Три Космических Волка свалились на палубу с оглушительным грохотом керамита. На Рагнара обрушились кулаки, молотя по его груди, плечам и лицу. Один удар пришелся по правой щеке, оставив рваную рану аж до самого уха. Зарычав, Рагнар схватил одного из Кровавых Когтей за волосы и ударил его лбом в лицо. Воин откатился в сторону, на мгновение оглушенный, но второй Коготь нанес хук в голову Рагнару. У Волчьего Клинка из глаз посыпались искры, но он, яростно взвыв, засадил ногой в грудь Кровавому Когтю. Следующий удар пришелся Рагнару в лоб, и тут он, ударив ногой изо всех сил, отправил Когтя в полет, так что тот шмякнулся спиной на тяжелый дубовый стол и перевернулся через него, разметав во все стороны посуду и остатки еды.
Тяжелый стул пролетел, вращаясь в воздухе, справа от Рагнара и сбил с ног Кровавого Когтя. Три стаи Когтей дрались с Волчьими Клинками, колотя друг друга с безудержной яростью. Бросив взгляд через плечо, Рагнар увидел, как Хаэгр поднял за шиворот двух Кровавых Когтей и стукнул их головами друг об друга. Двое других Когтей, обхватив ноги и бедра дородного Волчьего Клинка, изо всех сил старались повалить его на пол, но с таким же успехом они могли пытаться свалить сам Клык. Слева от Рагнара Торин ловко пробирался сквозь бушующую свалку, изящно, словно призрак, лавируя в толпе Когтей, сбивая их быстрыми, точными ударами и прихватывая попутно со столов отборные куски пищи.
Рагнар услышал свист летящей в него пивной кружки за мгновение до ее сближения с его головой. Молниеносно пригнувшись, он пропустил ее над собой и обернулся к «высокому» столу, чтобы посмотреть, откуда она прилетела. Вместо этого он увидел всего лишь в нескольких шагах от себя рыжего Кровавого Когтя, метящего ему прямо в лицо тяжеленным стулом.
Рагнар блокировал удар скрещенными перед головой руками за долю секунды до того, как стул достиг цели. Старый дубовый стул разбился вдребезги, тяжелые подлокотники ударили Рагнара в лицо, и он упал на спину в мешанину обломков, смаргивая кровь, заливающую глаза. Нападающий через мгновение оказался на нем, размахивая толстой ножкой стула как булавой.
Тяжелый удар пришелся Рагнару в верхнюю часть груди, следующий — в подбородок. Лицо молодого Космического Волка обожгла жуткая боль, и на мгновение в глазах у Рагнара потемнело. Он двинул ногой вслепую и попал Когтю в бок. Тогда он отвел ногу назад и засадил Кровавому Когтю в левое колено. Нога воина не выдержала, и тот рухнул, но не успел ничего предпринять, поскольку Рагнар тут же опрокинул его на спину страшным боковым ударом ноги в голову.
С трудом поднявшись, Волчий Клинок помотал головой, пытаясь вернуть себе зрение. Благодаря своим обостренным чувствам он заметил, что кто-то несется на него слева. Развернувшись навстречу угрозе, он едва успел избежать удара в шею, схватив противника за запястье. Ощутив укол острия ножа в горло, Волчий Клинок похолодел.
Рычащий вожак стаи Кровавых Когтей, продолжая давить на ноги, свободной рукой врезал Рагнару по голове. Волчьего Клинка захлестнула такая волна убийственной ярости, что он едва почувствовал боль и вцепился правой рукой в горло противника.
— Остановитесь, во имя Русса и Всеотца! — прозвучал яростный крик с дальнего конца зала. — Что все это значит?
Рагнар так сильно сдавил горло вожака стаи, что почувствовал, как усиленный хрящ скрипит под его пальцами. Волчий Клинок видел, как яростно пульсируют вены на лице Кровавого Когтя, и ощущал под ладонью биение его пульса. В этот миг он хотел лишь одного: разорвать горло этому глупцу.
Будто издалека до него донесся ответ Торина.
— Твои щенки нуждались в уроке хороших манер, Сигурд, — холодно заметил старший Волчий Клинок.
В голосе, который ответил ему, прозвучали железные командирские нотки:
— Я думаю, что это вы трое совсем забылись. Отпусти этого воина, Волчий Клинок, или испытаешь всю силу моего гнева!
Рагнар повернулся, волоча за собой задыхающегося вожака стаи. Красивый Космический Волк, немногим старше Рагнара, с квадратным подбородком и острым взглядом суровых серых глаз на бледном лице, стоял в противоположном конце помещения. Это был красивый молодой человек. Его белокурые волосы были убраны в толстую косу, которая, изгибаясь на плечах поверх тяжелой мантии из волчьей шкуры, свисала вдоль нагрудника. Его лицо с коротко остриженной бородкой не портили шрамы, и на древних доспехах не было ни единого признака недавних сражений. Массивный крест из адамантия, инкрустированного золотом, украшенный оскалившейся волчьей мордой, висел на тяжелой цепи на шее Волчьего Жреца. В его кулаке угрожающе потрескивал крозиус арканум, священный символ военного жречества.
Яростный взгляд Волчьего Жреца поразил Рагнара, почти сразу погасив его гнев. Жрецы ордена не входили в состав великих рот и, в сущности, олицетворяли собой историю и традиции ордена. Они требовали уважения и почтительного отношения в силу самого своего положения. Даже Великий Волк обходился с ними с величайшим почтением. Этому Космических Волков обучали с первых дней их пребывания в Клыке. Рагнар без колебаний отпустил вожака стаи, но гораздо труднее выбросить из головы оскорбление, которое нанесли ему и его братьям. Оставив хватающего ртом воздух командира Кровавых Когтей, Рагнар направился к молодому жрецу.
— Вини в этом Когтя! — прорычал Космический Волк. — Он счел возможным бросить вызов тем, кто лучше его.
— Лучше?! — рявкнул Волчий Жрец. При всей своей молодости он имел царственный вид и манеры человека, рожденного повелевать. — Здесь нет никого лучше Харальда, кроме меня. Этот зал — для воинов, а не для изгнанников, как ты.
Кулаки Рагнара сжались. Хаэгр угрожающе свистнул, и даже Торин застыл на месте от этого выпада. Молодой Волк сделал все, что мог, чтобы не ударить надменного жреца.
— Служить Волчьим Клинком — это честь, как должно быть известно любому, сведущему в истории ордена, — ответил молодой Космический Волк, тщательно подбирая слова, — и в залах Клыка к нам относились именно так.
Волчий Жрец оставался непреклонен.
— Я говорю не о Волчьих Клинках, — холодно произнес он. — Я говорю о тех троих, кого вижу здесь перед собой, это изгнанники и отверженные, все как один. — Сигурд сделал шаг к Рагнару. — Я знаю о твоих преступлениях. Я знаю, как ты утратил Копье Русса, то самое оружие, которым был сражен твой прежний лорд! — Взгляд его серых глаз пронзил молодого Космического Волка. — Ты отрицаешь это?
Рагнар задрожал от неимоверного усилия, которое понадобилось, чтобы обуздать ярость. Он и представить себе не мог, что произойдет, если он поддастся сейчас своему гневу, и ему не хотелось обагрить руки кровью жреца.
— Ты знаешь, что я не могу, — ответил он.
— Это так, — констатировал Сигурд с мрачной усмешкой. — Тебе здесь не место. Ни одному из вас. Если будете есть, забирайте пищу в свои каюты, пока мы не достигнем Чариса. Вы не настоящие воины, — заявил Волчий Жрец. — А теперь прочь с глаз моих.
На мгновение в зале воцарилась тишина. Сигурд непреклонно смотрел на Волчьих Клинков, безжалостный и неукротимый в своем гневе. В конце концов сдался Торин.
— Пойдем, братья, — холодно сказал он. — Сигурд прав. Здесь не место таким, как мы.
Три Волка молча вышли из зала, с трудом сдерживая обуревающее их бешенство. В дверях Рагнар, повернувшись, метнул сверкающий вызовом взгляд на краснолицего Харальда и его собратьев. Во встречном взгляде вожака стаи он прочел гнев и неуверенность. Молодой Космический Волк, оскалив зубы, издал рык. «Попробуй-ка еще разок — и так просто не отделаешься», — сказал его взгляд Кровавым Когтям. Закрыв двери зала, он отправился бродить в одиночку по лабиринту переходов военного корабля.
Рагнару снились волки, которые ходили подобно людям.
В густом горячем воздухе отдаются эхом рычание животных и звуки битвы. Повсюду вокруг Рагнар вдыхает запах пролитой крови и зловоние смерти; тела покрывают землю вокруг. Он видит мужчин и женщин в одеждах, залитых кровью, их тела растерзаны клыками и когтями, на безжизненных лицах застыл ужас.