Проход между столиками забурлил людьми. Взгляд Инги вдруг остановился там, лицо моментально побледнело и стало таким суровым, будто налилось металлом. В глазах, как газовое пламя, вспыхнул и тихо заколыхался холодный, ядовитый огонь. Его лицо казалось совсем далеким, как будто их разделяли тысячи галактик, но это, несомненно, было ЕГО лицо.
-Какого черта?... – произнесла Инга одними губами. Марик перехватил направление ее взгляда и побледнел еще больше.
Габарай стоял у входа, окруженный кучей восторженных мальчиков и девочек, как звезда, вылезшая из своего лимузина в толпе репортеров. Ослепительные белозубые улыбки озаряли его лицо, словно вспышки фотокамер. Он пожимал множество рук, хлопал по плечам, обнимался, целовался в щечки, великодушно приветствуя всех. Аполлон сегодня щедро сыпал милостью. Даже самые невзрачные шавки смогли урвать огрызки его внимания. Он говорил что-то, шевеля красивыми губами, его выразительные брови приподнимались домиком, ямочка играла на щеке. Он улыбался и улыбался, опутывая всех без исключения паутиной своего неистребимого шарма.
Инга почувствовала, как отвратительная кисловатая волна пробирается по ее пищеводу.
-Какого черта? – повторила она, борясь с подступающей тошнотой. – Какого черта эта мразь здесь делает?
-Инга, клянусь, я… я не знал, что он будет, - Марик начал заикаться. Его оттопыренные уши стремительно розовели. – Ну, если хочешь, давай уйдем отсюда.
-Нет уж. Никуда мы не уйдем, - Инга взяла свой бокал и решительно допила шампанское. – Давай-ка, лучше, еще закажем чего-нибудь.
Они принялись за вторую бутылку. Марик усердно развлекал ее какими- то байками. Гримасничал, вскакивал из-за стола, пародировал кого-то… Травил анекдоты. Старался изо всех сил. Инга сосредоточенно смотрела на него, механически улыбалась и ничего не слышала. По телу ее ползали мерзкие длинноногие пауки тревоги. Это продолжалось так долго, что у нее стало сводить спину от напряжения.
-Меня тошнит, - в конце концов призналась она.
Марик вздохнул, встал и взял ее за руку.
-Пойдем, потанцуем, подруга.
Из динамиков полилась неизменная «Lady in red» де Бурга. Надоевшая любовная песня сейчас была посвящена самой ослепительной леди в красном на этой глупой тусовке - Дзлиевой Кристине. Крис сегодня, наверно, приложила просто нечеловеческие усилия, чтобы выглядеть еще прекрасней, чем всегда.
Инга неуклюже держалась за своего короткого партнера, переминаясь с ноги на ногу в такт музыке. Лучи прожекторов крадучись скользили по танцполу, ощупывая полумрак. Ярко вспыхнув, они вдруг сконцентрировались в одном месте, и перед всеми, как кадр из диснеевского мультика, возникла сказочно- красивая пара - Габарай и Кристина. Инга уставилась на них, распираемая бешенством. Она поняла, что ненавидит не только его самого, но и эту «мисс неприступность», которая вот-вот станет еще одной дурой в его бесконечном списке.
Кристина и Тимур неторопливо поворачивались в танце. Вскоре взгляду открылась оголенная спинка, пересеченная алым шелковым крестом бретелек и обсыпанная кудрями. Поверх всей этой роскоши благопристойно лежала его рука. Бережно, словно касаясь хрупкого произведения искусства. Пальцы длинные, благородные, чуткие… Перед глазами Инги возник кулак, медленно занесенная над ней… Тимур ласково улыбался Кристине и что-то тихо говорил. Взгляд завороженный, тоскующий, печальный, задыхающийся от страсти… Инга зажмурила глаза. Кулак мелькнул в воздухе… Мощный размах, в ушах засвистело… Издалека отчетливо зажурчал низкий, мелодичный смех Кристины от какой-то невероятно- остроумной шутки. Он, конечно, был само очарование: нежный, галантный, обходительный, веселый… «Держи ей ноги! Держи эту тварь!...» Удар… Режущий всплеск боли… Еще удар…
Инга вздрогнула, и Марик вопросительно посмотрел на нее.
-Все нормально?
-Да.
Нет. Ничерта не нормально. Ее лихорадило и выворачивало от одного его присутствия. Было кошмаром находиться с ним в одном помещении, дышать одним и тем же воздухом, даже топтать одну и ту же землю. Тимур же, казалось, чувствовал себя превосходно, будто - бы и не замечал ее. Он был всецело поглощен своей красавицей- партнершей, и его совершенно не волновало ничего, что находилось за пределами их пары.
-Пошли отсюда, - Инга потянула Марика за рукав – Мне как-то слегка погано…
В этот момент к ним подскочила девочка- почтальонша в яркой майке, с сумочкой через плечо и приколотым на грудь отличительным знаком - картонным сердечком с надписью «Post».
-Ты Инга? – спросила девчонка, сияя пластинками на зубах. Видимо, эта малолетка была в восторге от своей дурацкой должности.
-Да.
-Письмо от таинственного незнакомца! – она, хохотнув, сунула ей в руки маленький, сложенный пополам листок тоже в форме пресловутого сердечка. Инга развернула его и прочитала одну строчку, написанную разборчивым мужским почерком:
«А может, это все-таки была любовь?»
В груди у нее начало угрожающе вращаться, ускоряясь, что-то огромное и разрушительное. Она медленно подняла глаза на соседнюю танцующую пару, заранее зная, что ей предстоит увидеть. Габарай прямо и открыто смотрел на нее поверх Кристининого плеча впервые за вечер. Ингу захлестнула ярость. Ее, как будто, по частям проворачивали через мясорубку - так сильно ее терзало только одно желание: сейчас, сию минуту размозжить ему череп, вырвать позвоночник, изуродовать, разворотить, обезобразить это невозмутимое лицо. Тимур словно прочел ее мысли, и по губам его проскользнула наглая усмешка. Он опустил голову и что-то ласково зашептал на ухо Кристине, прикрыв глаза и крепче обвив рукой ее талию.
«А может, это все-таки была любовь?» Такого беспощадного цинизма не могла выносить земля. Инга судорожно комкала в руках записку, искренне удивляясь про себя, почему на их город еще не обрушилось землетрясение, ураган, извержение вулкана - что угодно!
-Ответ будет? – спросила девчонка, уже приготовив для нее маркер и вырывая листочек из блокнота.
-Нет, - Инга еще раз взглянула на Габарая и Кристину, и вдруг, неожиданно для себя, бросилась к выходу, расталкивая разомлевших от танцев недоумков.
Прохладный ясный вечер приятно коснулся ее горящего лица. «Все будет прекрасно. Все будет так, как надо». Инга, шатаясь, подошла к телефонному автомату, опустила жетон, и набрала номер следователя, наблюдая, как Марик, не замечая ее, промчался мимо. Трубку никто не брал. Не важно. Она увидится с ним завтра. Все равно, справедливость восторжествует. Инга повесила трубку и направилась к остановке.
На Шалдонском пятачке, как всегда в это время, зависала местная шантрапа. Малолетки со значительным видом сидели на кортах, укуриваясь какой-то вонючей дрянью. Инга нагло пошагала прямо сквозь кучу, едва ни наступая на их торчащие как грибы из земли черные «пидарки».
-Эй ты, овцебычка! Куда это ты ломишься? – сипло взвизгнул кто-то у нее за спиной. Инга замедлила шаги и обернулась.