В ноябре 1918 года Япончик сосредоточил в своих руках огромную власть: ему подчинялись все предместья Одессы и уголовники, которых насчитывалось 15 тысяч. Контроль над ворами, «патронаж» спекулянтов, проституток, шулеров, валютчиков приносили громадные деньги. Япончик объединил весь уголовный мир Одессы, стал «королем». Гетманская полиция Одессы завела дело о «похождениях короля». Расследование его деятельности завершилось решением о высылке Япончика и его жены за пределы Украины. Но он бежал из-под ареста, ушел в глубокое подполье. Большевик Акулов сообщал: «Большие услуги штабу ВРК в доставке оружия оказывал Мишка Японец, который за сравнительно небольшую плату продавал штабу, главным образом, лимонки и револьверы».
12 декабря 1918 года власть гетмана Украинской Республики в Одессе пала, и в город ворвались петлюровцы. В это же время в порту высадились войска Антанты. Япончик решил воспользоваться ситуацией и со своей тысячной «армией» уголовников штурмовал полицейский участок (выпустил 56 заключенных) и одесскую тюрьму, в которой сидело 700 заключенных-уголовников. Охрана тюрьмы была буквально растерзана, начальник тюрьмы сожжен, все дела преступников – уничтожены. Новая украинская власть, узнав о разгроме тюрьмы, срочно бросила на поимку преступников полк солдат и два броневика. У стен тюрьмы завязался бой между бандитами и петлюровцами, но большинство бандитов скрылись. 16 декабря 1918 года Япончик обратился с новым воззванием к преступникам Одессы, призвав их не грабить рабочие кварталы. 18 декабря 1918-го белогвардейцы и части французских интервентов оттеснили украинские войска из Одессы. В городе устанавливается двойная власть – французского командующего и белого генерала. В разгар уличных боев между белыми и петлюровцами Япончик ограбил казначейство на миллион рублей. Новая власть решила очистить Одессу от уголовно-революционных шаек. Облавы и расстрелы без суда стали обычным явлением для Молдованки. Тогда Япончик направил губернатору Одессы письмо-просьбу: «Мы не большевики и не украинцы. Мы уголовные. Оставьте нас в покое, и мы с вами воевать не будем». Но губернатор Одессы генерал Гришин-Алмазов твердо решил «искоренить преступность». На белогвардейские репрессии бандиты ответили «бандитским террором» – Япончик и его «армия» начали в Одессе «партизанскую» борьбу против белых и французов. Япончик распространял слухи о том, что в «бандитской армии состоит 10 тысяч человек». За его голову белогвардейцы обещали 100 тысяч «наградных» рублей.
Япончик через Котовского и анархиста Анатолия Железнякова заключил союз с подпольным ревкомом Одессы, который получил от Япончика 80 револьверов, несколько винтовок и 200 гранат. Япончик помогал подполью выкупать большевиков из тюрем, уничтожал провокаторов-предателей, «отстреливал» белых офицеров. Часть отобранных у буржуазии денег он передавал на закупку хлеба для голодающих Одессы. Когда в начале апреля 1919 года части красных повстанцев и Красной армии штурмовали Одессу, «армия» Япончика ударила по белым с тыла, подняв восстание на Молдаванке. Против Япончика белогвардейцы бросили две тысячи штыков и два броневика. Вскоре в Одессу ворвались отряды красного комдива атамана Григорьева.
Япончик, как «старый революционер», был назначен на командную должность в советскую Заднепровскую дивизию, вскоре он – командир 56-го Жмеринского полка. Но этот полк был разбит петлюровцами под Тульчиным, Япончик попал в плен. В мае 1919-го он бежит из плена и становится командиром советского бронепоезда, который был направлен на подавление восстания, поднятого атаманом Григорьевым.
В начале июня 1919-го Япончик явился в Особый отдел ЧК 3-й Украинской Красной армии и предложил организовать отряд из числа своих приверженцев «для защиты революции». Это предложение поддержал реввоенсовет 3-й армии, и Япончику было разрешено сформировать батальон особого назначения из одесских бандитов. Когда число добровольцев в отряде Япончика превысило тысячу, батальон был развернут в 54-й имени Ленина (!) красный стрелковый полк 3-й Украинской Красной армии. Полк насчитывал 2200 бойцов, 40 пулеметов, конную сотню, был даже полковой оркестр. Командиром полка остался «товарищ Мишка», а комиссаром был назначен секретарь Одесского исполкома анархист Фельдман. Тогда Япончик даже сделал заявление в местной газете, в котором говорилось: «…буржуазия, привыкшая грабить бедняков, сделала меня грабителем ея, но именем такого грабителя я горжусь, и покуда моя голова на плечах, для капиталистов и врагов народа буду всегда грозой». В полк Япончика было зачислено 132 коммуниста, мобилизованных губкомом КП(б)У для воспитательной работы. Однако большинство коммунистов отказались вступить в полк, ссылаясь на то, что пребывание в бандитском полку опасно для жизни.
В июле 1919 года полк Япончика использовался как карательный отряд для подавления крестьянских восстаний. Совет обороны Одесского военного округа направил полк Япончика на «петлюровский фронт» в 45-ю дивизию Якира. Комендант Одессы большевик Мизикевич наградил Япончика от имени Совета обороны серебряной саблей с революционной монограммой и именным красным знаменем. Когда началась погрузка полка в эшелон, выяснилось, что не явилось около 700 одесских воров. По дороге на фронт сбежали еще несколько сот «боевиков», а до фронта доехало 704 бойца.
Полк Япончика участвовал в боях против армии Петлюры у станции Вапнярка 26–28 июля 1919 года. Первый день боев был для Япончика удачным, его полк развил наступление на Крыжополь. Но на следующий день петлюровцы обратили Япончика в бегство. «Боевики» заявили, что их предала Бессарабская бригада Котовского, и потребовали вернуть полк в Одессу. Часть бывших уголовников, бросив Япончика, бежала в Одессу, часть ушла в окрестные села на «реквизицию».
Комдив Якир решил расстрелять Япончика как «контрреволюционера и паникера». Он направил Япончика с остатками полка в штаб армии в Киев, рассчитывая арестовать его по дороге, а полк разоружить. Путь в Киев для эшелона Япончика был закрыт, его перекрыли петлюровцы и повстанцы. В столицу Япончик ехать не собирался, потому что знал, что там его ждут арест и застенки ЧК. Он отобрал 116 преданных «боевиков» в свою личную «охранную сотню» и отбыл поездом на Ольвиополь. Япончик мечтал прорваться в Одессу и… стать ее «королем»…От станции Помашная он поворачивает эшелон на Одессу. Командование приказало догнать беглецов и наказать виновных в бегстве с позиций по всей строгости военного времени. Комиссар Фельдман с особым отрядом ринулся в погоню, всем военкомам станций было предписано блокировать поезд Япончика. Далее обратимся к докладу уездвоенкома М. Синюкова Одесскому окружному комиссару по военным делам:
«4 августа 1919 года я получил распоряжение со станции Помашная от командующего внутренним фронтом т. Кругляка задержать до особого распоряжения прибывающего с эшелоном командира 54-го стрелкового советского украинского полка Мишку Японца. Во исполнение поручения я тотчас же отправился на станцию Вознесенск с отрядом кавалеристов Вознесенского отдельного кавалерийского дивизиона и командиром названного дивизиона т. Урсуловым, где распорядился расставить кавалеристов в указанных местах и стал поджидать прибытия эшелона. Ожидаемый эшелон был остановлен за семафором. К остановленному эшелону я прибыл совместно с военруком, секретарем и командиром дивизиона и потребовал немедленной явки ко мне Митьки Японца, что и было исполнено.
По прибытии Японца я объявил его арестованным и потребовал от него оружие, но он сдать оружие отказался, после чего я приказал отобрать оружие силой. В это время, когда было преступлено к обезоруживанию, Японец пытался бежать, оказал сопротивление, ввиду чего был убит выстрелом из револьвера командиром дивизиона. Отряд Японца, числом 116 человек, арестован и отправлен под конвоем на работу в огородную организацию».
Легендарный Япончик послужил прототипом для «короля» одесских бандитов Бени Крика – одного из главных героев Исаака Бабеля. В 1926 году вышла киноповесть И. Бабеля «Беня Крик», а в следующем году режиссер В. Вильнер на Одесской кинофабрике снял художественный фильм «Беня Крик». Известный куплетист Владимир Коралли вспоминал: «Знаменитый “король” одесских налетчиков Мишка Япончик был одной из ярчайших личностей старой Одессы. Это был колоритный тип романтического разбойника и афериста… О Мишке Япончике рассказывали разного рода романтические истории. Говорили, что он не грабит врачей и артистов, любит ходить в театр, кино и на дивертисменты. А его “мальчики” работают очень картинно: на вечерах и маскарадах появляются в смокингах, ничем по облику не отличаясь от господ, и вежливо просят дам и кавалеров расстаться с драгоценностями. Никакой грубости, хамства, а тем более насилия не допускают, только поигрывают своими никелированными браунингами. Для маскировки налетчики иногда облачались и в студенческую форму…