Почти все предметы, найденные в сеноте, были, по-видимому, намеренно разбиты. Томпсон полагал, что майя придерживались обычая, широко распространенного среди древних народов: они «убивали» предметы, предназначенные для ритуальных приношений, т. е. ломали их так, чтобы «души» предметов могли сопровождать умершего, вместе с которым их клали [84].
Большинство ученых соглашается с гипотезой Томпсона. Произведения искусства, как и человеческие жертвы, должны были служить дарами народа в честь его божественных покровителей. Только благодаря церемониальной «смерти», разрушению от руки жрецов, «душа» предмета могла соединиться с душой умершего. Находки Томпсона не оставили никаких сомнений в том, что Священный сенот действительно был местом, где совершались человеческие жертвоприношения, сопровождавшиеся обрядами, описанными Ландой и Фигуэроа. Но его почти полувековые исследования в Чичен-Ице закончились рядом неудач. Между 1910 и 1930 гг. Юкатан то и дело потрясали политические перевороты и открытые мятежи. Во время одного из таких переворотов асьенда, в которой жил Томпсон и где находилась его лаборатория, была полностью разрушена. При этом безвозвратно погибли его великолепная библиотека по древностям майя и многие бесценные предметы, найденные среди развалин города. Позднее асьенду восстановили и сдали в аренду вашингтонскому Институту Карнеги в качестве базы для его обширной программы раскопок и исследований в Чичен-Ице. Вслед за этим между Томпсоном и мексиканским правительством возникли юридические осложнения но поводу предполагаемой стоимости предметов, добытых из Священного колодца. Некоторые оценивали «сокровище Томпсона» примерно в полмиллиона долларов. Но он твердо отклонил такие оценки, как «фантастические и преувеличенные», и указал на то, что стоимость клада может быть определена только в зависимости от его научной ценности. Однако мексиканское правительство не согласилось с его подходом к делу. Золотые предметы, возражало оно, имеют определенную рыночную цену, особенно золотые предметы древнего происхождения. Поскольку Томпсон отправил свою коллекцию на хранение а гарвардский Музей Пибоди, его имущество на Юкатане конфисковали и задержали до выплаты им около 500 тыс. долларов. Ему пришлось отказаться от своей усадьбы и от планов дальнейших исследований в Чичен-Ице [85].
«Я бы изменил своему долгу археолога,— писал он а свою защиту,— если бы я, считая, что научные сокровища лежат на дне Священного колодца, не воспользовался бы благоприятной возможностью и не попытался достать их, обеспечив таким образом их доступность для научного изучения... Я нарушил бы в равной степени свой долг ученого, если бы... пренебрег возможностью обеспечить их сохранность и постоянную безопасность». Обилие материала, добытого Томпсоном из Колодца Жертв, показывает, что человеческие жертвоприношения совершались там со зловещим постоянством. Исходя из резко выраженной склонности к жертвоприношениям в религии тольтеков, многие ученые склонялись к выводу, что ритуальное использование колодца началось лишь после захвата Юкатана ицами. Однако недавние исследования [86]поставили под сомнение эту гипотезу. Некоторые резные украшения из нефрита, найденные в глубинах колодца, бесспорно относятся к классическому периоду. Один предмет, изготовленный в городе Пьедрас Неграс, имел надпись с датой 706 г. н. э., а другой, происходящий почти наверняка из Паленке, датирован 690 г. и. э. Археологи были вынуждены задать себе вопрос, указывают ли нефритовые украшения на то, что пилигримы из столь отдаленных мест совершали путешествия к Колодцу Жертв в VII—VIII вв. н. э., или эти предметы прошли сквозь века, как тщательно хранимые реликвии и брошены в колодец в более позднее время?
Но пирамида с гробницей верховного жреца и могилами внутри явно тольтекского происхождения. Ее украшенные змеями баллюстрады изображают могущественного Кукулькана, а обычай убивать рабов и жрецов низшего ранга и хоронить их вместе со знатной персоной тесно связан с обычаями тольтеков. Находки Томпсона еще в большей мере подтвердили то, что уже начинали подозревать археологи его времени: тольтекская культура оставила глубокий след в великой столице майя Чичен-Ице. Решив исследовать Колодец Жертв, Эдвард Томпсон оказался в числе избранного меньшинства археологов, которые благодаря своим поразительным и бесспорным открытиям помогли установить достоверность легенд, и письменных свидетельств, на которые долгие годы не обращалось никакого внимания.
Томпсон стоит в одном ряду с такими гигантами археологии, как Генрих Шлиман, который упорно искал гомеровскую Трою на равнинах Гиссарлыка и именно там открыл город, описанный в бессмертном произведении греческого поэта, и с Джоном Ллойдом Стефенсом, ненасытное любопытство которого в отношении оклеветанных городов майя сделало его отцом той самой пауки, которой Томпсон посвятил всю свою жизнь.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ.
«ТЕМНЫЕ ГОДЫ» ИСТОРИИ МАЙЯ. ВНУТРЕННИЕ РАЗДОРЫ, ВОЙНЫ И УПАДОК
К 1200 г. н. э. северная часть Юкатана оказалась под игом ицев. Основные города полуострова — Ушмаль, Кабах, Сайиль и Лабна — пришли в упадок. В других местах усилиями жрецов сохранилось лишь несколько ритуальных центров. Из больших городов только Чичен-Ица продолжал процветать, как и прежде, благодаря благотворному влиянию культуры ицев.
Майя так и не смогли оправиться от того загадочного недуга, который привел к гибели их древние традиции и уничтожил духовные достижения их предков. После завоевания Юкатана ицами майя быстро лишились своей независимости. Начиная с X в. и вплоть до испанского завоевания последовательность событий на Юкатане нам почти неизвестна, так как мы располагаем лишь отрывочными сведениями из сомнительных источников. Но Чичен-Ица вряд ли был единственным крупным городом в этот период. Кроме того, нам известно, что после 1200 г. н. э. Чичен-Ица тоже постепенно приходит в упадок.
![Майя. Загадка исчезнувшей цивилизации gallenkamp_maya_29.jpg](https://litlife.club/books/163713/read/images/gallenkamp_maya_29.jpg)
По всему северному Юкатану встречается множество древних руин, о которых пауке почти ничего неизвестно, хотя некоторые из них упоминаются иногда в туземных хрониках. Один такой город фигурирует в доиспанских документах особенно часто. Речь идет о некогда цветущем городе Майяпане, а теперь — огромном, беспорядочном скоплении развалин примерно в 30 милях к югу от Мериды. Много лет этот город был загадкой для исследователей. Индейские хроники указывают, что Майяпан играл важную роль в истории майя накануне прихода испанцев. О нем часто говорится в книгах Чилам Балам и в рукописи епископа Ланды. Но археологи долго не делали никаких попыток выяснить его историю. А ведь именно Майя-пан могущественный правитель Хунак Кеель сделал центром своего огромного царства, в которое в конце концов вошел весь Юкатан.
Ланда так описывает происхождение Майяпана: «Этот Кукулькан, договорившись с местными вождями, основал другой город, где он и они могли бы жить и где сосредоточились бы все их дела и торговля. Для этой цели они выбрали очень хорошее место в 8 лигах от современного города Мериды и в 15 или 16 лигах от моря. Они окружили его очень широкой каменной стеной, оставив в ней только двое узких ворот. Стена была не очень высокой. Внутри, за этой оградой, они построили свои храмы. Крупнейший из них, подобный храму в Чичен-Ице, они назвали Кукулькан. Они построили и другой храм, круглый, с четырьмя дверями, непохожий на вое остальные храмы этой страны. Внутри ограды они построили дома только для вождей, между которыми была разделена вся страна. Каждый из них получил селения в соответствии с древностью своего рода и личными заслугами. Кукулькан дал городу не свое имя, как сделали Ах Ицы в Чичен-Ице (что означает „колодец Ицев"), а назвал его Майяпан, что означает „знамя майя"... Кукулькан жил в этом городе с вождями несколько лет. А затем, оставив их в мире и благополучии, он возвратился той же дорогой в Мексику. По пути он остановился в Чампотоне и в память о себе и о своем уходе воздвиг в море, на расстоянии хорошего броска камнем от берега, прекрасное здание, наподобие тех, что в Чичен-Ице. Таким образом, Кукулькан оставил о себе па Юкатане вечную память». И снова ученые столкнулись со знакомой проблемой, как определить достоверность легенд при воссоздании исторических событий? Предварительные археологические исследования в целом подтвердили ряд существенных деталей рассказа Ланды. Огромный город Майяпан действительно был окружен каменной стеной, а его основные ритуальные постройки были сосредоточены вокруг пирамидального храма, который во многом напоминал Храм Кукулькана в Чичен-Ице. Но гораздо больше сведений о Майяпане содержится в туземных хрониках. Около двух столетий на Юкатане господствовал, по-видимому, «Тройственный союз», состоявший из трех наиболее могущественных городов северной части Полуострова — Чичен-Ицы, Ушмаля и Майяпана. Этот крупнейший политический союз существовал примерно с 987 по 1194 г. н. э. Однако указанные даты толкуются в различных исторических источниках по-разному. Предполагается, что союз, получивший название «Майяпанская лига», в известной степени способствовал установлению стабильности в стране, охваченной внутренними раздорами и усобицами.
84
Это наблюдение подтверждается последующими исследованиями: например, у медных колокольчиков из Колодца Жертв были вырваны язычки, а многие металлические диски были разбиты на куски.
85
Симпатии автора находятся, попятно, на стороне его соотечественников. Но в действительности их «исследования» в странах Центральной Америки зачастую походили на открытый грабеж. Чего стоит, например, «сделка» Стефенса, купившего у индейца за 50 долларов целый город. Ранее археологи США и капиталистических стран Европы вывозили предметы и ценности, найденные ими при раскопках, к себе на родину. Теперь же почти из всех независимых государств Азии, Африки и Латинской Америки запрещено вывозить за границу археологические находки за исключением дублетов.
86
О последних работах мексиканских археологов в Колодце Жертв см. заключительную статью.