Вдруг Сеша почувствовала, что ее руку кто-то накрыл ладонью. Она подскочила и закричала бы, если бы невидимая рука не дотронулась до ее губ.
— Я их остановлю, — прошептал кто-то ей на ухо. Дыханье говорившего обожгло ей щеку. — Не надо отдавать им победу, пока они ее не завоевали.
А потом он ушел, оставив Сешу наедине с сомнениями, не сошла ли она с ума.
Квинн сидела с компасом в руках на переднем сиденье Гарриного джипа, Гермиона была за рулем.
— Эм... резко влево! — велела Квинн.
— Не могу, там нет дороги.
— Мы на джипе или нет?
Гермиона испуганно на нее глянула, потом собралась с духом и свернула с магистрали на заросшее травой поле Кента:
— Ну, держись!
— Погоди! Стоп! — Гермиона вжала в пол педаль тормоза, а Квинн привстала с сиденья, обернувшись вокруг и держа компас в вытянутой руке. — Он двигается!
— Бл*ть! — крикнула Гермиона, стукнув кулаком по рулю. — Он что, больше часа на месте посидеть не может?
— Подожди... — Квинн стоя следила за компасом, пока Гермиона нетерпеливо ерзала на водительском сиденье, пальцами вцепившись в руль. — Есть! Назад, на дорогу!
Гермиона крутанула баранкой и нажала на газ, Квинн взмахнула руками и плюхнулась на сиденье.
— Направление?
— Пока просто едь по дороге.
Какое-то время они ехали молча, Квинн сверялась с компасом, а Гермиона гнала машину изо всей мочи. Спешка овладела ими обоими и уже несколько дней становилась все сильнее благодаря успевшим надоесть событиям, которые не уставали повторяться все снова и снова. Едут они в направлении, указываемом компасом, подбираются к цели вплотную, а потом стрелка начинает крутиться, компас снова становится белым — Гарри аппарирует и вновь от них ускользает. Они объездили всю страну, даже за Пролив смотались. Нервы у Гермионы были уже на пределе, и из-за всех этих “почти поймали” даже Квинн не могла шутить. Каждый раз, когда так случалось, она неустанно повторяла себе, что это хоть значит, что он еще не мертв... и что наводящий талисман еще на месте. Он гонялся за Аллегрой, это было ясно. Идя по его следу, они имели возможность лицезреть привлекавшие его разрушения и трагические смерти... визитки безжалостных темных сил, наращивавших силу и темп.
Белая молния метнулась за джипом, Гермиона от неожиданности подскочила, и машина тут же ушла в занос. Побеспокоивший их белый объект догнал машину — это была Хедвига.
— Забирайся, — пригласила Гермиона. Хедвига влетела в джип и устроилась между передними сиденьями, бросив Квинн на колени записку. Потом сова снова поднялась и улетела прочь.
— Это тебе, — сказала Квинн. Гермиона свернула на обочину и, хмурясь, взяла послание. Она сковырнула печать и достала записку. — Что там? — не произнеся ни слова, она подала Квинн бумажку всего с двумя словами на ней: Карфакское Аббатство. — Карфакское Аббатство? — недоуменно произнесла Квинн. — Это, случайно, не та церковь, которую, по легенде, хотел купить граф Дракула?
— Она самая, — подтвердила Гермиона, кладя записку обратно в конверт. — Но это место существует на самом деле, это заброшенный монастырь в Кенте. Он был центром восстания манделовцев (приверженцы некой колдовской “партии” — прим. пер.) в 1232м во время беспорядков пост карфагенского периода. Между колдунами того времени существовали определенные разногласия по поводу справедливости мер, которые будет предпринимать Ягерская Конвенция по вопросам псевдо-колдовства. Это привело к множественным потасовкам и, наконец, к восстанию, которое, в конечном счете, было подавлено.
— Эй, ты, по-моему, заговорилась. Хватит мечтать.
— Сама история не важна, важно то, что Карфакс — довольно важное историческое место в колдовском мире.
— А кто записку-то послал?
— Не знаю... но почерк тот же, что и на записке, где было написано “Спеллбаунд Букс”.
Две женщины обменялись задумчивыми взглядами.
— Кто-то водит нас за нос, Гермиона. Мне это не очень нравится.
— Мне тоже... но я верю Хедвиге. И после первой записки ничего плохого не случилось; я только рада, что узнала правду о Джеральде... по крайней мере, часть правды, — она кивнула на компас. — Куда там?
— На северо-восток, в Шотландию.
— Хмм. Кент в другой стороне, — она посмотрела на спутницу. — Что думаешь?
— Ну... если поедем по компасу, скорее всего, снова его потеряем. Но... нам неспроста послали эту записку про Карфакское Аббатство, это должно относится к нашим поискам. Если мы сейчас поедем туда...
— То сможем добраться до места раньше него, — Гермиона завела джип. — Будем надеяться, что в этот раз наши дороги пересекутся.
— Неплохо бы для разнообразия, да?
Гарри по-турецки сидел за большим деревом, отмахиваясь от комаров и внимательно прислушиваясь к шепчущей лозе у своего левого уха. Примерно в сотне футов от него на поляне стояла небольшая хижина, принадлежащая члену Круга; сегодня, чуть раньше, он проследил Торго, любимую марионетку Аллегры, от места двойного убийства в Уэссексе прямо до сюда. Со своей позиции Гарри мог наблюдать за хижиной через подзорную трубу, а с помощью лозы ему было слышно все, что говорили внутри.
Ему часто становилось интересно, что бы сказали магглы, если б узнали, что их выражение “у кустика слышал” (в ответ на “откуда ты знаешь?” — прим. пер.) пришло из колдовского мира, от колдовского сорта винограда: шепчущая виноградная лоза. Посадите одну часть черенка рядом с собой, а вторую — рядом с людьми, за которыми вы следите, произнесите парочку заклинаний, и через десять минут лоза созреет и будет слово в слово передавать вам все, что говорят объекты... даже тембры голосов сохранит.
Гарри глянул в трубу, предоставлявшую ему чудесный вид в окно в гостиной. В комнате увлеченно совещались три колдуна и одна ведьма. Гарри еле сдерживался, чтобы не запрыгать от радости: они, сами того не осознавая, выдавали столько секретов! Трех собеседников Торго он не узнавал, но уже присвоил каждому имя.
— Нет, хранилище где-то в Америке, — говорил Торго. — Сначала нам нужны открывающие заклинания.
Мистер Могавк (это такое племя индейцев — прим. пер.) нервно расхаживал по комнате и возмущался:
— Черт бы побрал эту стерву, она что, сама не может сделать свою грязную работу?
— Тсс! — прошипела мисс Подводка (это которая для глаз — прим. пер.). — Не называй ее так!
Гарри улыбнулся, услышав, что Аллегру называют этим словом — он и сам его к ней применял.
— Ай, да ну, она все равно нас не слышит, — отмахнулся Могавк.
— Откуда тебе знать, у нее повсюду шпионы.
Не у нее одной, подумал Гарри.
— Да мы, бл*, посреди леса!
— Где то место? — спросил мистер Однобров. Кажется, он тут был главным — когда он заговорил, остальные тут же переключили внимание на него.
— В Кенте. Аббатство... короче, какое-то Аббатство. Координаты мы получим завтра утром.
Гарри нахмурился. Аббатство в Кенте. Карфакское Аббатство? Это обеспокоивало.
— Я уже устала тут сидеть и ничего не делать, — пожаловалась Подводка.
— Вы о Поттере слышали? — сказал Могавк. Гарри навострил ушки.
— А что с ним?
— Дурак в самоволку пошел. Аллегра говорит, что он уже совсем с катушек съехал.
— Не верю. Нам не может так повезти.
— Как бы я сам хотел надрать ему задницу.
— Ой, хватит бахвалиться, он бы тебя в лепешку расшиб, и даже не вспотел бы.
Гарри улыбнулся. Роскошь знать, что о тебе на самом деле думают враги, раньше он не мог себе позволить.
— Все равно. А знаете, что Аллегра раньше с ним спала?
— Ну-ну, давай заливай!
— Я серьезно. Когда она еще вся такая хорошая была.
— Фу. И все равно, интересно, — сказала Подводка.
— Чего интересно?
— Каков такой ханжа в постели.
Это заявление встретил дружный возглас отвращения.
— Ну спасибо, мне и без этой картинки в голове неплохо жилось! — проорал Могавк. Гарри пришлось заткнуть рот кулаком, чтобы не выдать себя громким хохотом.