— Расскажи обо всем! Но не забывай о дороге. Господь не любит ротозеев!
Отец-наставник, внимательно глядя по сторонам, слушал.
Город навалился на них так же, как пуховая подушка, влажная от пролившихся слез, наваливается на спящего. Невзирая на усиливающийся мороз, в машине стало жарко.
— Включи кондиционер! — попросил отец Климент.
Флоран нажала кнопку.
— А теперь ответь на один вопрос: кому выгодна смерть твоих родителей?
Отец Антоний молча смотрел на стоявших перед ним людей. Перекрестив их, он повернулся лицом к алтарю и опустился на колени. Шелковая фиолетовая ряса темнела на фоне золотистых икон черничной каплей. Холодный кафель жег колени, напоминая о несогреваемой вечности, ждущей всех смертных за ближайшим поворотом. Рид, глядя на Флоран и отца Климента, преклонивших колени у алтаря, тоже не удержался — откинув полы пуховика, встал на колени и склонил голову.
Отец Климент молча покосился в его сторону, потом повернулся к Флоран и опустил веки — мол, хорошо! Все идет как надо.
Флоран повторяла за отцом Антонием слова молитвы, ловя себя на ощущении того, что с появлением Рида и приездом отца-наставника все происходящее приобрело новый смысл. Точно Господь наконец-то обратил внимание на ее мытарства и прикоснулся к ее судьбе божественной дланью.
Настоятель прочел молитву, встал. Отец-наставник извинился и на время уединился с отцом Антонием. Они стояли за монументальными храмовыми колоннами, негромко разговаривая. Голоса напоминали шум льющейся воды — святые отцы что-то горячо обсуждали.
Рид сидел на полированной от частого сидения скамье, держа Флоран за руку. В ее душе воцарился покой. Окружающие Флоран мужчины знали свое дело, и теперь она могла какое-то время позволить себе просто плыть по течению.
— Флоран, тебе известно о моих чувствах? — вдруг повернулся к ней Рид.
Величественные иконы с ликами Богоматери, смиренные фигуры святых и мучеников, потрескивающие свечи, судя по всему, придали ему решительности.
— Рид, я с таким удовольствием читала твои письма! — Флоран сжала его пальцы и почувствовала ответное пожатие. — Но с удовольствием выслушаю тебя снова.
Рид с улыбкой посмотрел на Флоран.
— Я тебя люблю и хочу, чтобы ты стала моей женой! — Он наклонился и поцеловал Флоран. — Тем более что ты теперь совсем не богата. И здесь, в этом величественном месте, я хочу услышать твой ответ: да или нет?
— Да, Рид! Конечно же да! — воскликнула Флоран, целуя его в губы.
Молодые люди, не замечая никого вокруг, слились в поцелуе.
Запели птицы, райские кущи окружили их своим благоуханием, святые и мученики с молчаливым восторгом взирали на них.
— А может, попросим отца Антония, чтобы он нас обвенчал? — сказал Рид.
За их спинами кто-то кашлянул.
Флоран и Рид стыдливо отодвинулись друг от друга — неподалеку стоял отец-наставник.
— Так, голубки! — улыбнулся отец Климент. — Отогрелись? Нам пора! — Он вопросительно смотрел на Флоран, не понимая причину ее загадочной улыбки.
— Отец Климент, мы хотим попросить... — смущенно протянул Рид.
— Ну? — отец-наставник повернулся к нему. — Под сводами храма можно получить ответы на все вопросы.
— Мы хотим обвенчаться, — сказала Флоран. — Прямо сейчас.
— Да, — поддержал ее Рид. — Не сходя с этого места.
Отец Климент, загадочно улыбнувшись, покачал головой.
— Не сходя с места, Рид, можно провалиться сквозь землю. А католический храм не самое подходящее место для этого. Да и вам еще жить и жить! — Он посмотрел по сторонам, словно призывая в свидетели незримых обитателей храма. — К тому же мне кажется, что ваш срок еще не наступил! Нет, конечно, если вы...
— Вы полагаете, мы не подходим друг другу? — испуганно спросил Рид.
— Я бы так не сказал, — улыбнулся отец Климент. — А вот небольшое испытание вам не помешает. Пойдемте, я знаю, где его найти. — Он развернулся и направился к выходу.
Флоран и Рид, поспешно вскочив, последовали за ним.
Отец Антоний, вышедший из-за колонны, услышал шум шагов и с печальной улыбкой посмотрел им вслед. Старый священник даже по звуку шагов, раздающихся под сводами его обители, мог определить внутреннее состояние прихожан и тяжесть их грехов. Но этот ритмичный топот с головой выдавал настроение недавно побывавших здесь прихожан: это были молодые, счастливые и чистые сердцем люди. Таким место в раю.
Разумеется, только после того, как они пройдут испытания. Хотя отцу Антонию почему-то казалось, что они с честью справятся с этой задачей.
Отец-наставник с любопытством озирался по сторонам. Рид, сидевший сзади, внимательно наблюдал за ним. Ему было интересно — какие испытания имел в виду духовный наставник колледжа Святого Креста.
— Отец Антоний был знаком с Грегори Рейдом. — Отец Климент посмотрел на Флоран. — Он уверен, что этот истинно верующий человек не мог поступить подобным образом по отношению к любимой дочери. Это невозможно.
Флоран промолчала. Ей тоже казалось, что здесь что-то не так. Но как это доказать?
Макдуган по закону обязан произвести экспертизу, определяющую подлинность завещания. Но раз он не заявил протест, следовательно, завещание подлинное.
— Куда мы едем?
Отец Климент ткнул пальцем в темное здание, возвышавшееся в конце улицы.
— Это полицейское управление?
— Оно самое! — процедил сквозь зубы Рид.
— Значит, туда!
Флоран с удивлением глянула на отца-наставника: он свободно ориентировался в хитросплетениях городских улиц.
— Не надо удивляться. — Отец Климент внимательно разглядывал прохожих. — У меня прекрасная топографическая память! Я еще в школе и в управлении лучше всех запоминал карты, схемы, маршруты. И в этом нет моей заслуги — это от Господа. — Он положил на плечо Флоран руку. — По-моему, этот человек ждет нас. Тормози.
Машина Флоран прижалась к тротуару. К ним подошел невысокий крепыш в темной куртке с поднятым воротником, приветливо улыбнулся.
Отец Климент открыл дверцу, пожал руку подошедшему.
— Лейтенант Коллинз?
Это был мужчина лет тридцати пяти, с короткой стрижкой.
— Так точно! Вы отец Климент?
— Он самый. — Отец-наставник повернулся к Риду. — Подвиньтесь, Рид, лейтенант поедет вместе с нами.
Коллинз забрался на заднее сиденье.
— Ник! — представился он. — Значит, сейчас едем на запад.
— А точнее? — повернулась к нему Флоран.
— Здесь все свои, — сказал отец Климент, видя настороженный, цепкий взгляд лейтенанта. — Друзья отца Антония! А эта девушка — дочь Грегори Рейда!
— Мои соболезнования, мисс! — Взгляд лейтенанта заметно потеплел. — Значит, надо проехать через Уиллис-кроудж, повернуть строго на север, а там двадцать километров до Саундвея.
Флоран, слушая Коллинза, заметно напряглась. Это не ускользнуло от внимания отца Климента.
— Что-то не так, Фло?
— В районе Саундвея упал самолет отца.
Отец-наставник повернулся к Коллинзу.
— Именно туда мы и направляемся! — сообщил лейтенант. — На въезде в Саундвей расположен технический ангар наших служб, там хранятся обломки транспортных средств. — Он вздохнул. — Я имею виду тех, что потерпели крушение.
— А я думала, они хранятся у нас в поместье...
— Поначалу их хотели отвезти туда, — сказал лейтенант. — Но возникла необходимость в проведении экспертизы, поэтому их перевезли в Саундвей.
— А ангар охраняется? — поинтересовался Рид.
— К сожалению, да! — Коллинз повернулся к Риду. — И без санкции следователя, ведущего дело, туда попасть непросто. Будем надеяться на удачу.
— Удача дело ненадежное, — сказал отец Климент. — Лучше надеяться на Бога.
— Ага, — засмеялся Рид. — Как говорят русские, на Бога надейся, а сам не плошай!
Флоран внимательно смотрела на дорогу. Ей не верилось, что совсем скоро она увидит обломки самолета, на котором разбились родители. Как она это переживет? Хотя с помощью Рида и отца-наставника можно пережить многое. И это в том числе. Ведь ни отца, ни матери на этой земле уже нет. Даже их души уже на небесах, следят за ними в звездчатые отверстия.