Изменить стиль страницы

В синеве ночи они отправились в свое мысленное путешествие. На перевале через Небо размышлений начинался их первый таинственный интерканто.

Они перенеслись в древний мир. В мир гордого народа сиу посреди зеленых прерий со стадами бизонов и табунами диких лошадей, во весь опор скачущих к красным горам.

Ребята продвигались вперед, глядя на горизонт, а раненый сокол наконец-то оказался на воле. Запах травы и пыли проникал им в ноздри, а местность вокруг становилась все более дикой. Там, где небо сливалось с землей, поднимались маленькие облачка дыма: это были сигналы Спокойного Медведя, сидевшего со скрещенными ногами в большом вигваме.

Джено подробно рассказывал Суоми обо всем, что видел, а девочка с зелеными глазами и потухшим взором пыталась разумом уловить каждый звук, каждый запах, каждое колебание воздуха.

— Мы на земле Аноки Кериоки. Кто знает, вдруг встретимся с его народом, — возбужденно сказал Джено. Он снял свою черную тонку, и солнечные лучи ласково коснулись его густых черных волос.

Приблизившись к вигваму, они увидели горящий костер и стоящий в середине круглой площадки тотем шестиметровой высоты. Сокол спланировал прямо на него и осмотрел все вокруг, как подобает королю.

Из хижины вышли восемь воинов сиу. Они были красивы: на их плечи ниспадали волосы цвета воронова крыла, а лица расписаны разными белыми и красными знаками. У всех за плечами висели луки со стрелами. Некоторые были с музыкальными инструментами: один сжимал в руках флейту из бузины, другой — тростниковые трубочки с продольными разрезами.

— Добро пожаловать в Хижину семи потов Спокойного Медведя, — приветствовал их старший воин. Наш голос первым прозвучал на этой земле. Голос народа краснокожих, у которых были только луки со стрелами. Белые люди приходили и оставляли после себя слезы и кровь. Но благодаря духам предков голос наш еще звучит.

Суоми и Джено склонили головы в знак уважения к сильным и храбрым воинам.

Восемь краснокожих один за другим подходили к костру, кружа вокруг него в танце.

Медленно заходящее солнце разлило по небу багровый свет. Полог вигвама откинулся, и оттуда вышел старик. У него был головной убор из орлиных перьев и белые как снег волосы, заплетенные в косу. Его глаза были черными как уголь, а морщины на лице — такими глубокими, что казались шрамами.

Всколыхнув длинное красное полотно, обернутое вокруг тела, он раскрыл объятия, приветствуя юных антеев:

— Добро пожаловать! Я Спокойный Медведь, шаман сиу. Располагайтесь в моем скромном вигваме.

Джено взял Суоми за руку, и они вместе вошли в Хижину семи потов. Внутри было очень жарко. Там стояли большие медные котлы, из которых шел дым и пар. У большого барабана их ждала… Марго Крикен!

— Мадам! — удивленно воскликнул Джено.

— Рада видеть вас здесь, — спокойно сказала старая сапиенса. Несмотря на жару, одета она была безукоризненно. На ней были изящнейшая соломенная шляпка с разноцветными перышками, длинное, до земли, платье, желтое, как и сумочка. Рядом с ней невозмутимо восседал Наполеон.

Джено подбежал к ней и крепко обнял. Прижавшись лицом к платью, он услышал, как бьется ее сердце.

— Возможно, я знаю, где мои родители, — прошептал он. — Мне необходимо срочно вернуться в Аркс.

Мадам Крикен сняла серебряные очки и погладила кудрявые волосы мальчика:

— Я понимаю. Успокойся. Спокойный Медведь хочет поговорить с тобой. Жизнь Аноки в опасности.

Мудрая приблизилась к Суоми и ласково сжала ее руку.

— Почему вы бежали из Аркса? — спросила ее девочка. — Вы знаете, что там начали происходить ужасные вещи? Мисс О’Коннор выпускает на свободу призраков, а Рене больше не может помогать Джено. Ятто что-то сотворил с ним.

— Да, в Арксе стало плохо, — поддержал ее Джено. — К счастью, Стас, Набир и Эулалия нам помогают. Но больше всех Руа, золотой кречет. Он знает, где мои родители, и он здесь, с нами. Сидит на большом тотеме.

Мадам Крикен внимательно выслушала его, Спокойный Медведь хранил молчание.

— Большое О поломалось. Ятто ужасно бесится из-за этого, — заключил мальчик, обращаясь к сапиенсе.

— Я должна была отправиться к Спокойному Медведю. Только он знает, как привести Аноки в чувство, — сказала мадам Крикен.

— Да, теперь я понял. Но что делать нам? Мы с Суоми отправились в интерканто вместе, и, если это откроется, у нас будут неприятности, — сказал Джено.

— С вами душа бессонной луны, — заговорил Спокойный Медведь. — Дух кречета силен, и он будет направлять вас. Это он заставил вас прийти сюда. А теперь мы все должны сконцентрироваться и спасти Аноки.

Мадам Крикен стала серьезной: она думала о Ре, вещей птице, появления которой в судьбе Джено она не предвидела. О золотом соколе, который носил такой же, как у фон Цантара, перстень и помогал племяннику Флебо Молекулы. Странное и противоречивое обстоятельство.

Астор Венти был заметно взволнован, но шаман сиу решил не откладывать священный ритуал. Он взял мешочек из сурового полотна, сел на зеленый коврик и пригласил гостей расположиться рядом. Скрестив ноги, открыл мешочек и вынул оттуда деревянную маску, разрисованную символами сиу.

Это была священная маска. Он передал ее Джено, сказав, что обращаться с ней надо осторожно. Потом, закрыв глаза, тихо затянул заунывную песню, слившуюся с музыкой восьми воинов сиу, которые продолжали танцевать вокруг костра, хотя уже спустилась ночь, окрасившая прерии в темно-синий цвет. Неожиданно большой барабан в вигваме Спокойного Медведя зазвучал сам по себе. Каждый его удар совпадал с ударом сердца. Тела Суоми, Джено и мадам Крикен завибрировали в ритме звуковых волн.

Спокойный Медведь запел песню, которая была призывом Ветра.

Ветер начинает говорить,
и далекая земля движется ко мне.
Ветер летит легко,
а солнце сопровождает звезды.
Ветер входит в сердце,
и облака танцуют, как языки пламени.
Ветер пролетает между иголками кактуса,
и деревянное лицо приносит спасение.

Мелодия флейты поднялась к небу. Вспышка молнии осветила Хижину семи потов. Шаман впал в транс: он говорил с Великим духом. Это был безмолвный диалог, слышались только удары барабана, отмечавшего ход времени. Времени, которое шло не как обычно. Это было Время Ветра и Время Вселенной.

Мадам Крикен встала, взяла священную маску и надела ее на лицо Джено.

Неизвестно откуда раздался громкий крик. Маска прилипла к лицу юного антея. Его нос, рот и глаза срослись с деревом, и Джено почувствовал невыносимую боль. Суоми, чье сердце билось рядом, молилась, чтобы с ее другом не произошло ничего плохого.

Джено и черная печать мадам Крикен img14.png

Внезапно Астор Венти, ведомый духами, вышел из вигвама. Воины у костра ждали его. Джено пустился танцевать по кругу. Он бил ногами о землю и прыгал, следуя ритму барабанного боя. Сиу прервали свою похоронную песнь, и из-за горизонта, где синева неба сливалась с ночной тьмой, задул ветер. Тот Ветер, с которым говорил Спокойный Медведь. Теплые и холодные потоки воздуха смешались, закружились вихрем и подняли над землей пыль и камни. Над костром образовалось колышущееся и кипящее облако из дыма и пара. Ночная тьма разорвалась в клочья, появилось гигантское солнце. Затем небо опять стало темно-синим, и в этот цвет окрасилось все вокруг.

Джено продолжал танцевать. Внезапно священная маска оторвалась от его лица, и все увидели, что он совершенно мокрый от пота. Маска взмыла вверх и попала в закрученный ветром вихрь. Звезды засверкали, как бриллианты, и полная луна осветила бескрайнюю прерию. В горах завыл волк, пар и дым рассеялись. Над костром появилось тело Аноки Кериоки.

Переместившись из Уффиосерво, он материализовался здесь, на своей земле. Он так и остался висеть в воздухе, раскачиваемый Ветром духов. Восемь воинов упали на колени. Из вигвама вышел Спокойный Медведь в сопровождении мадам Крикен и Суоми. Священная маска закружилась вокруг тела Аноки, затем опустилась ему на лицо. Луна погасла, ветер прекратился. Тело краснокожего юноши медленно приземлилось рядом с Хижиной семи потов. Спокойный Медведь приблизился к нему, за ним подошли и восемь воинов. Старый шаман произнес несколько фраз на языке лакота, затем снял с лица Аноки маску. Красный Волк открыл глаза и слабо улыбнулся. Дед и внук обнялись и тихо затянули древнюю песню.