плакать, расскажи мне, что произошло. И почему ты спрашивала о моей жене?
— Я ее видела, — простонала Аннабел, понимая, что бесполезно сейчас строить из себя великого медиума, привыкшего к тому, что по дому разгуливают призраки.
— Видела кого?
— Мэгги! Твою жену!
Он посмотрел на нее, как на сумасшедшую. Впрочем, Аннабел сама сейчас готова была признать, что у нее не все в порядке с головой.
— В каком смысле: ты ее видела?
— Вот как тебя сейчас, — буркнула она.
— Ничего не понимаю, — покачал он головой.
— Да что тут непонятного?! — взорвалась она, и снова глаза ее наполнились слезами отчаяния. — Она приходила ко мне!
В каком бы состоянии Аннабел сейчас ни была, но она все же сообразила, что вряд ли сможет объяснить Шейну, почему ее так перепугал какой-то там сон. Поэтому пришлось снова врать:
— Я же медиум, забыл?
— И... как это было? Она что, просто появилась перед тобой и сказала: «Привет, я Мэгги»?
— Что-то вроде того, — уклончиво ответила Аннабел и крепче стиснула его ладони. — Я задам тебе ряд вопросов, а ты на них ответишь, хорошо?
— Допустим. — Шейн колебался. — Если они не покажутся мне совсем уж странными.
Она раздраженно передернула плечами.
— Просто говори, да или нет.
— Будь по-твоему, — вздохнул он.
— Мэгги — блондинка с короткой стрижкой. У нее большие голубые глаза. А вот здесь, — Аннабел показала пальцем на правую щеку, — у нее большая родинка. Да или нет?
— Все верно, — медленно произнес Шейн. — Но ты могла видеть ее фото и...
— Как же с тобой трудно! — простонала Аннабел, отсаживаясь от него. — Я не могу так!
— Извини. Я скептик... Я уже упоминал об этом. Мне трудно поверить, будто тебе явилась моя жена. Она тебя даже не знала!
— Вчера мы вместе вызывали ее, разве не так? — сердито поинтересовалась Аннабел. — Мы оба думали о ней. Я провела определенный ритуал, чтобы вызвать ее дух. Возможно, ей помешал именно твой скептицизм. Вот она и явилась непосредственно ко мне.
— Продолжай.
— Она была одета в клетчатую юбку и фиолетовую кофту с длинными рукавами и воротником под горло, без рисунка. На ее правой руке был золотой браслет в форме сплетенных стеблей трав... — Она перевела дух. — Да я тебе уже сказала об этом по телефону. Я потому и спросила, были ли у твоей жены такие вещи.
— А я ответил, что да, были, — серьезно сказал Шейн. — Она купила их во Франции, куда мы ездили прошлой зимой. Ей безумно понравилась юбка, а потом она купила и кофточку. Мэгги носила их только в Париже. Там мы были вдвоем. Не встретили ни одного знакомого. А кофточку и юбку она потом больше никогда не надевала, говорила, что они напоминают ей о Франции. Эти вещи для нее были чем-то вроде сувенира. И браслет... Я подарил ей его на день рождения. Она его не снимала. Он был на ней в день... в день похорон. Я не могу поверить, Аннабел...
— В то, что я действительно ее видела? — Аннабел вымученно улыбнулась. — Мне было нелегко. Я не ждала ее появления. Она была очень красивой женщиной, Шейн.
— Да, это так.
— И у нее такой мелодичный голос...
— О чем она говорила? — Глаза Шейн загорелись лихорадочным блеском. — Что она сказала?
Аннабел погладила его по плечу.
— Она сказала, что любит тебя.
Он отвернулся. Аннабел отвела взгляд. Она не хотела видеть его горе. Он все-таки переживает. Вряд ли Шейн стал бы терпеть выходки своей безумно ревнивой жены, если бы не любил ее.
— А еще она сказала, что сожалеет о своих ошибках.
Шейн резко повернул голову.
— Что это значит?
— Ты хотел задать ей один вопрос... Так вот, считай, что она на него ответила.
— Ты уверена в том, что она имела в виду именно это?
— Абсолютно. Мне кажется, она приходила только для того, чтобы дать тебе ответ.
— Что еще?
— Ничего.
Он впился взглядом в ее лицо.
— Ничего?
— Да, это все, что она произнесла, — сказала Аннабел, краснея.
Если Шейн ей не поверил, то никак не выказал своих подозрений. Что он мог? Пытать Аннабел, пока та не откроет всю правду? Ну так они не в Средневековье живут. Нынче ведьм на кострах не жгут.
— Я не ведьма, — рассердилась Аннабел. — Я медиум! Сколько раз тебе это повторить?
— Ты прочитала мои мысли? — поразился он.
— Ты сказал эту фразу вслух. — Она поднялась на ноги. — Прошу прощения за свою истерику. Просто мне стало настолько не по себе...
— Я думал, ты давно привыкла к тому, что тебя посещают души умерших людей.
— На самом деле это происходит нечасто. И уж конечно не так, как сегодня.
— Не угостишь меня чаем? — вдруг спросил он.
Аннабел подняла брови. Он хочет выпить чаю? Неужели надеется выпытать у нее что-нибудь еще?
— Да, конечно, — тем не менее ответила она и огляделась в поисках трости.
— Ты обронила ее в холле, — сказал Шейн, демонстрируя чудеса телепатии. — Сейчас принесу.
У нее снова разболелась нога. Еще бы: вместо того чтобы лежать в постели и выздоравливать, Аннабел бегала по дому, поднималась и спускалась по лестнице... И все из-за Шейна и его жены.
Свалились на мою голову, подумала Аннабел с раздражением. Однако она так же не отрицала того, что Шейн прочно вошел в ее жизнь. И что самое странное, она уже не могла представить, что он когда-нибудь может исчезнуть.
— Вот твоя трость, — сказал он, входя в гостиную. — А что ты на меня так смотришь?