Я гордо прошествовала мимо. Хотя как гордо…Ноги заплетались, на мне висело нечто разноцветное, представляю, как я вообще выглядела. Явно не на сто баллов. И даже не на десять. Фу, какой позор. В голове выскочил тот факт, что в субботу сбор на даче. И там эта курица объявит о нашем шествии. Хотя можно сказать, что она врет. Но где гарантия, что она не сняла наши удаляющиеся в ночь пьяные телеса?

Я затащила Женьку в такси. Причем она начала очухиваться. Я вроде тоже, только язык еще не совсем слушался. Началась страшная стадия, когда хочется звонить и писать. Хороший коктейль, тянет время так сказать, не дает сразу опозориться…Чтобы не наделать глупостей, а именно – не позвонить Димке в таком виде и не высказать все, что я думаю о наших никаких отношениях, я отрубила телефон.

– Машк, плохо мне…

– Тошнит? – я уж испугалась, что не успею дядьке таксисту объявить СТОП. Тот видимо понял, что от нас толку нет, или бармен адрес хорошо передал, но водила ничего не спрашивал, но вез правильно, к дому Женьки.

– Не…прост… плох…

Про себя я отметила, что яркая подруга съедает последние гласные в словах…Да уж…зеленый коктейль был лишним…Кстати, я вспомнила его название… «Халк»…офигеть! Спасибо, что только язык отнимается. Я не знаю, как бы отнеслась к тому, если б стала большой зеленой гориллой. Жесть. Интересно, а почему не лизун? Ну, тот, зеленый, из «Охотников за привидениями»?

– Машк…мне плох…

– Ага…

Через минут десять мы прибыли на место. Я вытянула Женьку из машины. Причем шла она почти ровно. Да и выглядела в принципе ничего, ну как всегда…как Петрушка. Только не говорила и глаза блестели, как у конченого алкаша. Я хотела вести ее до двери, но она в подъезде обернулась ко мне, махнула ручкой и захлопнула под носом дверь. Как водится, теперь в дом можно было попасть, только набрав номер квартиры по домофону. Но я верила в то, что в нашем захолустье бедную разноцветную Женьку маньяки в подъезде ждать не будут и максимум, что ей грозит – это то, что ее спалит соседка тетя Наташа, которая доложит обо всем Женькиным родителям. Я обернулась, таксист уехал. Конечно! Ему сказали один адрес. Деньги я отдала, когда села в машину – зачем меня везти домой? Супер просто…

Ладно, фигня…Пошла пешком. Благо идти два квартала. На середине пути разум стал светлеть, язык начал отходить. Меня посетила мысля, что в коктейль закинули средство, которым стоматологи обезболивают. От которого язык немеет, будто во рту у тебя лопата. В связи с тем, что трезвая Маша разумнее пьяной, я подумала о бедных родителях, которые наверняка оборвали телефон, звонят мне и звонят, а я вне зоны. Со вздохом достала мобильник включила. Не успела я глянуть на светящийся дисплей, как телефон тут же завибрировал, а потом и заиграла музыка. Димка!!!

– Алло! – так, язык слушается, хорошо! – Привет!!!

– Ты где??? – причем сказано это было так…грубо, ни здрасьти, как говорится вам, ни наср…ть.

– На улице…

– В час ночи?

– А что, у нас комендантский час? – ох, взбесил он меня! Нет, я тут его защищаю, говорю, что он такой прям хороший, что аж капец, а он непонятно отчего злой как собака. Я ж не спрашиваю его, где он там в своем Екатеринбурге ходит?

– Маш, ты лучше меня не зли, поняла?

– Да я и не злила, ты уже был такой, когда позвонил…Гордеев, а ты часом не психованный??? Хоть бы причину назвал…Что такого в том, что я иду по улице ночью в…

– Какого черта ты пьяная шля…ходишь ночью непонятно где?

– Я уже не пья…А ОТКУДА ТЫ УЗНАЛ??? – в голове крутились варианты, причем все сказочные, приехал, видел меня, распсиховался, но почему тогда не подошел? Женька сказала? Когда? Она и номера его не знает!

– Откуда надо.

– Ты приехал?

– Нет еще! В пятницу приеду! – гаркнул он. Гаркнул так, что я поняла – не врет. И тут меня осенило:

– Ах, она курица общипанная! Это Галя, да??? Она сказала?

– Какая разница?

– Какая разница? Какая разница? Ты СОВСЕМ ЧТО ЛИ??? Я твой номер в Екате только вчера узнала, сидела тут сохла, думала о нем. А эта кобыла откуда его знает? Или ты всему классу позвонил вчера ночью, сообщил где тебя искать? Гордеев…

– Маш, успокойся, а??? Там не так все просто!

– Да уж конечно! Скажи честно, сам дал ей телефон? Честно только!

– Сам.

– Молодец! Слушай, я сейчас поняла кое-что. Я хочу тебя. Ты даже не знаешь как. Очень. Но не только секса. Я хочу серьезных отношений с тобой. Я знаю, что дура, что знаю тебя в сознательной части жизни всего пару часов. Это я тебе облегчаю задачу – чтоб снять с тебя необходимость звонить мне. Я не хочу тебя делить ни с кем! И ХОЧУ, ЧТОБЫ ТОЛЬКО Я ЗНАЛА ТВОИ КОМАНДИРОВОЧНЫЕ НОМЕРА. А не всякие… курицы…

– Маш, она имеет право знать мой номер, но я не могу тебе сейчас сказать почему.

– Да? А что так? Я догадываюсь почему, потому что ты спал с ней после меня на стройке? Или до?

– ЗАМОЛЧИ! – капец, я чуть не обкакалась так он заорал. Я, правда, заткнулась тут же.

– Маш, – уже спокойно продолжил он, – я приеду в пятницу и мы поговорим, хорошо? Маш?

У меня было такое состояние, будто я опять выпила «Шрека», или как там его…

– А как зовут ученого, который когда злой, то превращается в зеленого урода?

– Чего?

– Как зовут ученого, который когда злой, то превращается в зеленого урода? – как блаженная повторила я вопрос.

– Х…Халк…

– Точно!

– А при чем тут он? Маш, ты еще пьяная?

– Нет.

– Что нет?

– Нет, не хочу я с тобой разговаривать. Потому что я сразу тебе всю правду говорила, ты все знал. А я должна ждать пятницы и то спасибо курице ротожопой…

– Маш…

– И НЕ ЗАЩИЩАЙ ЕЕ! – крикнула я.

– Я и не собирался…

– Нужно было говорить все, что хотел тогда…

– Тогда я не мог, ты же знаешь…

У меня слезы накатались на глаза.

– Знаю, – прошептала я, причем мне показалось, что я и правда знаю. И верю ему. Как всегда. Гипнотизер он что ли, гребаный?

– Почему ты мне весь день не звонила? Я ждал…

– А чего сам не звонил?

– Хотел, чтоб ты…Приготовился сказать, что типа так и знал, что ты не выдержишь…

– А по каким делам ты в Екате?

– По работе…

– Это я и так знаю, – снова начала психовать я, – а что за работа?

– У меня свое дело. Сначала я открыл небольшую клининговую компанию. Потом две химчистки. Но там только одежду чистят…Сейчас хочу открыть отдел, где будут чистить ковры, паласы, подушки…ну, крупные вещи…

– А зачем тебе в Екат?

– У меня здесь друг занимется тем же, только в гораздо более крупных масштабах…Вот…опыта набраться, оборудование закупить.

– М-м-м-м…а где ты живешь?

– Лесопарковая, дом 1.

– Это же частный сектор?

– Да…Ну, родители в квартире живут, на Энтузиастов…

– Дии-и-и-м?

– Да?

– А ты…ты женат?

– Честно?

– Честно, – у меня дыхание перехватило от ожидания ответа на этот вопрос.

– Нет, – по голосу я слышала, что он улыбается, – ты этого боялась?

– Да, очень. Просто я не знаю, что еще может быть страшного в твоей жизни, о чем можно будет говорить только в пятницу.

– Так, ты опять хитростью пытаешься выманить из меня что – нибудь?

Я остановилась у подъезда, в окнах моей квартиры было темно, но я уверена, что мама была на месте, поэтому я помахала ей ладошкой и села на лавку у подъезда.

– Да разве из тебя что-нибудь вытянешь?

– Маш, ты где? Я же не просто так спрашиваю…

– А что? Переживаешь за меня? – я даже улыбнулась. Потом вспомнила про Галю и улыбка сползла с моего лица.

– Очень…

– Я дома, вернее, возле него, сижу на лавке.

– Там никого нет?

– Да нет тут никого, только мама с папой в окне торчат, караулят.

– Это хорошо.

– Что хорошо?

– Что нет никого, и что родители караулят. Мышонок, а чего это вы с Женькой напились в стельку?

От мышонка внизу живота заныло.

– Мы выпили-то коктейлей пять что ли…