И вот, я уже иду в свою учебку. С оторванной штаниной, перемотанной ногой, как нищий путник, которого в лесу плохо встретил Робин Гуд. Я прошла через адскую боль, потом пришлось идти с блондином к медсестре, обрезать одни из любимых джинс, опять перетерпеть адскую боль, мне вкололи какую-то гадость в плечо, от которой клонит в сон, а теперь, чесать в таком виде на публику в школу!!! Помните, я говорила, что поймаю того дефектного кота и обрею. Забудьте. Я возьму эпилятор и медленно пройдусь им по всей длине волос несчастного животного!!! Хотя, результат будет одним и тем же: он станет лысым.
Я шла медленно, никуда не торопясь. Люблю находиться на улице, когда такая офигенная погода. В комнате или замкнутом пространстве мне неуютно. Признаюсь честно, у меня клаустрофобия. Не сказать, чтобы сильная, но я до смерти боюсь подвалов и лифтов. Наверное, это вызвано тем, что в семь лет, я застряла в лифте одна, а эти козлы, техники, вытаскивали меня оттуда три часа. Подвалов я боюсь благодаря начальной школе. Где-то во втором классе, одноклассники решили приколоться надо мной и заперли в подсобке для инвентаря. Там я оставалась на протяжении двух часов, пока не пришла уборщица и не открыла дверь. Оттуда я вышла совершенно другим человечком. Жестоким, и жаждущим мести. Те дети, которые заперли меня в чулане, громко жалели после содеянного. Почему громко? А как вы думаете, когда тебе надавали тумаков, реально просить прощения тихо? Нет, конечно. Под градом мести, каратель может не расслышать "сладкие речи". Мда, в детстве я много чего натерпелась, но сейчас, никто не смеет издеваться надо мной, иначе, их ждет расправа и холодная месть.
Мимо меня кто-то пробежал, и этим кто-то оказался Маркус. Пробежав мимо, он обернулся и посмотрел на хромающее чудо, то бишь на меня, и улыбнулся. Я ответила тем же. Вечерняя пробежка, — очень хорошо для здоровья. На нем были спортивные, белые кроссовки для бега, темно-синие шорты и белая футболка. У меня было достаточно времени, чтобы заметить, как ловко сидит на нем этот костюм. Может, и мне заняться бегом? Почему я всегда встречаю его в самый неожиданный момент и в неожиданных местах? У меня же так мания преследования появиться. Будем считать, что совпадение. Очередное…
Как и предполагалось, появление меня любимой в школе, вызвало неописуемый восторг среди учеников. Меня рассматривали как бродяжную собаку породы пекинес, которую покрасили в розовый цвет и сделали модную прическу вуаля, шибануло двуустами вольт. Жесть, как она есть…
Пройдя сквозь пристальные взгляды к моей особе, я, в конце концов, добралась до своей комнаты. В помещении было пусто, если не считать спящего Чика на карнизе. Чем выше, тем безопаснее. Кот не доберется до него. Голова гудела, словно в ней пел хор детей только научившихся говорить. Тишина в комнате была почти оглушающей. Стало как-то не по себе. Глаза забегали по комнате, и мой взгляд упал на часы висящие, на стене, стрелки которых все так же бесшумно двигались. Невероятно, но уже девять часов, а на улице полно народу. Обычно в таких школах, как в армии — отбой в девять или десять часов. Если можно ложиться, когда сам того пожелаешь, — отлично! Хотя сейчас, меня это мало чем волнует. Сегодня я лягу спать рано. Завтра надо забежать к мисс Ферас и, наконец, выяснить свои способности к стихиям. Так же с завтрашнего дня придется индивидуально учиться и развивать свой неизведанный талант. Шкандец мне! Я еще раз посмотрела на спящего попугая и подошла к окну.
— Рота подъем!!! — генеральским тоном провозгласила я.
Пернатый мгновенно открыл свои маленькие глазки и покосился на меня сверху вниз. Он такой смешной, когда склоняет голову набок.
— А, это ты. И не стыдно тебе будить спящего? — деловито проговорил попугай.
Иногда мне кажется, что этот петух, занижает меня ниже плинтуса. Но, все равно, он меня жутко радует. Хотя, чирикая до разрыва, он мне нравился больше. Придется привыкать к новому Чику.
— Ты где был? — спросила я его, сложив руки перед собой.
— Когда?
— Когда я спать легла!
— Так решил полетать, посмотреть окрестности.
— Ясно все с тобой, — сказала я и, прошаркав до кровати, легла на нее спиной.
Попугай смотрел на меня, словно изучая. Мне же было все равно. Спать не хочется. Я взяла свою порцию сна еще днем. Лора куда-то исчезла, а мне не с кем даже поговорить. Хотя, о чем? С ней толком и не поболтаешь. Она слишком замкнута и из нее редко, когда слово вытянешь. Думаю, нашли бы темы. Чик слетел с карниза и уселся на спинку кровати.
— Что у тебя с ногой? — свистнул он.
— Наш общий друг — кот. Он очень постарался, — тихо ответила я.
— Давай его обреем! — предложил пернатый.
— Знаешь, у меня была точно такая же мысль.
Дверь в комнату медленно открылась, и вошел объект обсуждения. Знаете, как говорят " Вспомнишь… вот и оно". Чик увидев кота, трижды поменял окраску, и, сбросив несколько перьев, мгновенно взлетел обратно на карниз. Шато же, посмотрев на нас недовольным взглядом, прошагал к ближайшему креслу, на котором лежала моя форма, и легко запрыгнув, фривольно лег рядом с ней. Никак не отреагировав, я подняла глаза к потолку. В комнате опять нависла тишина, к которой я уже, постепенно, начинаю привыкать. Как же крот возьми мне скучно! Абсолютно нечем заняться. Как ни старайся себя успокоить, а тишина убивает. Я села на кровать и порылась в сумке, лежащая у ног. Найдя там плеер, легла обратно. Если тишина надоедает, придется бороться с ней. Включив самые тяжелые треки, наконец, расслабилась на жесткой постели. Мелодия за мелодией пробегали незаметно. Я даже не прислушивалась к исполнителям и песням. Сейчас, они все были для меня одинаковыми. Неожиданно, кто-то стал меня сильно трясти. Еще чуть-чуть, и я бы просто навернулась с кровати. Распахнув глаза я увидела над собой взъерошенную Лору с перекошенным от счастья лицом. Или не от счастья. В темноте не очень хорошо видно.
— Воу, воу! Тихо! — выговорила я, отмахиваясь от нее как от надоевшей мухи, — Что такое?!
Она что-то сказала, но я ничего не услышала. Тупо посмотрев на нее, до меня дошло, что стоит все-таки снять наушники.
— Прости, ты что-то сказала? — переспросила я.
— Джес, о тебе говорит вся школа! — заявила она.
Я застыла с нейтральным лицом. Мне понадобилось несколько минут, чтобы понять сказанное Лорой. В голове крутилось множество вариантов о том, что именно говорят обо мне во всей учебке, но так ничего не надумав, решила все-таки спросить:
— Погоди, о чем говорят?
— Ни о чем, а ком! О тебе, Джес! — воскликнула Лора.
Видимо она не поняла моего вопроса. Знаете, не могу разговаривать с человеком, когда в комнате стоит кромешная тьма.
— Включи свет, пожалуйста, — попросила я эту взъерошенную.
Та, быстро подбежав к рубильнику, включила свет. В глаза ударил яркий неоновый свет. Пришлось невольно зажмуриться и в таком состоянии привыкать к излучению ламп. Когда глаза привыкли к свету, как следует проморгалась и удосужилась посмотреть на Лору. И вовсе она не в хорошем настроении духа. Скорее наоборот — она смотрела предосудительным взглядом, которым обычно награждала меня мама, если натворила что-нибудь "не хорошее". Мда, теперь такой взгляд я получила от Лоры, при чем сама не подозревая об источнике негодования…
— Теперь, можешь объяснить мне все по порядку? — попросила я.
Лора немного насупилась и внимательно посмотрела прямо в глаза. В какой-то момент мне показалось, что дай ей один малюсенький повод и она на меня набросится, при этом очень достоверно спародировав голодного волка готового разорвать свою добычу на куски. От такого угрожающего вида стало как-то не по себе. Облизав внезапно пересохшие губы, я скривилась словно стало жутко.
— Лицо попроще, Лора! — усмехнулась я.
Увы, но моя попытка разрядить ситуацию и вызвать улыбку на лице соседки по комнате не увенчалась успехом.