И как только первый армейский транспорт прорвал пелену облаков, над планетой взвился вопль. Голоса пятидесяти миллионов мертвых мужчин, женщин и детей слились в единый пронзительный крик и вознеслись к небу.
СЛОВА ИСТИНЫ
«Орел и болтер»
Отвоевание Катура началось!
Отбить мир-святилище у ненавистного Архиврага поручено следующим полкам Имперской Гвардии Его Величества и отрядам поддержки:
Двенадцатому Ведниканскому стрелковому
Триста третьему Урии
Двадцать пятому Киридианскому иррегулярному
Шестому Януса
Третьему Скарранских Рейнджеров
Сороковому бронетанковому «Хадрис Рифт»
Восемьдесят восьмому Кадийскому мотопехотному
Полуроте возлюбленной Императором Гвардии Ворона Адептус Астартес
Представителям Священной Инквизиции Его Божественного Величества — Ордо Сепультурум
Согласно рапортам лорд-генерала Маггрига, переданным непосредственно в «Орел и болтер», первая высадка войск на поверхность прошла с минимальными потерями, и к настоящему моменту сопротивление полностью подавлено. Главные силы Отвоевания должны прибыть через несколько недель.
Двадцать пятый Киридианский иррегулярный полк достоин благодарности за героическую оборону основной башни связи в столице Катура Солтане в течение недели. За несколько дней киридианцы в непрерывных сражениях полностью разбили группу осадивших их позиции зараженных отбросов катурских сил планетарной обороны (так называемых Остатков). Потери незначительные.
Шестой полк Януса продвинулся вглубь занимаемой противником территории и занял монастырь, воздвигнутый в честь святого Бога-Императора. И сейчас, когда номер идет в печать, солдаты истребляют все осколки бывших СПО, угрожающие успешно отвоеванному ранее плацдарму в Солтане.
Восемьдесят восьмой Кадийский мотопехотный полк, по праву гордящийся своим капитаном, награжденным за участие в первой кампании Тринадцатого Черного крестового похода медалью «За оборону Кадии», получил приказ оказывать поддержку янусийцам в их героическом наступлении.
Вперед, Шестой полк Януса!
Император защищает!
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Проклятие Неверия
ГЛАВА 1
Несломленные
Мы — Ударные силы Кадии. В наших венах течет кровь тысячи поколений самых преданных гвардейцев Империума. Нам никогда не придется столкнуться с более мрачным богохульством, чем то, что ожидает нас в этом мире. И пусть это послужит вам утешением, сыны Императора. После этой войны ни одно задание не покажется нам столь же мрачным.
Капитан Парменион Тейд, первый день Отвоевания Катура
![Кровь Кадии _2.jpg](https://litlife.club/books/165286/read/images/_2.jpg)
Солтан, столица Катура
Шестой полк Януса уничтожен.
Вертейн сидел в своем скрипучем кресле в рубке «Часового» и следил за изображениями на дисплеях примитивного сканера шагающей бронированной машины, поглядывая в смотровую щель. На расстоянии нескольких сотен метров между зданиями виднелся горящий монастырь. Столб оранжевого пламени и черного дыма перечеркнул небо, а Вертейн был даже не в состоянии сообщить об этом тем, кому требовалось знать о пожаре.
Эта разведка, похоже, может закончиться очень плохо. Вертейн снова взглянул на дисплей своего ауспика, пытаясь определить положение остальных членов патрульной группы. Все отлично. Мрачное предчувствие не покидало его, потому что Вертейн не сомневался: эта ночь закончится кровопролитием, хотя с точки зрения тактики его эскадрон «Часовых» двигался по безлюдным улицам безупречным строем.
А впереди продолжает гореть громадный монастырь. И капитан их предупреждал, черт побери. Он говорил, что Шестой полк Януса отправляется навстречу смерти.
Теперь еще и вокс опять забарахлил. На этой проклятой планете все идет не так. Тишина в городе только усиливает грохот нестройных шагов его «Часового», и от этого слышимость становится еще хуже, но главная причина заключается в том, что сигнал отклоняется Оком. Вокс-призраки, пропадающие сигналы, ускользающая настройка каналов… Проклятие, на Катуре они все это уже испытали.
— «Часовой» Ка-восемьдесят-восемь Прима-Альфа, — раздался в воксе до жути ровный голос. — Повторите, пожалуйста.
Вот еще одна проблема. Единственным относительно устойчивым вокс-каналом, обнаруженным в искаженном эфире Катура, оказалась связь с главным штабом. А штаб находился в трех десятках километров в противоположном от его маршрута направлении. Помощь должна прийти не оттуда. Кроме того, им пока ни к чему выслушивать донесения о текущей ситуации, даже если об этом еще не доложили с орбитального спутника. Его слова предназначены для других ушей.
Мало того, этой ночью на дежурстве у них какой-то растяпа. До сих пор Вертейну удалось передать только свой идентификационный код, и все. А он бьется вот уже пять минут.
«Помехи это или что-то еще… Могли бы уже к этому времени усилить сигнал. Держу пари на годовое жалованье, что этот мерзавец не кадиец».
— Говорит лейтенант разведки Восемьдесят восьмого Кадийского полка Адар Вертейн. Я веду разведгруппу по маршруту продвижения Шестого полка Януса. Соедините меня с капитаном Парменионом Тейдом.
Он продиктовал приблизительные координаты места в городе, где сегодня на ночь расположилась остальная часть отряда.
— Повторите, пожалуйста.
Вертейн резко остановил «Часового». Машина встала на вымершей улице, слегка вибрируя на холостом ходу. Луч прожектора уходил в пустоту, прорезая мрак между двумя безмолвными зданиями. Этот город превратился в гробницу.
— Во имя Императора, полк Януса увяз по горло! Немедленно соедините меня с моим капитаном.
— «Часовой» Ка-восемьдесят-восемь Прима-Альфа, ваш сигнал слишком слаб. Повторите сообщение.
Вертейн выругался и отключил связь.
— Ненавижу эту планету!
Стиснув рычаги управления затянутыми в перчатки руками, Вертейн слегка нагнулся и послал шумно лязгнувшую машину вперед малым ходом. Поисковый луч прожектора, закрепленного на борту кабины, рыскал то вправо, то влево, пронизывая пустынные улицы мертвенно-белым лучом.
Покинутые здания. Повсюду трупы. И ничего, кроме тишины.
Вертейн был небрит, как будто безвылазно провел в кабине «Часового» целую неделю. Хотя почему «как будто»? Примерно так оно и есть.
— Вертейн вызывает «Руку мертвеца». Подтвердите сигнал.
В ответ по очереди прозвучали четыре голоса, каждый боец группы «Часовых» откликнулся на вызов своего офицера. Ни один не погиб. Это уже кое-что.
— Рассредоточиться по параллельным улицам и двигаться к главной площади. Темп ходьбы — «виридийский». Сегодня мы — глаза Императора, а не Его кулаки.
— Подтверждаю, темп «виридийский», — ответили три из четырех голосов.
— Понял. Никакого геройства, — ответил четвертый.
«Часовые» разошлись, оставаясь в зоне действия всех сканеров, и зашагали по направлению к горящему монастырю. Время от времени возникали перестрелки, в ходе которых они уничтожали мелкие группы зараженных. Жертвы эпидемии упорно цеплялись за свою не-жизнь и рыскали по улицам, сбившись в стаи.
Вывернутые наружу когтистые ступни из помятого благословенного металла топали по гладким камням мостовой. Вертейн привычно покачивался из стороны в сторону в такт плавным шагам «Часового», даже не замечая этого, как будто передвигался на собственных ногах.
Солтан был воздвигнут в честь Императора и святого Катура. Единственное, что требовалось от столицы, — выглядеть привлекательно. С этой целью сотни поколений правителей планеты и высокопоставленные экклезиархи на протяжении нескольких тысяч лет строили новые часовни, места поклонения для паломников, монументы и храмы. Первоначальный замысел застройки еще несколько столетий назад был забыт и похоронен под бесконечно расширяющимися новыми сооружениями.