Но чем помогли и вся брань, и крик, и стучание по столу? Это не помогло ровно ничем! Тогда Безликий волшебник зарычал:
— Ха-а, я знаю, этот арестант надумал прятаться. Но я найду его! Да, черт побери, я найду его — и тогда-то он меня узнает!
Петросилиус Цвакельман щелкнул пальцами. Тут воловий кнут превратился в горящий факел. Размахивая факелом над головой, он пустился бегом вдоль и поперек по всему замку. Он искал во всех залах и комнатах, спускался в подвал и взбирался на чердак, высвечивал каждый закуток, заглядывал во все ниши и углы, под мебель и за занавески. Но сколько бы ни искал, ни переискивал и ни искал снова — не нашел ничего.
Внезапно великого волшебника пронзила одна мысль. Он поспешил столь быстро, как его несли ноги, прямиком в огород.
Действительно, там в нескольких шагах от ограды, посреди петрушечной грядки, лежала тирольская шляпа.
— Чума тебя забери!
Великий волшебник Цвакельман сжал кулаки и плюнул: с первого взгляда ему стало ясно, что произошло. Этот растяпа Сеппель, такой дурак, каких свет не видывал, все-таки осуществил это: он удрал!
Откуда он узнал, как это делается?
«Как бы то ни было, — подумал Петросилиус Цвакельман, — я должен действовать! Парень, должно быть, удивится, как быстро я снова получу над ним власть, у меня же его шляпа!»
Надо знать, что Петросилиус Цвакельман мог без труда перенести в свои владения колдовством любого человека, если что-то из его одежды оказывалось у волшебника в руках.
— За дело! — гневно воскликнул он и отбросил в сторону факел.
Он обеими руками схватил тирольскую шляпу и сломя голову кинулся в свой кабинет. Волшебный мел сюда! Теперь быстро начертить на полу магический круг и разделить его несколькими диаметральными линиями…
— Так — можно приступать!
Петросилиус Цвакельман положил шляпу в середину волшебного круга, точно в то место, где пересекались линии. Затем он отступил назад, поднял руки и принялся размахивать ими. Устремив взгляд на шляпу, он громовым голосом воскликнул:
![Разбойник Хотценплотц и перцовый пистолет i_045.jpg](https://litlife.club/books/163417/read/images/i_045.jpg)
Едва только великий волшебник Петросилиус Цвакельман произнес заклинание, как раздался сильный грохот. Из пола кабинета вверх ударило яркое пламя, и в самой середине волшебного круга, точно в том месте, где пересекались линии, показался Сеппель.
Настоящий Сеппель.
Тот, кому и принадлежала шляпа.
В левой руке он держал черный кожаный сапог, в правой руке он держал сапожную щетку.
Всё в полном порядке — владелец шляпы явился.
Но, однако, трудно сказать, кто из двоих в это мгновение имел более глупый вид: друг Касперля Сеппель или великий и злой волшебник Петросилиус Цвакельман.
Дал слово — держи
![Разбойник Хотценплотц и перцовый пистолет i_046.jpg](https://litlife.club/books/163417/read/images/i_046.jpg)
Еще только что Сеппель чистил сапог разбойника Хотценплотца — и вот вдруг он видит перед собой великого волшебника Петросилиуса Цвакельмана. Как же, ради всего святого, он в одно мгновение попал сюда из разбойничьей пещеры? И где же он очутился? Сеппель был так ошарашен, словно свалился с луны.
Но и у Петросилиуса Цвакельмана был вид довольно обескураженный. Что понадобилось совершенно незнакомому человеку в его волшебном круге? Невозможно, чтобы такое произошло; здесь что-то нечисто! С тех пор как он занимается колдовством (а это он делает по крайней мере лет вот уже пятьдесят), такого с ним еще не случалось.
— Ты кто такой, дьявол тебя возьми!
— Я? — спросил Сеппель.
— Да, ты! — прошипел Цвакельман. — И как ты попал сюда?
— Как я сюда попал, я и сам не знаю. Но я Сеппель.
— Ты Сеппель? Но это же совершеннейшая неправда!
— Каким образом?
— Каким образом? — зарычал Петросилиус Цвакельман. — Да таким образом, что Сеппель выглядит совершенно иначе! Уж я-то его знаю, он был у меня слугой. Эта шляпа здесь, — он указал на шляпу Сеппеля, которая лежала в волшебном круге на полу, — эта шляпа его.
— Эта шляпа? — спросил Сеппель. И вдруг его осенило, он даже засмеялся.
— Ты смеешься? — воскликнул великий волшебник. — Почему ты смеешься?
— Потому что мне теперь стало ясно, кого вы имеете в виду. Вы имеете в виду Касперля! Совсем как разбойник Хотценплотц! Тот тоже все время путал меня и Касперля.
Петросилиус Цвакельман насторожился. Из рассказа Сеппеля до него дошло, что они обменялись с Касперлем шапками. Он начал медленно понимать, как все тут связано одно с другим. Хотценплотц, следовательно, продал ему Касперля, потому что думал, что это Сеппель. Хорошенькая история! Тогда нет совершенно ничего удивительного, что он с помощью шляпы Сеппеля смог приколдовать сюда только настоящего Сеппеля, а не подставного.
— Тьфу ты, отбивная из вороны!
Великий волшебник рвал и метал. Вот так кашу заварил ему разбойник Хотценплотц! Однако есть же еще выход из этого затруднительного положения. Ему достаточно только иметь Касперлеву шапочку с кисточкой, чтобы суметь выколдовать сюда и Касперля.
У Сеппеля ни в коем случае не должно возникнуть подозрения, поэтому Петросилиус Цвакельман решил пойти на хитрость.
— Если я должен поверить тебе, что ты действительно Сеппель, то докажи это!
— С большой охотой, — заявил Сеппель. — Вам только следует сказать мне, как я могу это сделать.
— Ну, очень просто. Ты должен дать мне шапочку Касперля.
— Шапочку Касперля? Это не получится.
— Почему не получится?
— Да потому, что ее сжег разбойник Хотценплотц!
— Сжег? — спросил Цвакельман.
— Да, — подтвердил Сеппель. — Он на моих глазах бросил ее в огонь. Из одной лишь злости!
— Из злости? — Великий волшебник так ударил кулаком по столу, что тот только затрещал. — Из дурости! Из непонимания! Ох, этот Хотценплотц, этот проклятый болван! Теперь хоть на стенку лезь!
Петросилиус Цвакельман несколько раз с громкой бранью пробежал вперед и назад по своему рабочему кабинету. Потом остановился перед Сеппелем и спросил его:
— Это чей сапог у тебя в руке? Это сапог Хотценплотца?
— Конечно, — сказал Сеппель.
— Тогда давай его сюда, давай сюда! Я хочу сию же минуту разобраться с этим неудачником!
Петросилиус Цвакельман спешно начертил новый волшебный круг. Точно в том месте, где пересекались линии, он поставил на сей раз сапог разбойника Хотценплотца. Он снова поднял руки и замахал ими в воздухе, при этом выкрикивая громовым голосом:
И на сей раз результат заклинания не замедлил сказаться. Раздался треск, взметнулось острое пламя — ив середине волшебного круга, словно выросший из-под земли, стоял разбойник Хотценплотц. На нем были его теплый домашний халат и длинные носки. В первое мгновение лицо у него тоже было неописуемо озадаченное, потом он начал смеяться.
— Цвакельман! — воскликнул он. — Ха-ха, старый проказник, ты мне нравишься! Вот это, я понимаю, волшебник! Запросто выколдовал меня из моей пещеры в свой кабинет! Погляди-ка, и Касперль тоже здесь! А я себе уже голову сломал, куда он запропастился…
— Молчать! — прервал его великий волшебник Петросилиус Цвакельман. — Во-первых, это Сеппель, а никакой не Касперль, и, во-вторых, немедленно прекрати свой идиотский смех, иначе я за себя не ручаюсь!