…Она много раз думала о том, каким он может быть в постели, но таким она видела его впервые. Он был красив, безумно хорош… Это стало для нее открытием, ведь ей уже приходилось видеть его, и не раз. Сейчас кожа его поблескивала, глаза горели, словно в лихорадке, под ладонями ощущался жар. Мужские пальцы медленно скользили по самым потаенным местам, и эти прикосновения дарили наслаждение, губы бесстыдно исследовали, кажется, каждый сантиметр, но и этого было уже недостаточно…
- Я… хочу тебя…
- Я бы хотел подождать… но не могу.
Он толкнулся в нее, девушка тихонько ахнула от восхитительного потрясения, вызванного его движением. Поймав ее тихий звук ртом, он поднял ее ноги, обвил вокруг себя и начал входить в нее. Она охнула, но оказалось, что это совсем не так больно, как она опасалась. И даже, когда он начал двигаться, боли почти не было, ее переполняли эмоции, нежность, возбуждение, и все казалось очень правильным. Он не стал сдерживаться, понимая, что это совершенно ни к чему, да и вряд ли бы получилось. Когда он, тихо застонав, обрушился на нее всем своим весом, Оля обвила его руками и улыбнулась, сама не зная отчего.
…Дождь продолжал хлестать по крыше. Ольга сидела на краю кровати, глядя на спящего. Она все смотрела и смотрела, и не могла насмотреться, поражаясь себе самой. Выйдя из душа, она застала его абсолютно вырубившимся, одна рука бессильно свисала с кровати, на плечи, получившие первую порцию летнего загара, падали блики уличного фонаря, на безмятежном лице темнеет небритый подбородок. Сдержаться было выше ее сил, и она провела по нему ладонью, чувствуя легкую шероховатость. По-девичьи длинные ресницы дрогнули, он уставился на нее, плохо соображая со сна, потом взгляд прояснился:
- Эй, ты чего?
- Не спится…
- Иди-ка сюда, - он подвинулся, - тебя что-то беспокоит?.
- Немного.. думаю про Сашу.
- Не волнуйся, с ней все будет в порядке.
От него веяло уверенностью и спокойствием. Оля положила руку под щеку и тихонько вздохнула:
- Все равно не спится…
- Хм… - Он приподнялся на локте, – есть у меня одна идея. – Он лукаво посмотрел на нее, - и теперь не смей сопротивляться. Не спится ей, - последние слова он почти прошептал, склоняясь к ней.
- Ай, что ты делаешь?..
- Ш-шш… Доверься мне...
Запах листвы, врывающийся через форточку, дарил лето, и лишь упрямая гроза контрастировала с теплой, неуловимой сладостью двух тел, прижатых друг к другу в объятиях.
глава 12
Расставание – маленькая смерть…
Проснувшись утром, и не найдя рядом Ольги, Игорь испытал легкую досаду. Он натянул джинсы, почистил зубы и вышел из дома в поисках неугомонной девчонки.
Далеко идти не пришлось – она стояла на крыльце, подперев подбородок и глядя на тихий дождь.
- Что случилось, сладенькая? Дождь заставил тебя грустить? - Прежде чем она успела ответить, он наклонил голову и поцеловал ее.
- Пора уезжать… жаль, что все закончилось, - прошептала она, когда они, наконец, смогли оторваться друг от друга.
- Ты не права. Все только начинается.
Она улыбнулась:
- Звонил Костя. Пообещал, что намылит шею. Нам обоим.
- Пусть, оно того стоило. – Он не мог не улыбнуться, видя, как она покраснела. – Как там Саша?
- Сказал, что нормально. Уже кормит малую. А сам при этом разговаривает так, что слышать дико, какие-то муськи-пуськи, я даже не берусь пересказывать.
- Ты не любишь детей?
- Не знаю. Мне не приходилось иметь с ними дела.
Он хмыкнул и почесал затылок:
- Давай-ка позавтракаем и будем двигать, у меня сегодня масса дел.
- Я не завтракаю, - «мне сегодня кусок в горло не лезет», - но кофе выпью.
Игорь вернулся с чайником в руках – пригибая голову, чтобы не удариться о низкую притолоку, – и поставил чайник на стол, после чего сел напротив, и щедро намазал маслом большой кусок хлеба.
- Ты всегда так много ешь по утрам? – И чуть не поперхнулась, сообразив, что это их первый настоящий завтрак.
- Неа, не всегда, - казалось, он не замечает ее смущения. – Пожалуй, я поеду с тобой, пусть твой брат меня наругает, а не тебя.
- Я ему ключи на работе отдавать буду, тебя там только не доставатало.
Кривая ухмылка изогнула губы:
- Представляю…
- А, не важно… Он все время из-за меня бесится, – глядя, с каким аппетитом Игорь поедает бутерброды, Оля и себе отрезала кусочек. - На самом деле все не так уж плохо. После того, что ты сделал для Саши, думаю, он не будет против, что мы… гм… ну… встречаемся…
- А я ничего особенного не делал, она сама со всем справилась…
- И не вздумай ему это говорить, а то растеряешь бонусы, - она приподняла брови.
- Зато своей честностью заработаю бонусы у тебя, - он легонько щелкнул ее по носу.
- Кстати, о честности. Я буду говорить сегодня с Данилом.
На его лицо набежала тень.
- Зачем тебе говорить с ним?
- Затем. Ты тоже собирался выяснить что-то с Алиной.
- С Алиной просто нужно расставить все точки, чтоб она… не бесилась и оставила тебя в покое.
- Она не причиняет мне никаких хлопот, так что на этот счет…
- Мне виднее! – Он вспылил. Оля отшатнулась.
- В таком случае и МНЕ позволь самой улаживать МОИ вопросы.
- Извини… все же подожду тебя где-нибудь недалеко, пока ты будешь решать СВОИ вопросы с Данилом.
- Игорь, ну ты соображаешь, что говоришь?!
- Вполне. Я видел, как он на тебя смотрит.
Оля смолчала, чтоб не продолжать бессмысленный спор.
- Ну, пора! – Он взял со стола пачку сигарет и вышел на улицу.
Выйдя вслед за ним, Оля обнаружила, что Игорь уже вывел машину из гаража и прогревает мотор.
- Э-э, нет! Я за рулем!
- Оля!
- Игорь!
- Ты мне не доверяешь?
- Дурацкий вопрос, ну при чем здесь это?! Костя доверил машину мне, и это даже не обсуждается.
Игорь неохотно перебрался на пассажирское сидение. Почти всю дорогу он молчал и хмурился, отказался выходить из машины возле своего дома и предпочел проехать с нею до предприятия, на котором работал брат.
- Где твой этот… - Костя исподлобья посмотрел на Олю, забирая у нее ключи. – Все время от одного придурка предостерегал, а ты на другого нарвалась, - добавил он раздосадовано.
- «Этот» ждет меня. Вообще-то я думала, что после всего, ты не будешь против, что мы вместе.
- Но не в постели же!
- Вот и ты не лезь!
- Ого! – Костя удивленно покосился на сестру, - ты чего, старушка?
- Ничего! – Она насуплено отвернулась.
Костя повернулся к окну и поискал глазами – Игорь курил у крыльца, и, словно почувствовав взгляд, тут же уставился в ответ, слегка набычившись.
«Вот ведь. Упрямый.»
- Оль… ты все-таки того… не расслабляйся. Не забывай, что ты Ледовская. Он знает о том, что ты дочь проректора?
- Это что – клеймо?
- Оля, ты уже не маленькая…
- Костя! Если это моя ошибка, то я ее уже сделала.
Несмотря на сложности между Костей и ее родителями, Оля любила брата. Но она любила и отца. И, хотя у них были разногласия в последние годы, не переставала любить и уважать. И с трудом избавлялась от комплекса отличницы - всю жизнь, до самого университета, от нее требовалось быть лучшей. Лучшей ученицей, лучшей активисткой. Лучшей в поведении. Лучшей в одежде. Это привело к тому, что, внешне раскованная, на самом деле, Оля чувствовала дискомфорт от пристального внимания окружающих. И легко чувствовала себя только с друзьями, про которых мама не могла говорить без брезгливой усмешки. Некоторые из них были свободными художниками (не исключая Котьки, но его мама всячески привечала, наивная). В университете от нее не требовалось прилагать совершенно никаких усилий, по крайней мере, пока она «училась» на той специальности, на которую ее определили родители. Но фамилия продолжала ее преследовать, девушка по-прежнему никогда не могла знать, с ней ли хотят иметь дело, или с дочкой проректора Ледовского. Собственно, это был еще один повод к тому, чтобы настоять на смене специальности.