- Я тоже так думаю. Кстати, на лице Объекта просматриваются следы натурального загара. Шатер, сколько у меня времени?
- Максимум три-четыре дня, подводная лодка сейчас уже в Мраморном море. Чтобы дойти до Крыма, ей понадобится пройти Босфор, а там не все так просто с гидрологией, но будем считать что им удастся пройти без задержек. Поэтому ориентируйтесь на три-четыре дня. Действуйте быстро, если это будет необходимо мы готовы прислать спецпредставителя, если в Симферополе восстановят взлетно-посадочную полосу, установить регулярное сообщение, несмотря на погодные трудности.
Полковник подумав, добавил.
- У Объекта была странная просьба.
- Слушаю тебя.
- Он готов обменять продукты на один или два боевых вертолета МИ-24 или МИ-8, но согласен и на более ранние вертолеты в любых количествах.
В трубке раздался хохот.
- Береза это самая лучшая новость которую мы сегодня слышали.
- Почему?
- Объект тебе открытым текстом сказал что он действительно добился прорыва в проекте "Искупление". В нашем мире ему не нужна боевая летающая техника, она же долго не проживет. А вот в другом мире, вполне пригодится и главное ему есть чем оплачивать закупки. Сами же говорили, что они собирают любую боевую технику, ремонтируют и куда-то отправляют. Скажешь ему, что если надо мы расконсервируем тяжелые транспортные самолеты и доставим в Симферополь все что закажет. Главное установить контакт, раньше чем это сделают смежники. У них был сильный взрыв в центре, где проводились исследования по "Искуплению" и видимо они много чего потеряли. В общем, Береза, я вам даю самые широкие полномочия - время не терпит.
Пока посланец ГРУ ГШ Министерства обороны Российской Федерации докладывал своему руководству и прорабатывал тактику дальнейшей деятельности, я занялся срочными делами, которые требовали немедленного решения, и обязательно моего участия. В тоже самое время пришла шифрограмма от полковника Лукичева, в которой он почти в открытую напрашивался в гости с парой своих товарищей. Еще он обрадовал тем, что умудрился довести до сведения руководства моего недавнего российского визитера сведения о недопустимости каких либо силовых действий, в противном случае они будут иметь дело со специальными подразделениями военно-морской разведки и практически всем имеющимся в наличии составом аэромобильных войск Украины.
Таким скромным способом Лукичёв известил меня, что определенная информация по установкам перемещения во времени была доведена до командования сил быстрого реагирования и народ весьма энергично отнесся к перспективе переселения в прошлое, даже к товарищу Сталину на прокорм. Это конечно не могло, не радовать, но делалось за моей спиной. Как я и ожидал, Лукичёв поставил меня просто перед фактом, стараясь даже в таком виде потихоньку перетягивать управление проектом на себя. Пришлось показать зубы, сообщив, что будут приняты только командиры, числом не более четырех и обязательно с подарками в виде бронетехники, мобильных комплексов ПВО. На что получил достаточно зубоскальный ответ, в котором полковник вещал, что в ближайшее время наша гопкомпания станет богаче на один комплекс С-300, снятый с глубокой консервации специально для нас. Я не удержался и заржал. Умеют ведь когда хотят найти то, что нужно, хотя жаль, что вертолетов нет. Их и в довоенные времена на Украине не много-то было, а сейчас и подавно ничего не сохранилось.
В это же время передо мной достаточно актуально стояла проблема спасения окруженных под Вязьмой войск Красной Армии. Я забросил многие вопросы, переложив их на своих заместителей и полностью занялся разработкой и техническим исполнением пространственно-временного маяка, что должно было сильно повлиять на наш статус, и основательно изменить геополитическую картину мира. Хотя, если честно, то я боялся давать в руки Сталина и Берии такой инструмент завоевания мира, поэтому одновременно тщательно продумывал возможность закладки ограничений на использование системы. В это же время с той стороны пришло сообщение, что Олег Дегтярев с переселенцами удачно достиг конечной точки, убедился в приемлемых условиях содержания, остался доволен и в данный момент с группой возвращается в Оренбург. Это не могло не радовать, потому что полностью доверенных людей осталось не так уж много и когда в ближайшее время тут объявятся множество всяких товарисчей с большим количеством звездочек на погонах, мне понадобится полная и беспрекословная поддержка.
С помощью наших, весьма производительных бульдозеров, была быстренько построена импровизированная взлетно-посадочная полоса, на которую сразу же были переброшен истребительно-авиационный полк, в задачу которого входила охрана воздушного пространства вокруг нашей базы. Чтоб в случае опасности они не попали под раздачу "Тунгуски" и двух "Шилок, которые мы собирались привлечь для обороны базы, начали разрабатывать систему распознавания "свой-чужой". Также, по договоренности с руководством СССР этот полк должен был стать прототипом для новой боевой единицы ВВС СССР. Наши специалисты с диким энтузиазмом, по-другому это никак не назовешь, сразу принялись за модернизацию самолетов. В основном на них ставились новые цифровые радиостанции с системой шифрования, радиомаяки, приборы ночного видения, тепловизоры, которые превращали истребители в мощных ночных охотников. При этом отрабатывался вопрос разработки глобальной системы управления воздушном боем. Для этого должны были использоваться данные радаров, звукометрической разведки, постов наблюдения, все это собиралось, классифицировалось и выводилось на большие плазменные панели. Учитывая старые договоренности, на базу под Оренбург перетащили через порталы, сняв крылья, большую часть уцелевших бомбардировщиков Черноморского флота. Здесь они по опробованной в Севастополе схеме, с использованием авиационных пушек с подбитых БМП-2, стали переделываться в ночные охотники, которые очень неплохо себя зарекомендовали. По личной просьбе наркома внутренних дел Берии мы должны были в ближайшее время модернизировать и подготовить эскадрилью таких охотников для воздушной обороны Москвы.
Помимо всего прочего много внимания уделили организации системы безопасности поселка. Вся территория была поделена на несколько зон по американскому принципу, как в Ираке: внутренняя зеленая зона, с максимальной степенью безопасности, охранялась нашим спецназом. В желтой зоне за безопасность отвечал специальный отряд войск НКВД, красная зона охранялась обычными армейскими подразделениями, в задачу которых входил контроль дальних подступов к нашему поселку.
На следующий день после визита полковника ГРУ, мне сообщили, что в гости летит сам товарищ Берия и хочет лично осмотреть, что мы тут наворотили и посмотреть на наш мир.
Вы принципе я его понимал: хотелось самому лично посмотреть и как мне кажется, наедине поговорить насчет пространственно-временных маяков и их использования в военных целях. Ведь по сути дела это было чуть ли не абсолютное оружие, которое позволяло бить противника всегда в самом слабом месте.
Пока мы готовились к приему высокого гостя, служба радиоперехвата доложила, что на связь вышел полковник Семенов с просьбой встретиться еще раз на старых условиях. Судя по скорости, с которой он хочет пообщаться, у него жесткие временные рамки, значит, подводная лодка уже где-то в черном море и он хочет получить гарантии нашей лояльности раньше, чем здесь появятся ФСБ-шники. Я не сомневался что аналитики ГРУ давно уже просчитали необычное поведение, наличие скоропортящихся продуктов, которые нельзя сейчас нигде вырастить, количество топлива, и другие мелочи, которых вроде как у нас не должно быть, и сделают соответствующие выводы. Значит, логически рассуждая, они сначала пытаются договориться, если не получится, попытаются давить авторитетом и бряцать оружием, а вот тут как раз и понадобится Лукичёв с его друзьями. Пока все складывается вполне контролируемо, но все равно надо подстраховаться. Поэтому Санька Артемьев все время мотается по окрестностям Симферополя, изображая шумную деятельность, а на самом деле подготавливая для нас пути резервного отхода…