- Да, она там на столе.

- Вот и хорошо, сейчас я ее отварю, к мяску будет в самый раз.

- Спасибо, вам, у вас, наверное, из-за меня неприятности.- Нарушила неловкое молчание Софья.

- Какие не приятности ангел? Тебя вот уже сутки, как похоронили , а мне шеф даже премию выдал.

- Ккак?- Софья схватилась за горло и пошатнулась. Павел в секунду оказался рядом с ней и не дал упасть.

- Давай, выйдем, тетка нам поговорить спокойно не даст, - он, поддерживая девушку за плечи, направился к выходу.- И ангел, не выкай мне, хорошо?

Паша рассказал Софье, что подменил ее тело неопознанным трупом девушки, его приятель в морге работает санитаром - вот и подогнал.

- В эту ночь, господь был на твоей стороне, ангел, и трупик подходящий нашелся. Старик никого мне в помощь не отправил проследить за работой.

- Так что, ангелочек, ты теперь официальная покойница и если кто об этом узнает , не жить ни мне ни тебе.

- А, как же Тим? Он... он же думает, что я - умерла.

- Думает, но ему нельзя ничего сейчас говорить, он нас выдаст и тогда... Если тебя может быть муженек и спасет, то мне точно не жить...

- Я понимаю... Паша, спасибо тебе...

- Да, ладно, может там, - Паша кивнул на небо,- мне зачтут... А о муже не беспокойся, поживи, пока, здесь, а ему я сообщу, когда безопасно будет.

Павел уехал минут через пятнадцать, сославшись на сильную занятность. А Софья осталась с бабой Маней. Через пару дней она познакомилась с Петровичем - вторым жителем этого странного хутора. Софья быстро втянулась в деревенскую жизнь. Помогала бабе Мане с хозяйством и огородом, а по вечерам они кроили и шили приданное для малыша. Иногда к ним заходил Петрович. Тогда баба Маня доставала бутыль самогону, закуску. Для Софьи - компот или квас. Вот так и бежало время.... А ночами Софа думала о муже...

Павел приезжал, за все время Софьиного пребывания на хуторе, два раза. Узнав, как дела, рассказав сухие новости, уезжал назад.

Софья не могла определить свои чувства к нему. С одной стороны - он спас ей жизнь. А вот с другой стороны... от взгляда его полупрозрачных глаз она - леденела от ужаса. Внешне он был довольно симпатичным: волосы пшеничного цвета по плечи, достаточно накаченная фигура, мужественный подбородок с ямочкой. Впечатление портили его глаза, Софье порой казалось, что они не живые... застывшие...

Девушка прожила на хуторе уже два с половиной месяца, когда приехал Павел в четвертый раз.

- Ангел, пошли, выйдем нам поговорить надо,- сказал он сразу, как вошел, даже не поздоровался, и вышел из дома во двор.

Софья поспешила за ним: - Паш, что-то случилось?..

- Да. Случилось...

- Сстарик узнал, что я жива? - Соня обессилено опустилась рядом с ним на скамейку.

- Нет. С этим все в порядке, ты по-прежнему мертва...Тут - другое...Твой муж вчера женился.

- Чтооо? А как же я?.... Н-на ком?

- На Елене.

- Но, почему? Ведь еще трех месяцев не прошло? Как он мог? Так быстро забыть...

- Ангел, есть еще кое-что, что ты должна знать. У них будет ребенок, поэтому и со свадьбой поспешили.

- Р-ребенок?

- Да.

Павел продолжал еще, что-то говорить, но Соня его не слышала. - 'ТИМУР ЖЕНИЛСЯ!'

- Иди, приводи себя в порядок.

- Что? какой порядок?

- Ангел, я тебе уже полчаса объясняю, что тебя надо легализовать, документы тебе нужны.

- Документы?

- Да, ангел, тебе нужен паспорт, и для него мне нужны твои фотографии,- как маленькой объяснял Паша Софье.- Иди, приведи себя в порядок. Я фотоаппарат с собой привез. Сфоткою тебя.

Софья ела, пила, помогала бабе Мане по дому, отвечала на вопросы, но внутри себя она ощущала пустоту. Пусть они с Тимом расстались, пусть он кричал, ругался, но в одном она была уверенна ... в его любви, и вот ...его любви как оказалось, нет. И как теперь жить? Да и зачем, ведь жизнь снова разлетелась на миллион осколков, которые не склеить. 'Лучше бы Пашка тогда убил' - пришла в голову страшная мысль. 'Идиотка! - мужик, не успев похоронить, женился на другой! И что? У тебя есть ради кого жить - твой ребенок, твоя кровиночка! А он,... а он - пусть живет и будет счастлив. Отпусти. И... иди дальше' - одернула, себя она сразу.

Пашка стал приезжать все чаще и чаще, ничего ей не говорил, а просто всегда был рядом, незримой тенью. И даже, если его не было, Софья все равно, ощущала его присутствие рядом.

- На. Это - тебе,- протянул Паша девушке конверт .

- Что, это?- Софья с любопытством открыла конверт.

- Документы: паспорт, свидетельство о рождение и даже аттестат об окончание 'девятилетки'. Арсеньева София Андреевна.

- Спасибо Паш, они - как настоящие.

- А они и есть настоящие,- улыбнулся парень.

- Но, как?- растерялась девушка.

- По случаю достались, хозяйке они уже не нужны.

- Но...

- Никаких но, больше тебе знать необязательно. Искать ее никто не будет, она детдомовка, как и ты.

- Паш, ты же ее .... не это... ради документов???

- Вот, дурра-дурой, хоть и - ангел. Она проституткой была в одном из борделей Старика и померла от передоза. Я там случайно оказался. Документы смотрю, а там ... - она же почти что твоя тезка, да и ровесницы вы. Тебя точно крылатая братия охраняет. Так что бери и пользуйся. Вот, Так Софья Алексеевна Арельева окончательно умерла, а на ее месте появилась София Андреевна Арсеньева.

Где-то, через неделю, после отъезда Павла, к Соне подошла баба Маня.

- Сонюшка, детка скажи мне только правду.

- Да, баба Маня, конечно, о чем вы хотели спросить?

- Тебе Пашка мой хоть немного нравится, ну, как мужик бабе?

- Баб, Мань? Как вы...

- Ты не юли. Правду скажи - да или нет?

- Нет,- твердо сказала Соня.

- Ну, я так и думала, знаешь, что детка, уезжать тебе надо, пока беды не случилось.

- Какой беды?

- А той беды, что между мужиком и бабой произойти может. Или ты не видишь, какими глазами он на тебя смотрит? Езжай детка. Езжай. Документы у тебя есть, денег в дорогу я тебе дам, у меня, правда, немного...

- Спасибо. - Соня порывисто обняла старушку.

Петрович, по просьбе бабы Мани, запряг свою Гнедую и отвез Соню на станцию. Там она купила билет на ближайший поезд, идущий в противоположную сторону.

***

Время текло. Города сменяли друг друга. Соня нигде подолгу не задерживалась, перебиваясь случайными заработками. Ее беременности было уже семь месяцев. Она жила в маленьком городишке и работала в местном ресторанчике посудомойкой. Беременность протекала легко, без осложнений. Ребенок, как будто понимал, как трудно приходится маме. Хозяйка этого заведения неожиданно добро отнеслась к девушке. И, однажды, Соня узнала причину ее доброты. Та предложила ей продать не рожденного еще ребенка.

- Ты молодая у тебя еще вся жизнь впереди, - убеждала ее женщина.- Нарожаешь еще себе, когда на ноги встанешь, выучишься... Пойми, зачем тебе ребенок? Ты и так еле перебиваешься, а малышу столько всего нужно! У меня ему будет хорошо.

И опять - дорога, приюты для бездомных. Соня понимала, что одной ей не справится. И уже хотела позвонить Тимуру - попросить помощи. Пусть, у него теперь другая семья - она не на что претендовать не будет. Просто ей так нужна помощь ... она так устала бороться... Но тут кто-то, из знакомых, рассказал Соне о женском монастыре, где дают приют вот таким, как она обездоленным душам.

В монастыре ее приняли, не задавая никаких вопросов, Соня быстро втянулась в тамошнюю жизнь. Рано вставала и шла на службу, потом помощь на огороде или на кухне. Но работы девушка не боялась, она была ей даже в радость. Соня очень близко сблизилась с сестрой Ольгой, которая заведовала приютом. Тихая, спокойная женщина, смотрящая на всех с доброй улыбкой и заботливая по отношению к своим подопечным, как мать. Именно ей Соня рассказала свою историю...

- Все, что происходит в нашей жизни ниспослано к нам свыше. Смирись и живи дальше.

- Я живу, и он живет с другой.